Сатир и Муза - Андрей Афантов

– Здорово поёшь! – произнёс он влюблённым голосом.

– Это что! Вот мыс подружками под караоке пели в последний раз, я так тогда заливалась. Потому что выпила. «Умчи меня, олень, в свою страну оленью!» Вот что действительно стоило послушать! – она жадными глазами посмотрела на его олений подбородок и вспомнила, в какой позе она любовалась им в последний раз.

– Я ни разу не видел тебя выпившей.

– Увидишь ещё, мне любят подливать… – фраза прозвучала недоговорённой, потому что во множественном числе она обычно говорила про Стаса. – А ты, когда выпьешь, такой забавный! Смешной!

С её губ почти сорвалось: «Люблю тебя», но она удержала это признание.

– Как ты? – сменил тему Алексей. И хотя Ольга уже тронулась, она на мгновение прикрыла глаза в сладкой полуулыбке:

– Супер! До сих пор под кайфом хожу! Хожу и улыбаюсь, – она явно намекала на какой-то идиотский анекдот про девочку в каске . Его лицо выразило недоумение:

– Что ж тебя так потрясло?

– Догадайся!

– Сейчас попробую, – Алексей на полном серьёзе задумался. Будучи реалистом, он понимал, что вряд ли мог добиться чего-то по-настоящему выдающегося с малоизученным телом девушки во время первого свидания. – Неужели оральный секс?

Она кивнула, снова томно вздохнув. Алексей молчал, продолжая удивляться. Он покрутил колёсико, придавая спинке сидения положение «полулёжа». Оля покраснела, чувствуя, что сказала лишнее.

– Я ещё хочу! Пожалуйста, – тоненько запищала она, удивляясь своей смелости и тому решению, которое она прямо сейчас так спонтанно приняла. Ещё полчаса назад, до свидания с Алёшей, Оля думала, что нужно взять себя в руки и контролировать свои эмоции. А тут!..

– Нет, ты объясни. Вы его не практикуете. Почему? Это ж нормально? – вопрос Алёши прозвучал неуверенно, но он вспомнил, что во всех порнофильмах девушки всегда делают это, и потому решился на расспросы.

Ольга помолчала, не решаясь откровенничать. Скосив глаза, она заметила, как Алёша откинулся назад.

– Просто Стас считает, что всё должно быть естественно. Он так воспитан. Если по-настоящему хочется, то само и так получится. Без дополнительной стимуляции.

– Так это ж редко будет?

– Ну да, – Оля снова покраснела и заступилась за мужа. – Зато всегда классно.

– Странно, я думал, что сексуальная революция уже произошла.

– У кого как, – Ольга увидела, что Алёша расстегнул брюки и чуть-чуть спустил их. Стали видны его белые трусы с каким-то узором.

– Ладно, с ним понятно. А куни?

– Мы много раз пробовали, но у меня не получалось никак. Не то что-то было, – Ольга окончательно засмущалась своей откровенности. Она вспомнила, как в студенческой общаге они со Стасом готовились к сессии. Безрезультатно.

– Но у нас же получилось?

Ольгины мысли переключились на более свежие воспоминания, и она засияла так, что стала казаться выше ростом на сидении:

– Это у тебя получилось! Ты такой классный ключик ко мне подобрал!

– Сосочки? – догадался Алёша.

Ольга кивнула:

– Ты только дотронулся до них, и сразу – всё! – они стояли на светофоре в начале шоссе Энтузиастов, и Оля позволила себе присмотреться к рисунку на его трусах: – Медвежата! Прелесть, – её охватил прилив интимности. Протянув руку, девушка погладила бугорок с медвежатами: «Моё!»

Алексею тоже стало сладко от воспоминаний. Дождавшись зелёного, Ольга продолжила:

– Но сильнее всего впечатлило, как ты мне в ротик дал, изнасиловал просто, – и отметила его смущение.

Они замолчали, Алексей уже не помнил, как решительно возвращал себе эрекцию.

– Просто девочки-подростки часто видят в фантазиях себя добычей сильного мужчины. Я в детстве тоже о таком мечтала. И вот откуда-то из детских воспоминаний… Ты… И так здорово! – Оле перестало хватать слов для впечатлений, и Алексей тоже не мог поддержать беседу. Вместо этого он спустил трусы. Теперь, в полутьме салона, никакое белое пятно не могло привлечь внимание зрителей в соседних машинах. На следующем «красном» светофоре, перевалившись через рычаг АКП, Олечка поймала Его губками. Алексей не успел по-настоящему возбудиться, когда ему пришлось тронуть девушку за плечо, давая понять, что можно ехать дальше. Оля была в полном восторге, она приняла вправо, чтобы ехать помедленнее. На следующем светофоре она продолжила ласкать Алёшу губками. Наконец, его возбуждение стало полным, Ольга заметила, в очередной раз отрываясь, что любимый «поплыл» и готов на всё. Теперь, даже когда «пыжик» двигался, она не отпускала его из руки, крепко сжимая пальчики. Сквозь пелену наслаждения мысли Алексея сплетались в какую-то абракадабру: «Вот тебе и сплошной светофорный узел шоссе Энтузиастов… А так здорово получается… Каждые полсотни метров остановка! Кайф..! Если свернуть на улицу Перово Поле, там светофоры будут ещё чаще… Я скоро в самом деле начну любить этот город…» Алексей поделился идеей повернуть, и Ольга подчинилась. Кто-то пропустил их перестроиться, и Оля, не желая отрывать свою руку, попросила:

– «Пукни» ему «спасибо».

Алексей дважды нажал на кнопку «аварийки», и они перестали разговаривать.

Ольгу охватило равнодушие к тому, что кто-то может заметить, чем занят её ротик: ни попутных машин, ни прохожих на тёмных вечерних улицах уже не было. Ольга почему-то считала, что Алексей сквозь полузакрытые от удовольствия веки заметит возможную помеху. С каждой остановкой она ласкала его всё более страстно, заводясь всё сильнее и сильнее. «Ещё чуть-чуть, и мы больше никуда не поедем! – думала она, в очередной раз наклоняясь к Алёшиному лобку. – Как же он пахнет! С ума можно сойти! Жила б тут у него!»

– Лучик мой ненаглядный! – вслух сказала она, но у Алёши не было возможности никак отреагировать. «Вот и придумала Ему имя», – обрадовалась Оля.

Вдруг фары осветили тело большой чёрной собаки, лежавшей поперек правой полосы. Ольга приняла влево:

– Пушистика задавили, – с жалостью произнесла она, огорчаясь. – Собака внезапно подняла голову.

– Вернёмся! – Алексей испытывал то же чувство сострадания, что и Оля, но его голос звучал решительно.

– Да!

На ближайшем светофоре они развернулись, но увидели, как из остановившейся машины уже вышел какой-то мужик и на руках относил собаку на газон. Хотя Алексею и Ольге не удалось помочь несчастному животному, это одновременно пережитое чувство сострадания ещё сильнее сблизило их. И они продолжили прерванную игру с «лучиком».

Перед поворотом на улицу Старый Гай, Алексей спросил:

– Ко мне?

– Нет! – её голос прозвучал категорично.

– Почему? – Алёша поднял брови, и его обиженное недоумение стало видно даже в темноте.

Оля нахмурила лобик. Она уже думала о месте следующей встречи, и теперь настало время сообщить ему свое решение.