Звезда телерекламы - Стенли Морган

— Господи, я бы отсек правую руку, чтобы так и случилось.

— О, нет, она вам ещё наверняка послужит.

— Думаете? — ухмыльнулся я.

— Уверена.

Я помотал головой.

— Все это звучит, как сказка. Порой мне кажется, что я уже никогда не увижу солнца. — А вы, похоже, солнцепоклонник?

— Обожаю солнце. Мне совсем не обязательно загорать самому, но просто нужно сознавать, что солнце ещё существует, что вокруг тепло.

— Да, тогда вам нужно становиться курьером.

— Вам кажется, что у меня получится?

— Я убеждена, что да. По сути дела, то, чем вы занимались прежде, связано с этим напрямую. Та же работа с людьми. Продавать машинки, взимать долги, брать интервью — значит, постоянно общаться с другими людьми. Если у вас все это получается, то и в качестве курьера вас ждет успех. Отличия только в тонкостях.

— Да, пожалуй, вы правы. И все-таки, я до сих пор не могу прийти в себя от нашей встречи. Как вас угораздило попасть на эту вечеринку?

— Ардмонт развернул рекламную компанию к новому сезону, а продюсер, про которого я вам говорила… тот парень, который набрался, как свинья…

— Как, кстати, его зовут?

— Ли Роупер. Он работает на "Уитли, Карра и Бэнкса".

— Нет, не знаю. Извините, что перебил.

— Так вот, его фирма делает для нас рекламу и Ли несколько раз приходил к нам и советовался с Филипом Ардмонтом. Мы познакомились в нашей конторе, и он пригласил меня на эту вечеринку.

— И упился в стельку. Хорош ухажер!

Вики рассмеялась.

— Он был навеселе уже в семь часов, когда заехал за мной. Угостил незабываемым ужином. Я едва не сбежала от него в ресторане, когда он, рассказывая какой-то похабный анекдот, лихо смахнул на пол все тарелки. Я чуть не умерла от стыда.

— Ужас!

— Не совсем. В конце вечера… я все же получила большое удовольствие.

— Вот как? А что случилось?

— Познакомилась вот с этим чудовищем, которое угостило меня гамбургером. Чудовище, кстати, на редкость милое.

— О, спасибо.

— Оно спасло мне вечер.

— Может, это вы его спасли?

— Кто знает, — загадочно протянула Вики.

Путь до Ричмонда занял полчаса. В одиночку я добрался бы минут за двадцать, несмотря на снегопад, но мне хотелось продлить удовольствие. Я готов был провести за рулем хоть целую ночь, слушая веселое щебетание Вики. Давно я так не наслаждался женским обществом. Хотя не прошло и двух часов с тех пор, как мы познакомились, от Вики веяло таким теплом и искренностью, словно мы были знакомы целую вечность.

Кое-что она рассказала и о себе. Родилась в Лейчестере; окончив школу, поступила на секретарские курсы, после чего проработала около года в страховой компании. Затем перешла в местную туристическую компанию, а потом перебралась в Лондон и стала работать у Ардмонта, который только-только основал собственное дело. Год спустя стала курьером. Я прикинул, что ей года двадцать три-двадцать четыре.

Даже речь её доставляла мне истинное наслаждение. Я упивался её голосом, певучим и нежным. Он каким-то непостижимым образом успокаивал меня, а время от времени навевал приятный холодок в затылке. Мне начинало казаться, что я качаюсь на ласковых волнах. Поразительная девушка.

Мы въехали в Ричмонд и, следуя указаниям Вики, вскоре подкатили к огромному многоквартирному дому. Я остановил машину на вполне пристойной стоянке, на удивление чистой и убранной. Уже подойдя к дому, я обратил внимание, что выглядит он довольно богатым.

Заперев машину, я прошел следом за Вики через вращающуюся дверь в роскошный вестибюль, под стать своему собрату в "Кроксли". Меня поразило обилие флоры. Помимо всевозможных горшочков с цветами, в вестибюле был разбит настоящий сад. Розовые стены были украшены огромными зеркалами, скрытый матовый свет создавал уютный полумрак, приятный для глаз. Утопая по щиколотки в пушистом сером ковре, мы неслышно прошагали к лифту.

Вики нажала на кнопку. Я ещё раз огляделся по сторонам, прикинув, что работа курьера должна оплачиваться на порядок выше, чем рассказала Вики.

Она, должно быть, прочитала мои мысли, потому что вдруг сказала:

— Красиво, правда? На одно лишь курьерское жалованье, я, конечно, не могла бы себе этого позволить.

Двери лифта бесшумно распахнулись. Мы вошли в зеркальную кабинку, и Вики нажала на кнопку второго этажа. Пару секунд спустя она уже вела меня по застланному ковровой дорожкой коридору. Остановившись перед дверью с табличкой 206, она отперла дверь своим ключом.

Сомнений в том, что делать дальше, у меня не было. Вики решительно шагнула в прихожую и включила свет, так что мне ничего не оставалось, как последовать за ней. Войдя, я прикрыл за собой дверь.

Небольшая прихожая была обставлена со вкусом: бледно-зеленый ковер, серебристые обои, разукрашенные бутылочно-зеленым цветочным орнаментом, на стенах изящные хрустальные бра… Чисто, тепло и уютно.

Подойдя к трюмо из красного дерева с зеркалом в золоченой раме, Вики взяла с серебряного подноса несколько конвертов, небрежно просмотрела их и положила на место. Затем взяла из платяного шкафа вешалку и протянула мне.

Повесив наши пальто в шкаф, она зашагала по коридору по направлению к стоявшей нараспашку двери, по пути миновав несколько закрытых дверей.

— Туалет, — небрежно бросила она, проходя мимо одной из них.

Мы вошли в гостиную, Вики щелкнула настенным выключателем и прошагала прямиком к столику, на котором выстроилась целая батарея бутылок и стаканов.

Роскошно обставленная гостиная так и дышала богатством и великолепием. Золото, мрамор, античные статуэтки и украшения.

— Выпить хотите? — предложила Вики.

— С удовольствием. Если можно — водку. Да, Вики, вот это комната!

— Присаживайтесь. Советую попробовать софу — она божественна.

Я погрузился в невесомую пушистость, опасаясь, что провалюсь сквозь пол.

— Ого!

— Я предупреждала.

Вики поставила хрустальную рюмку, наполненную прозрачной, как слеза, жидкостью, на мраморный столик передо мной, а сама сбросила туфли и пристроилась на мягкой подушке, подвернув под себя ножки.

— Ваше здоровье!

— И ваше!

Я зажег ей сигарету, закурил сам и оглянулся по сторонам.

— Должно быть, жалко бросать все это и уезжать почти на весь год.

Вики улыбнулась и покачала головой.

— Это мне не принадлежит. Увы. Это квартира моей подруги, отец которой любит немножко, ну, совсем чуть-чуть, баловать дочурку. Единственную, правда. Сью — стюардесса в "Би-Оу-Эй-Си". Сами понимаете — зарабатывать на жизнь ей ни к чему, но Сью обожает летать. Я познакомилась с ней три года назад, когда она работала на "Бритиш Эйрлайнз", а я летела домой из Испании. Мы подружились. Теперь я всегда останавливаюсь у нее.