Купи меня дорого – 2 - Ева Горячева

– Погладь свои соски, – приказал он, обдав мое ухо горячим дыханием. Я знала, что перечить нельзя и нерешительно потерла затвердевшие вершинки. – Сожми их, крути, как я это делаю, – его губы скользнули на мою шею, прикусили кожу, язык надавил на бьющуюся венку. Я сдавила соски, как был сказано, и низ живота прострелило горячим напряжением. Дыхание участилось, срываясь с губ рваными всхлипами. Я беспомощно замычала, непроизвольно прогибаясь и раздвигая ноги. Блин, совсем поехала. Надавив на подёргивающийся клитор подушечкой большого пальца, он резко вошел в меня двумя другими и согнув их начал двигать туда-обратно, ритмично стимулируя набухающую внутри точку. Озноб сменился диким жаром, я застонала в голос и откинула голову ему на плече. Закрыла глаза, продолжая ласкать свои соски, пока он все быстрее долбил меня пальцами. Мне казалось, что я умираю, настолько мощными были ощущения. Каждый толчок – мини взрыв, заставляющий стонать от удовольствия. Я извивалась, насаживалась, скулила, просила еще, терлась попкой о его член, и хотела туда тоже.

– Руслааан, – нетрепливо промычала я, чувствуя, как по пояснице и ягодицам льется густая субстанция.

– В задницу тебе вставить, Лена? – хрипло спросил Греков, слизывая выступившие капли пота на моем виске. – Говорить я не могла, отвечать, следовательно, тоже. Я приподнялась, поняв, что он собирается делать, и не отпуская трахающие меня пальцы, сама растерла масло по тугому колечку и начала медленно опускаться попкой на его огромный стояк.

– Сука, – издав гортанный рык, выругался Руслан. Дернув бедрами вверх, вогнал полностью. Слишком быстро. Глубоко, больно. Я закричала от его распирающего объёма, вцепилась в края ванны, задыхаясь, теряясь в сумасшедших ощущениях, болезненно-острых и тягуче-приятных. Он заполнял меня со всех сторон, неистово, дико, без остановки, как зверь, как животное, заставляя меня чувствовать себя такой же – бесстыдной, голодной самкой, оголяя низменные инстинкты, разрушая, ломая и собирая заново. Страх, разум, мысли – все исчезло, оставляя только остервенелые толчки вколачивающегося поршня и проникновение грубых пальцев, пошлые шлепки, толкающие за грань, и мой вопль, протяжный, надрывный, сопровождающийся его глухим рычанием. Оргазм был такой силы, что я на какой-то момент отключилась, потеряла связь с содрогающимся телом, рухнула в сверкающую темноту, прошлась голыми ступнями по бездне ада и вернулась обратно. К своему персональному Дьяволу.

– Ненавидишь секс, да, Лена? – прошелестел где-то в зоне затылка севший голос Руслана. Его грудная клетка тяжело вздымалась, опавший член терся о ягодицы, пальцы лениво поглаживали припухшую вагину. Я не сразу поняла, к чему он задал этот вопрос, тело и мозг все еще прибывали в состоянии блаженного кайфа. Меня тянуло в сон, боль в голове утихла, страх отступил. Я расслабленно лежала на нем, не в состоянии пошевелиться или сдвинуть ноги. – Восемь миллионов за это, – он резко рассмеялся, раздвигая складки и грубо просовывая в меня сразу три пальца. – Дорогая шлюха мне досталась, – его зубы больно впиваются в мое плечо, и я резко прихожу в себя.

– Зачем ты так говоришь? Ты же первый, – с горечью вырвалось у меня. Я сжала колени, но Греков не убрал руку, продолжая медленно погружать фаланги в мокрую киску. Боже, я снова начала заводиться, низ живота заныл, половые губы набухли и налились кровью.

