Демон желания для девственницы - Александр Верт

Если честно, страшно оставлять этих двоих вот так, после всего того… чая, который был между ними минуту назад. Потому я не хочу, но все же оборачиваюсь на них у самой двери в кухню.

Катя пожирает глазами Илью, а тот в свою очередь не сводит глаз с меня. Фыркаю, будто мне все равно. Надеюсь, что именно это в тот момент и написано на моем лице, а не желание расплакаться, вперемешку с острой потребностью что-нибудь швырнуть в его довольную физиономию.

И кого там, черт возьми, принесло в такой неудачный момент?!

В этот раз я не допустила прошлой ошибки — все же решила посмотреть в глазок. Мало ли… вдруг мама. Тогда бы я просто сделала вид, что меня нет дома. Уж лучше тихо сгорать от стыда и заниматься самобичеванием, чем участвовать в трагикомедии «все те же и мама». Мало ли что демону в голову взбредет…

Нет, Катьку уже не спасти, но она баба взрослая, переживет как-нибудь, а вот маму я точно в обиду не дам!

Едва я прильнула к двери, в маленьком кружке показался любопытный карий глаз. Да так неожиданно, что я едва не вскрикнула.

А… понятно. Ну, раз все сегодня решили собраться в моей квартире, уж этого человека стоило ожидать в первую очередь.

По ту сторону дверного глазка стояла невысокая миловидная старушка из тех, которые как с картинки — вязаная кофта поверх цветастого сарафана, тапки на толстые чулки и пестрый платочек, прикрывающий седую головушку. Что называется, бабушка — божий одуванчик, обнять и плакать. Отличная маскировка, между прочим!

По крайней мере, я даже заподозрить ничего не успела, как сразу попала на удочку этого коварного манипулятора.

Марья Андреевна, а именно так звали мою престарелую соседку, пришла за коробком соли, едва я закончила заносить пожитки в свою новую квартиру. Ну, что ж я, изверг, что ли, ей отказывать? Поздоровалась и отдала бабушке соли целую пачку — разве жалко… но это было моей фатальной ошибкой.

Соляной тест я, видимо, прошла лучше всех прочих наших соседей по новостройке, потому что именно меня с тех пор Марья Андреевна выбрала в качестве личного раба. Нет, в той или иной мере в рабство к ее робкому голосу и милому выражению лица попали все, но я была для нее как швейцарский нож — на все случаи жизни.

Сходить за молоком в два часа ночи?

«Алисонька, старость не в радость! Совсем забыла купить, дура старая… а мне доктор прописал по утрам обязательно кашку на молоке есть, да и у Масика изжога. Ему обязательно после еды надо выпить, а то излается весь, всех соседей же перебудит…».

Поработать грузчиком?

«Алисонька, старость не в радость! Уж сама не донесу… там корм собачий по акции! Представляешь, если взять сразу пятнадцать килограмм, выходит аж на десять рублей с кила дешевле! А Игорь Павлович из триста восьмой не открывает… наверно, на рыбалку опять уехал».

Ага, уехал… сидел небось под дверью и плакал как девочка, колени обняв. Не отошел еще после того, как Марья Андреевна попросила его её Масика выгулять.

Масик, к слову, был не диванной собачкой, которую если не мухи заклюют, то тараканы унесут, а мускулистым половозрелым ротвейлером. Да, да! Эта машина для убийств словно зачарованный слушался свою хозяйку и ни во что не ставил всех окружающих, когда ее не было рядом…

Что и говорить, человек, мягко говоря, не самый приятный, но разве же ей откажешь? Хитрая Марья Андреевна всегда высказывала свои просьбы вежливо, а после так сердечно благодарила, что и лесом в другой раз не послать. Это ж как щеночка обидеть — да у меня скорее сердце разорвется, чем рука поднимется!

Что на этот раз могло понадобиться этому дьяволу на пенсии, я даже предположить не смела… хотя, после всех событий минувших дней меня вряд ли можно было чем-то удивить. А потому, я шумно выдохнула и распахнула перед ней дверь.

— Здравствуйте, Марья Андреевна. Вы, если честно, не совсем вовремя… — попыталась я сразу обозначить временные рамки нашего последующего общения.

— Здравствуй, дочка! Что ты, у меня вопрос-то на пять минут… — и затараторила свое любимое, заладив: — Алисонька, старость не в радость! У внука день рождения сегодня, вот, поздравить его хочу, ведь уже год не видела. Он у меня в Англии учится, да… в этой, которая в Великобритании. Он мне на прошлый новый год свой бук подарил, сказал: «будешь, бабушка, мне по видео звонить». А я так боюсь всех этих электрических приборов современных, на силу с мультиваркой разобралась, а тут целый бук! Поможешь мне эту видеосвязь включить? Ты же молодая, наверняка в этих буках разбираешься?

Сказала и посмотрела на меня с такой надеждой, будто я не скайп ей могу помочь включить, а одна единственная-избранная способна кольцо всевластия в Мордор отнести… ну, и как тут откажешь? Тем более, что дело вроде и правда минут на пять, даже если программу ставить придется.

Я посмотрела жалобно назад в квартиру, прислушалась — болтают. Интересно, о чем… впрочем, чем скорее с Марьей Андреевной управлюсь, тем быстрее узнаю. Взяла ключ, прикрыла дверь и пошла следом за восторженной старушкой.

Пока дошли до ее квартиры она меня десять раз поблагодарить успела и воспеть мою бескорыстную доброту. Вот, умеет же сгладить углы! Ведь по моей пресной физиономии видно, что меньше всего на свете мне сейчас хочется делать добрые дела.

Надо сказать, что в квартиру к пенсионерке-манипуляторше я попала впервые. И немного ахренела… все же, когда речь идет о бабушке на пенсии, думаешь в первую очередь о скромном жилье со стареньким ремонтом и холодильником из прошлого века. Ан нет.

Я будто попала в филиал Версаля — лепнина на стенах, золоченые рамы, мебель с вычурными ножками и шелковой обивкой, люстры с имитацией свечей. Ай, да бабуля! А ходит в старом халатике и вытянутой кофте. Уходит от налогов, не иначе!

Удивляться дальше и начать задавать неприличные вопросы помешал бабулин цербер. Масик выплыл черной тучей из-за кухонной двери, вошел в коридор, будто крейсер Аврора в узкую гавань, и тут же зафиксировал на мне взгляд прирожденного убийцы.

— Масичка, место. — Ласково прощебетала Марья Андреевна. — А ну не пугай мне девочку, ей еще работать. Иди, иди…

Кобель моментально отреагировал на приказ — резво пронесся мимо меня и скрылся в дверях одной из комнат.

— Ну, что встала, милая? Пойдем скорее, а то я боюсь не успеть. — Прощебетала обитательница квартирного Версаля, сладко мне улыбнувшись. — У нас же разные часовые пояса, вдруг мальчик спать ляжет сегодня пораньше.

Ага… ляжет… взрослый парень, студент, отмечая день рождение где-нибудь в университетском кампусе. Все еще находясь под впечатлением, я даже не сразу сообразила, чего она от меня хочет, потому старушка ловко взяла меня под локоть и привела в зал.

На красивом круглом столе посреди богато обставленной комнаты стоял вполне себе ультрамодный ноутбук-книжка, который и как планшет можно было использовать, и раздельно с клавиатурой. Я с недоумением посмотрела на бабулю, ведь по ее словам ноут ей подарили в прошлом году, да еще и подержанным, но промолчала. А она только подтолкнула меня и смущенно пролепетала: