Дар оборотней - Василина Лебедева

– Это не всё!– Наставник, заметив, как я нетерпеливо заёрзала и собиралась задать свои вопросы, строго взглянул на меня. Потом неожиданно вздохнул:– Лия, я зачитаю ещё одно обязательство, которое ты должна подписать и попрошу сначала дослушать до конца и не перебивать меня, а уж потом задавать вопросы.

– Хорошо,– уже настороженно посмотрела на обоих мужчин, но всё же промолчала. Второе обязательство ошеломило меня, если не сказать больше – возмутило! Опять же сухим, казённым языком было сказано, что я обязана при рождении мною каждого ребёнка зарегистрировать как носителя дара «Зеркало». С этим более-менее было понятно, так как догадывалась, что за мною в дальнейшем всё равно будут наблюдать. Но вот дальше следовало то, что взбунтовало меня: я обязана была, как только замечу первые признаки просыпающегося дара тут же сообщить в Храм и направить детей на исследование, обучение по раскрытию и становлению дара. Ни в коем случае не допускать образование пары у моих детей, даже если такой оборотень или оборотница встретятся на жизненном пути моих детей. Уже хотела спросить: «Как они себе это представляют?»– это, во-первых, а во-вторых: «Я не позволю храмовникам подбирать моим детям пару как животным производителям!». Скрежетнув зубами под хмурым взглядом наставника – промолчала, только яростно сверкнув глазами. В принципе это было всё, ещё пара ничего незначащих строчек и далее оставлялось место для моей подписи и свидетелей. Отвернувшись к окну, я молчала, правда не долго:

– И вы согласны с тем, что я должна подписать эту дрянь?– Мрачно посмотрела на Учителя и перевела взгляд на наставника, на что тот лишь невозмутимо пожал плечами:

– Без твоей подписи мы не сможем отпустить тебя.

– Не может этого быть! Меня же не могут здесь удерживать насильно!

– Да Лия не могут. Тебя отпустят, но если ты категорично откажешься подписать документ и не только, а также скрепить его клятвой оборотней, то к тебе применят ментальное воздействие, просто сотрут кусок воспоминаний, связанных с храмом и временем, проведённым здесь, а так же перед этим заблокируют дар и всё – ты свободна.– Добил он меня услышанной информацией. Я как рыба открывала и закрывала рот, словно не могла вдохнуть, а на деле я была так шокирована, что не знала: что сказать. В голове не укладывалось то, что я услышала: «Зачем тогда это всё? Зачем меня проводили через процедуру распечатывания дара в храме?»

– Почему меня заранее не предупредили ещё в Токио: чем мне грозит всё предстоящее? Почему не рассказали об этом долбанном обязательстве? Мне же этот дар вообще не нужен был! Первая мысль знаете какая была? Как я посмотрю в глаза своим детям, что им скажу, если даже не попыталась вернуть дар, чтобы им его передать! Им! Да лучше бы у меня не было этого дара! Я не позволю делать из своей дочери инкубатор! А из своих сыновей – семенных быков производителей!– Я металась по кабинету, гневно выплёскивая из себя ярость, которая просто кипела во мне. Взмахивала руками, что-то опрокинула, но мужчины молчали, выслушивая и давая мне возможность выпустить пар. Пока я наконец не повернулась к ним и переводя взгляд с одного на другого, спросила:

– Учитель! Наставник! Как же так? Как…

– Лия,– Учитель встал и подхватив меня под руку довёл до кресла, а наставник в это время налил чай в чашку и протянул её мне. Схватив её, я залпом осушила, даже не почувствовав вкуса.– Давай сейчас поговорим. Просто поговорим и мы тебе всё объясним и подскажем и расскажем.

