Невеста Тёмного Лорда - Ольга Силаева

Он помолчал, наконец наклонился и небрежно взял кольцо.

– Если бы у нас было чуть больше времени, я отблагодарил бы вас, как должно, – медленно произнёс он, – но у нас ещё будет возможность. А пока у меня есть для вас дело.

Вероника подняла голову.

– Милорд?

– Лорд Крейн и лорд Хили. Будьте, как и ранее, моими глазами и ушами, и я доставлю вам и власть, и удовольствие. Взамен же возьму от вас все их планы, что будут касаться меня. – Взгляд Тёмного Лорда был холоден и твёрд. – Не подведите меня, миледи.

Вероника взмахнула ресницами, приоткрыла рот… и закрыла его. На её лице появилось задумчивое выражение.

– Милорд может быть спокоен, – наконец сказала она очень тихо. – Никто и ничто не может заменить милорда в моём сердце.

Она не видела его лица в эту минуту. А Кира видела, и не заметить тень боли, исказившие его черты в эту минуту, было невозможно. Он не хотел пользоваться её любовью. И даже то, что она отравила страшным проклятием его лучшего и единственного друга, этого не меняло.

– Если вы начнёте вести свою игру, вы погибнете, – ровным ледяным тоном произнёс Тёмный Лорд. – Нет ничего, что лорд Хили бы не понял, ни малейшего намёка, который он не разобрал бы на составляющие. Вам не нужно вмешиваться в дела Протектората или рушить его планы. Просто предупредите меня, не подставляя себя под удар. Если вы не уверены в себе, даже не думайте начинать: вы слишком ценны для неизбежного поражения.

– Я сделаю всё, как вы скажете, милорд.

В голосе Вероники была тихая тайная уверенность неотразимой женщины.

Женщины, подумала Кира, которая втайне мечтала подчиняться и ползать на коленях. Было ли это её собственным желанием? Или Тёмный Лорд привязал её к себе через боль и унижение, ломая раз за разом, пока не добился своего?

И кого бы он сделал из Киры?

– У Агнуса Хили мой второй перстень, – задумчиво произнёс Тёмный Лорд. – Но вас это не касается: не рискуйте. А теперь идите, миледи. Вы – моя единственная и главная тайна, и нам не стоит здесь задерживаться.

Вероника поднялась. Прошла в другой конец комнаты, подхватила пиджак. И порывисто обернулась.

– Милорд, – прошептала она. – Я ждала пять лет, чтобы это спросить. Разрешите мне.

Тёмный Лорд долго смотрел на неё.

Сейчас, подумала Кира, холодея, она спросит об его прошлом, он не сможет ответить, и им конец. Что она будет делать, поняв, что её Тёмный Лорд, во-первых, вовсе не Тёмный Лорд, а во-вторых, принадлежит Кире, а не ей самой?

– Спрашивайте, миледи, – с обманчивой мягкостью бархатной перчатки, таящей внутри стальные когти, произнёс он.

– Тогда… в Академии, когда вы признались мне в любви, а я предала вас… если бы я не предала, если бы предупредила о том нападении… вы бы относились ко мне по-другому?

– Я не собираюсь относиться к вам иначе, – ровно произнёс Тёмный Лорд. – Вам пора бы запомнить мои вкусы. Что до того романтичного мальчишки, вы убили его тем поступком, и за это я вам действительно благодарен.

Он усмехнулся.

– Пожалуй, я даже вас за это награжу. Осталась ли в вас капля наивности и нежности, миледи? Или вам нужна моя помощь, чтобы задушить её, как вы задушили мою?

– Милорд, – прошептала Вероника, – мне нужна от вас только одна награда.

Тёмный Лорд окинул её таким холодным многообещающим взглядом, что у Киры от ревности чуть не задымились волосы.

– Разве я говорил, что вы её не получите?

– Нет, – сорвалось с губ Вероники. – Но…

– А теперь вы осмелились произнести слово «но». – Тёмный Лорд скрестил руки на груди. – Благодарите судьбу, что нам пора убираться отсюда. И не смейте рисковать своей жизнью ради меня: я запрещаю вам это.

– Милорд, клянусь, я предана вам… я… я люблю вас, я сделаю всё для вас…

– Я больше не способен любить, миледи, и это вполне меня устраивает, – отрезал он. – Помните: вы не знаете меня, я не знаю вас. Не пробуйте связаться со мной, даже если будете знать, что я лежу где-то связанный и умирающий. Вам ясно? Мне достаточно сложно будет защищать себя: я не буду тратить время eщё и на вас.

Вероника ангельски улыбнулась. Она была хороша, почти с завистью подумала Кира. И позволила бы Тёмному Лорду сотворить с собой совершенно всё.

– Даже в постели, милорд? – тихо спросила она, опустив взгляд.

Он лишь фыркнул.

– Я не терплю постелей; вам придётся ублажать меня в снегу. Или не придётся, если вы перестанете выполнять приказы.

Ещё один холодный взгляд.

– Никаких больше проклятий, миледи. Никаких покушений. Мне нужны планы лорда Хили – и если я узнаю, если я только узнаю, что вы рискнули своей головой ради его перстня…

Его голос превратился в шипение.

– … Пеняйте на себя.

Он бросил взгляд на Киру.

– Вставай.

– Да, милорд, – прошептала она, вставая. И получила от Вероники резкую оплеуху, от которой у неё из глаз брызнули слёзы.

– Милорд не разрешал тебе говорить, – раздался холодный голос Вероники. – И не задал тебе вопроса.

– Я разберусь со своей собственностью сам. – Таких сухих и резких нот Кира не слышала в его голосе никогда. Впрочем, ей было всё равно: голова гудела так, словно её огрели чугунным молотом. – А вы, миледи, останетесь здесь на полчаса, обнажённой и на четвереньках, с незакрытой дверью и без права стирать кому-либо память, и будете знать, что я могу вернуться в любой момент.

– На полчаса… – почти беззвучно охнула женщина.

– На час. Раздевайтесь. Ты – идём.

Он почти вытолкнул Киру из номера.

Она не сразу сообразила, что он её несёт. Бережно, придерживая за плечи – так, чтобы ноги болтались в волоске от земли. Только почувствовала, как в неё вливается его исцеляющая магия, удивилась, зачем это нужно для простой пощёчины…

… А потом упала в обморок.