Как приручить кентавра, или Дневник моего сна - Франциска Вудворт

– Что, я? – не понял он моей логики.

– Ты тоже будешь привыкать к моим! – заявила я. Его глаза удивлённо расширились, и, заинтригованный, он перекатился на спину, предоставляя своё тело в мое полное распоряжение.

Вот так просто? Я смотрела, как он раскинул руки, приглашая меня к себе прикоснуться. Что-то мне это напомнило. Ага! Подняла голову моя мстительность, и в моих глазах зажёгся опасный огонёк.

– А где те шелковые путы? – спросила я.

Он приподнялся и напряженно посмотрел на меня.

– Путы! – уже потребовала я. Люблю воздавать той же монетой.

– Что ты задумала?

– Связать тебя. – Это ему не понравилось. Я была уверена, что у него внутри всё протестует против того, чтобы отдать мне полный контроль. Но я смотрела на него, напоминая об утренних событиях, и он поднялся с постели и пошёл за ними.

Вернувшись, он молча протянул их мне. Я кивнула ему на постель, чтобы он ложился. Шерридан нехотя лег, раскинув руки. Да… что-то мне подсказывало, что не привык этот мужчина к такому, ой как не привык.

Не спеша, я привязала сначала одну его руку, затем другую. Проверила крепость и осталась довольна. Шерридан был напряжён, но не мешал мне. Я спустилась к ногам и, привязав одну, бросила на него взгляд. Увидев, что он смотрит на меня, медленно наклонилась и поцеловала его колено. Что ж, пяткой в лицо я не получила, не то что он утром, но как же напряглись его мускулы! Я не стала тянуть и, привязав его вторую ногу, села на корточки, наслаждаясь открывшейся картиной.

Он лежал передо мной распятый, в одном лишь полотенце на бедрах, беспомощный и весь в моём распоряжении. Красота – мечты сбываются!

Вынуждена признать, что моя коварная улыбка спокойствия ему не добавила.

Я склонилась к его уху и тихо произнесла:

– Надеюсь, ты будешь послушным мальчиком… а иначе я тебя накажу! – И ощутимо прикусила мочку уха. Как же он дёрнулся! Довольная, я посмотрела на него. Его глаза просто горели, но я не испугалась.

Я провела рукой по мускулистой груди и произнесла:

– Все называют тебя Господин, но я супруга и Госпожа. ТВОЯ Госпожа, – решила уточнить я. Всё, мужика можно было выносить – он поплыл. Подозреваю, что в такие игры наложницы с ним не играли. Вообще-то, я тоже как-то не играла, но моя фантазия сегодня разыгралась.

Я оседлала его, совершенно не смущаясь, что обнажена. В конце-то концов, в восемнадцать лет стыдиться нечего, а можно лишь гордиться природной красотой. Это уже к тридцати красота требует трудов и занятий в спортзале. Зарывшись в его волосы пятерней, я чуть дёрнула их и произнесла, приблизив свое лицо к его, бесстрашно встречая пылающий взгляд:

– Я твоя Госпожа и, когда закончу с тобой, ты будешь кричать об этом! – И поцеловала его в грешный рот, как тогда на Совете.

Всё, мужик, ты попал! Сейчас начну исполнять все свои фантазии. А с таким шикарным телом, как у него, есть где разгуляться.

– Рия! – севшим голосом выдохнул он, когда я отстранилась.

– Неправильный ответ! – произнесла я, опять склоняясь к его губам: – Госпожа! – напомнила ему и прикусила нижнюю губу в наказание.

Он зарычал и начал вырываться, но я дёрнула его за волосы, останавливая:

– Будешь вырываться – накажу, а если нет, то… – Моя рука шаловливо прошлась по его телу, и он застонал.

А потом началось безумство. Я изучала его тело губами, руками, да я тёрлась об него всем своим телом, как большая кошка. Целовала его, лизала, покусывала… Да какие взбитые сливки?! Он и без них был моим главным десертом!

Наслаждаясь вкусом его кожи, я совсем потеряла голову. Причём голову потеряла не я одна. Шерридан перешел черту, и в путах бился дикарь, потерявший контроль над собой.

Я отрывалась за всё то время, что вынуждена была пропадать на работе. Думать о том, как содержать сестру после смерти матери и в страхе перед завтрашним днём. О всех волнениях, когда вложила все деньги и начинала бизнес. Когда забивала на личную жизнь, погружаясь в работу, о страхах перед проверками, конкурентами и многом другом. Это сейчас все хорошо, а раньше…

А тут я впервые свободна, никому ничего не должна, есть только он и я, могу делать все что захочу. Я и не сдерживалась. Положив руку на полотенце, которое еще каким-то чудом держалось на его бедрах, провела рукой по его краю, заставив мускулы пресса окаменеть, а Шерридана зарычать.

– Кто я для тебя?

– Рия! – требовал он, чтобы я к нему прикоснулась.

С легкой улыбкой, я медленно распахнула полотенце, освобождая его вздыбленную плоть. Я смотрела в его затуманенные глаза, ощущая свою власть над ним. Не отводя от него взгляда, я наклонилась и чуть подула. Шерридан зарычал, а я повторила вопрос. Мои глаза давали обещания при правильном ответе.

– Моя супруга! – выдохнул. Хороший мальчик. Неплохая попытка, заслуживающая поцелуя. Что я и сделала, но затем отстранилась и спросила: – А еще?

Его бёдра подались за моим ртом, моля о ласке и он зарычал сквозь зубы, поняв, что её не последует. Мне самой стоило огромных трудов держать себя в руках и не лизнуть жемчужную каплю, что выступила на головке его члена.

Как же он бесился! Мускулы напрягались и перекатывались от его попыток освободиться. Я наслаждалась этим зрелищем и своей властью. Он был как натянутая струна, его тело блестело от пота, и все мускулы были напряжены. Наклонившись, я потерлась об него ложбинкой между грудями.

– Моя госпожа! – зарычал он, капитулируя, и тут же застонал, потому что мои губы накрыли его плоть.

Он был большой, и моя рука не могла полностью обхватить, но я сжимала его, скользя снизу вверх, а губы мои пробовали его на вкус. Я слизнула каплю страсти, и мой язык прошёлся по головке. Он дёрнул бёдрами, глубже толкаясь в мой рот, и я заглотила. Подняв голову, вдохнула воздуха и проложила влажную дорожку языком по стволу, обводя рисунок проступивших вен, а потом снова взяла его в рот.

Мне нравился его вкус. Я играла, сосала, облизывала, и хриплые стоны мужчины были музыкой для моего слуха, ещё сильнее меня заводя и толкая на безумства.

Я так увлеклась, что не заметила, когда он получил свободу. Подняв глаза, я увидела, что Шерридан сломал один из столбиков кровати и уже освобождает другую руку. У него был настолько дикий вид, что я в испуге дёрнулась.

– Даже не думай! – угрожающе приказал он, пресекая даже мысли о побеге.

Некстати вспомнилось, что данное тело ещё девственно, а мужчина был настолько возбуждён, что об осторожном проникновении не могло быть и речи.

– Я развяжу ноги, – произнесла я, отодвигаясь, и передвинулась к лентам в ногах. Изменив положение тела, чуть отодвинувшись от него, я тут же соскочила с кровати и понеслась… нет, не на выход, я еще не сошла с ума бегать по дворцу голой, да и не убежала бы я далеко. Я побежала в купальню и со всего разбега прыгнула в бассейн. Мне вслед понеслось разъяренное рычание. Если бы я не знала, что он кентавр, то могла бы поспорить, что это царь зверей рычит.