Я кивнула, едва сдерживая слёзы, понимая: «если сейчас откажусь подписывать этот кабальный документ, то мне сотрут память о всех проведённых днях с Максимом! Всё! Всё забуду, словно и не было между нами этой безумной, страстной недели. Забуду его прикосновения, страстный, горящий взгляд, голос с хрипотцой и стоны наслаждения! Нежность, ласку, даримую обоими друг другу и любовь: в глазах, в прикосновениях, во взглядах, в сердце!». Слёзы не сдержала, и они сорвались солёными дорожками по щекам. Молча взяла протянутый наставником платок и всхлипнула.

– Лия, девочка, послушай старого оборотня: не всё так плохо, как ты себе сейчас представила!

– Кто был с вами когда я приходила давать ответ об отъезде?– Почему-то мне показалось это важным.– И это время – два дня. Вы должны были заставить меня подписать за это время эту гадость?

– Нет,– Учитель мотнул головой.– Тот оборотень – канцелярская крыса, обездушенная машина, который выполняет поручения храмовников и вдобавок очень сильный менталист. Он приехал сюда не только по твою душу. Сейчас выпускаются из под нашей, так сказать, опеки более шести редкостных носителей. Ну а время мне нужно было для решения проблем с другой ученицей. Кстати ты её знаешь – это девочка живущая с тобою по соседству – Екатерина.

– Катюша? У неё проблемы?

– Всё решаемо, как я тебе и говорил. Но об этом потом. Сейчас же я спрашиваю: ты ведь не хочешь потерять дар и кусок воспоминаний своей жизни.– Дождавшись от меня лишь мотание головой и всхлипа, продолжил:– Так вот, пока я ничего не буду объяснять, но советую подписать, как ты выразилась: эту «дрянь». Пока не могу,– быстро добавил он, видя как мой рот открывается для протеста.– До клятвы, чтобы она закрепилась на документе должным образом. Просто поверь старику и подпиши.

Ещё раз взглянув Учителю в глаза, я посмотрела на напечатанный лист, пододвинутый ко мне наставником. Две голограммы в уголке, затейливая роспись красными чернилами внизу и чуть ниже я должна была поставить свою подпись. Подрагивающими пальцами взяла ручку и пока не передумала, решительно расписалась. Собиралась уже отодвинуть от себя так ненавистную мною бумагу, как Учитель остановил мою ладонь, перехватив запястье.

– Это не всё! Повторяй за мною: Шахшела уно шинвла удлатурс реябавдаш Вааллия. ррдартывшиа ронраж уртвлаад.

Слова из меня вылетали рванные, наполненные яростью, злостью от невозможности что-либо изменить. Нежелание повторять за Учителем росло с каждым произнесённым звуком. А уж когда в конце, я на выдохе произносила последнее слово, Учитель резко полоснув мою ладонь окропил весь угол документа тут же выступившими каплями крови, даже не заботясь тем, что некоторые попали на напечатанный текст. Яростно вырвав у него руку только через несколько мгновений, замешкалась только потому что всё произошло слишком неожиданно для меня, вскинула на него глаза и замерла, так как увидела по отечески добрый взгляд, улыбку с которой он обхватив мою ладонь, тут же обвязал её белоснежным платком.

– Ну вот и всё,– выдохнул наставник торопливо убрав документ подальше от меня.– Всё закончилось. Учитель, может чаю?– Он словно сдувшись после произошедшего, сейчас выглядел очень усталым уже не молодым мужчиной. Только сейчас я отметила тёмные круги под глазами у обоих, мятую одежду и стало немного стыдно. Но, вспомнив что они только что провернули, а теперь собираются просто попить чаю, тут же взвилась и вскочив бросила яростный взгляд сначала на одного, перевела на другого:

– Объясните в конце концов, что происходит? Сейчас у меня желание кого-нибудь загрызть! И если…

– Тише, тише девочка!– Учитель устало потёр переносицу и посмотрев на наставника попросил:– Скажи пусть принесут кофе. Чай успокаивающий для Лии. Присядь. Всё объясним, не торопись только.