Предсвадебный любовник - Агата Лав

И что тогда?

Что будет, если он не поверит мне?

— Значит, я ошибся? — спрашивает он с неясной интонацией и чуть отклоняет голову в сторону, чтобы освободиться от моего прикосновения. — И у нас всё хорошо?

Я хочу сказать, что сомневаюсь. Потому что он так постарался, измучив меня то пошлыми намеками, то неясными угрозами, что мне уже ничего непонятно. Я не верю собственным воспоминаниям, в которых мне было хорошо с ним. Ведь когда-то было… пусть без зашкаливающих эмоций и раскаленного влечения, но я чувствовала спокойствие и тепло в его надежных руках и я же сказала ему “да”.

А теперь передо мной совершенно чужой человек.

И неприятные сюрпризы не думают заканчиваться. Один из них — это взгляд Леши, воспаленный и острый как лезвие. Из-за него я не говорю ничего из того, что творится на душе, а молча киваю.

— И мы завтра едем к твоей маме? — продолжает Леша тем же голосом. — Ждем моего приятеля? Так же, крошка?

— Так, — я киваю второй раз

— Значит, мне показалось, — заключает он утвердительно, — и у нас действительно всё хорошо.

Он проходит последние сантиметры и целует меня в губы. Случается холодный мертвый поцелуй, и я не ощущаю ничего, кроме вынужденной механики. Он тоже пока не пришел в себя и пытается найти спусковой крючок, чтобы, наконец, провалиться с головой и позабыть о визите Владислава Игоревича. Но не выходит, я буквально чувствую его недоверие и отравляющую ревность на своих губах. Ощущение липкой смолы, которой Леша заполняет меня и пачкает так, что я боюсь, что мне уже не отмыться. Не забыть… Хотя я послушно откликаюсь, лишь бы перестать быть приколоченной к столешнице.

— Моя крошка, — шепчет он нараспев, — только моя...

Он прижимает меня к себе, собирая напряженные руки вокруг тела, и заставляет выгибаться. Его язык забирается глубже, а я сцепляю ладони в кулаки и прикрываю глаза, чтобы хоть как-то отгородиться от происходящего. Хотя куда там, ему начинает мешать моя одежда, и Леша голодными рывками раздевает меня, после чего приподнимает и усаживает рядышком с электрической плитой.

— Ближе, — приказывает он и тут же хватает мои бедра и подвигает к себе максимального близко. — Разведи, да… Кого ты стесняешься?

Он все равно всё делает сам. Его длинные пальцы повсюду, они сминают и поглаживают меня, то мягче, то со злой силой, заставляя шумно выдыхать сквозь сомкнутые зубы. Но ему плевать, он совершенно ослеп от животного желания и думает только о себе, о том, что вот-вот получит свою долгожданную разрядку, пусть и без купленных чулков.

Я же надеюсь, что это будет быстро. Его судорожные движения даже успокаивают меня, я вижу, что он не будет растягивать, а просто трахнет меня без лишних движений. Утвердится в законных правах и выдохнет после легкой ссоры, к которой, я уверена, еще вернется. Его безумно задело то, что происходило в комнате между мной и Владиславом Игоревичем. Откуда мне знать, как это выглядело со стороны, но Лешу скрутило тугим канатом из злости и лютого раздражения, а еще уязвленное мужское самолюбие…

Безумный дерьмовый коктейль.

Он кладет ладони на мою задницу, оттягивая белье в сторону, и наталкивает на себя. Входит с блаженным вздохом, который утыкается мне в плечо. Леша прикусывает мою кожу и продолжает жестко двигаться, беря меня сильнее и глубже. Он понимает страсть как злость, и за мгновение взвинчивает темп до тупой долбежки, от которой мне тошно.

Мое тело не принадлежит мне и ходит туда-сюда от грубых толчков, принимая его. Леша влажно целует меня и что-то рычит над ухом, как будто это может заводить, а мне бы только спрятать лицо и больше ничего. Хотя бы без поцелуев в губы, и чтобы не видеть его пьяные от похоти глаза… Не сейчас...

Мне плохо от него. И я не хочу больше так. Я не смогу.