Грубая торговля - Эмма Аллан

Уже два раза после той ночи Клер занималась онанизмом,вспоминая каждую секунду их близости. При этом старалась воссоздать всюобстановку той ночи. Сначала она онанировала в ванной, вызывая в памяти то, чтопроисходило именно там. Затем в постели…

Обычно мастурбация продолжалась у Клер довольно долго, ибоона могла, как правило, регулировать возникновение в своем воображениисладострастных картин. Но в случае с Гэри этого не получалось. Одновоспоминание о тех ощущениях, которые он ей дарил, тут же вызывало оргазм.

Клер продолжала отпивать маленькими глотками кофе изсеребряной чашечки и гадала, о чем мог мечтать Дэвид при подготовке сценариягрядущей ночи. Ведь если бы не Бриджет Голдсмит, этот ужин стал бы для обоихпоследним. Именно на нем Клер первоначально хотела объявить Дэвиду о конце ихромана. После чего села бы в свою машину и вернулась в Лондон, чтобы ждатьпоявления Гэри, который должен был приехать на следующее утро. Теперь же этостало невозможным. Ибо Бриджет ожидала встречи с виконтом. В противном случаеборьба за осуществление европейского проекта между Лондоном и Парижемнепременно закончится победой французов.

Все это означало, что ей придется провести наступающую ночьс Дэвидом. Правда, можно было притвориться и сослаться на головную боль. Носуществовали две причины, исключавшие подобный выход из положения. Одной из нихбыла жадность, с которой Дэвид смотрел на нее. Так обычно смотрят на хозяинасобаки, желающие вспрыгнуть к нему на колени и ждущие только знака для этого.Другой же причиной была ее собственная потребность. Клер чувствовала, что ейнужен секс. И это желание становилось с каждой минутой все болеетребовательным. Конечно, если бы на месте Дэвида вдруг появился Гэри, проблембы не было никаких. Она просто позволила бы ему унести себя на руках в спальнювторого этажа, бросить на кровать и проделать то, что он с таким искусствомсовершал ночью во вторник. Но Гэри здесь не было. Напротив нее за столом сиделДэвид…

– Хочешь еще кофе? – спросил он.

– Нет.

– Коньяку?

– Нет. Мне кажется, Дэвид, что теперь – самое времяподняться наверх. Как ты думаешь?

– Наверное, ты права! Я просто…

– Что – «просто»?

– Просто… Я хотел сказать…

– Что?

– Что мне не хотелось бы заставлять тебя делать то,чего ты не хочешь.

– Почему ты думаешь, что я не хочу?

– Мне так кажется.

– Ты ошибся. Но дай мне двадцать минут.

Клер просто необходимо было принять душ.

– Хорошо, – согласился Дэвид, посмотрев на часы.

Клер поднялась из-за стола и прошла в ванную, расположеннуюв конце коридора. Эту просторную комнату называли голубой из-за цвета плитки,покрывавшей стены и пол. Клер закрыла за собой дверь, подождала, пока одна изгорничных распакует в спешке собранные вещи и развесит их на шнуре, тянувшемсявдоль боковой стены, после чего вновь приоткрыла дверь и осмотрела примыкавшуюк ванной спальню. В углу стояла большая кровать с резными спинками. На нейлежала какая-то коробка. Нетрудно было догадаться, что это очередной подарокДэвида.

Судя по намекам Дэвида, оброненным за столом, сегодняподготовительный этап к главному действию обещал быть довольно затейливым. Этопоневоле заинтриговало Клер.

Она разделась и встала под душ. Теплые струи наполнили телоблаженством. Тщательно обмывшись, Клер насухо вытерлась мохнатым полотенцем иснова вышла в спальню. Присев на кровать, она развязала ленты на коробке изаглянула внутрь.

Там оказались обычные прокладки, эластичный пояс с корсетоми шелковая рубашка, отороченная дорогими кружевами. На самом дне коробки Клеробнаружила письмо, в котором Дэвид подробно расписывал все эротические игры,которые был намерен предложить этой ночью. При этом – давал советы, как ейследует себя вести в каждом отдельном случае. Клер стало ясно, что на сей разДэвид предлагает ей играть активную роль в постели. Кроме того, он напоминал,что предпочитает ночью быть в женском нижнем белье. Клер знала эту егостранность, но никак не могла понять ее причин. Скорее всего, одевшисьженщиной, Дэвид чувствовал особый прилив сексуальной энергии.

Клер расправила рубашку и надела ее. По длине она доходилаей только до низа живота, оставляя открытым треугольник курчавых волосиков.

Около кровати стояли мягкие ночные туфли. Клер судовольствием сунула в них ноги. Ибо после целого дня непрерывной ходьбы навысоких каблуках у нее болели ступни.

Она открыла свою сумочку, вынула оттуда косметический набори принялась наводить красоту. Правда, больших усилий для этого ей нетребовалось – природа сама сделала все возможное. Но чуть тронуть тушью ресницыи подкрасить губы было нелишним.

Она посмотрела в зеркало и осталась собой довольна. В этотмомент раздался тихий стук в дверь.

– Входи, – откликнулась Клер, вставая и спешноубирая косметику.

Дэвид рассчитывал застать Клер сидящей на краю кровати. Ноона встретила его, стоя в дальнем углу комнаты. Сквозь тонкий шелк ночнойрубашки просвечивала нежная кожа ее тела. А в зеркале отражалась спина и двеаппетитные дольки ягодиц, совсем не прикрытые ночной рубашкой.

– Ну что, – улыбнулась Клер, – ты ведьзнаешь, что делать. Не правда ли?

Дэвид, на котором была только короткая, чуть выше колен,женская рубашка, опустился на колени.

– Прекрасно, – одобрительно кивнула Клер, садясьна край кровати. – Теперь подойди ко мне.

Дэвид пополз на коленях к кровати, исполняя тем самымпрописанный в сценарии ритуал, который повторялся каждый раз. Клер видела, какпод тонкой рубашкой начинает подниматься его член.

– Быстрее! – нетерпеливо скомандовала Клер,опасаясь, что Дэвид опять не успеет. Он рванулся вперед и очутился у самых ееног.

– Разденься!

Дэвид в мгновение ока сорвал с себя женскую ночную рубашку.Клер бросила беглый взгляд на его обнаженное тело, показавшееся ей женственным.Но она тут же поняла, что это впечатление неправомерно, ибо продиктованоневольным сравнением с мощной, состоявшей, казалось, из одних мускулов, фигуройГэри. Член Дэвида также уступал мужскому естеству Гэри по размерам, несмотря нато что к этому моменту уже набрал полную силу и достиг максимальной для негодлины.

Клер подняла ноги и уперлась пяткой туфли в правый сосок грудиДэвида. Дыхание его сразу же сделалось лихорадочным.

Настроение Клер резко менялось. Она почувствовала, как ееначинает переполнять злоба на то, как с ней обращаются. Клер постараласьзаглушить ее, призывая на помощь все еще оставшуюся во всем теле сексуальнуюпотребность.

– Чего ты хочешь, Дэвид? – спросила она.

– Ты отлично знаешь, чего я хочу! – прошептал он вответ, хотя это не входило в придуманный им сценарий ночи.