– Потому что я нашел тебя первым, – растирая меня изнутри и снаружи, шепнул Руслан. – И изнасиловал, – он издевательски заржал, зажимая двумя пальцами мой клитор. – Только тоже сначала заплатил. Намного меньше. В отличии от Снайпера я знаю, сколько стоит твоя дырка и блядский рот, – снова резко рассмеялся, сдавил и потянул набухший комочек, нажал подушечкой пальца, срывая спираль острого стремительного удовольствия, насквозь прошившего все мое тело.

– Ааа, черт, – простонала я, кончая второй раз. Впилась ногтями в его запястье, прижимая к своей пульсирующей промежности.

– И насилую до сих пор, – глумливо ухмыльнулся он. – Не забывая пополнять счет, – он вытащил из меня свои пальцы, провел ими по сокращающемуся животу. – Скажи, Лена, ты такая шлюха в свою мать? Или сама по себе? Ее трахари тебя сосать научили? Сколько они платили ей за рот своей дочери? – последние слова ударили, как пощечина, стеганули по живому. Я рванулась, пытаясь отстраниться, но Греков удержал меня на месте, схватив за горло.

– Не было этого, – всхлипнула я и прошипела, задыхаясь: – Никогда. Она хотела продать мня подороже. Не давала никому меня трогать.

– Думаешь я поверю, девочка из модельной школы? – я чувствовала спиной гулкие удары его сердца, горячую кожу, крепкие мышцы и не могла понять, за что он так меня ненавидит. – Ты знаешь, что твою тупую мамашу и её подружку грохнули в тот же день? Они даже отъехать не успели от горящего дома Денисова.

Я застыла, задержав дыхание, в груди зажгло, внутренности скрутило в тугой узел. Я не знала. Не хотела знать. Боялась знать. Зачем он сказал? Я задрожала, затряслась всем телом. Обхватила себя руками, пытаясь защититься. От кого? От правды. От боли? От страха? От Грекова?

– Да, Лена, твоя мамочка уже не дышала, когда ты отсасывала три миллиона у Снайпера, – безжалостно выплюнул Руслан, сорвав чеку с мины, и меня прорвало.

– Я не делала этого! – громко закричала я, слезы брызнули из глаз, ногти вонзились в его руку, сжимающую мое горло. – Он не трогал меня. Он пожалел, потому что думал, что мне шестнадцать.

– Так что же ты не воспользовалась шансом на новую жизнь, Лена? Три миллиона в небольшом городе – это целое состояние, хватило бы и на скромную квартирку, и на приличное образование, но тебя понесло в Москву. Ты хотела заработать больше. Понравилась халява, да? Ждала свой большой куш? Два года берегла целку для Снайпера, а продалась мне за двести штук, – он резко отпустил меня, усмехнулся. – Идиотка.

– Откуда ты все это знаешь? – помолчав, тихо спросила я. – Ты следил за мной? Зачем?

– Не за тобой, Лена, – небрежно отозвался Руслан. Его уничижительный тон резал по живому, но я молчала, щеки изнутри. Злить раненого зверя, находясь на его территории – непростительная глупость, за которую мне вовек не расплатиться. – На хер ты мне сдалась. За Снайпером. Он охотится за мной четыре года, а я пытаюсь вычислить его. Давняя вражда, о причинах которой тебе знать необязательно. Ты попала под колпак, когда убили Денисова. Мои люди выяснили, кого он заказывал в тот вечер и на каком сайте. Остальное дело техники. Я с этим жирным извращенцем сотрудничал недолгий период времени, и у него осталось кое-что мое. В сейфе, который вскрыл Снайпер. И я хочу это вернуть с твоей помощью.

– Но я же сменила имя, я … – сказанное Грековым пока плохо усваивалось в моей голове, логические цепочки рвались, не успев соединиться. Ясно одно – Руслан в курсе всех событий того рокового для меня и Денисова дня.

– Ты засветилась, выложив старую анкету на тот же сайт. Матрешка, – хрипло засмеялся, дернув меня за волосы, запрокидывая голову назад. – Тебе идет, – провел языком по линии моих заострившихся скул. – Но пять миллионов ты не стоишь, Лена. Снайпер – просто поехавший придурок.