Виновата ложь - Лера Эс

Быстро поздоровалась с ребятами, и прошелестела к кабинету Нины Ивановны.

Чем ближе подходила к кабинету, тем сильнее во мне разрасталось беспокойное чувство.

Но уже перед кабинетом, я услышала грубый мужской голос:

— Я все понимаю, но моя дочь не может тут работать, и вообще работать ей нужды нет.

Молчание.

Вздох.

— А вы, спросили свою дочь, чего она хочет? — в тон ему ответила моя начальница.

— Я ее забираю, и на этом точка.

Я задержала дыхание, боясь пошевелиться. Ведь мне так интересно, о ком речь. Но тут мой телефон ожил, и громкая трель звонка раздалась по всему коридору. Я выругавшись скинула вызов. И постучала в кабинет.

— Нина Ивановна, к вам можно? — робко произнесла я.

— Заходи, Варечка.

Я сделала шаг в кабинет, и только сейчас обратила своё внимание, на мужчину. Взрослый, статный и хорошо одетый. А его костюм, стоит так же наверное, как и наша с мамой маленькая двушка.

— Я бы хотела написать заявление по собственному, видите ли мне пока запрещено работать.

Сказав это, я замолчала.

— Ну вот, теперь нет нужды спрашивать, чего хочет моя дочь. — проговорил незнакомец.

Я выпучила глаза и посмотрела на него. В смысле дочь? Этот человек — мой отец?

— Ага, очень хорошая шутка, — съязвила я. — У меня нет отца!

— Варя, обойдёмся без заявлений.

Радует, что никто не спрашивал о моем решении уволиться с работы.

— Ну тогда, я пошла. — махнув рукой на прощание, я вышла из кабинета.

— Варя, подожди. — окрикнул меня мужской голос.

Шумно выдохнула, и поправила свои мокрые волосы. С этим импозантным мужчиной, я смотрелась, как побитая дворняжка.

— Эм… как вас там? — задумчиво постучала пальцами по подбородку.

— Прости, мне мою невежливость. Меня зовут Левицкий Сергей Александрович.

— Так вот Сергей Александрович, у меня отца нет. Я не знаю, с чего вы это взяли, — взглянула на него из под насупленных бровей. — Но я не ваша дочь. Вероятнее всего, вы меня с кем-то путайте. Всего доброго. — развернулась и почти бегом пошла на выход из кафе.

Этот мужчина в строгом чёрном костюме, и белоснежной рубашке не мог быть моим отцом. Ну вообще никак.

Вышла из кафе, и только сейчас заметила три чёрных, дорогих внедорожников, а возле него стоит охрана.

Надо будет посмотреть информацию об этом мужике в интернете.

Интересно.

Добралась домой я не очень быстро. Дождь все так же лил, как из ведра. Подходила к дому, и увидела те же машины, что были у кафе.

Вот я уже подхожу к подъезду, и прям передо мной встаю охранники. Я попыталась обойти их, но они перегородили дорогу.

— Я тут живу, — гордо вскинула голову. — Пропустите!

Ни один мускул не дрогнул на лице этих двух людей.

— Квартира какая? — голос лишён каких-либо эмоций.

— 16.

И они дали мне пройти. Что это было сейчас? Надо ли понимать, что этот Левицкий у нас дома? Господи, он у нас дома.

Твою ж мать.

До своего этажа буквально долетела, но перед дверью остановилась, чтобы перевести дыхание.

Вдох и выдох.

Осторожно открыла дверь, и зашла в квартиру. Из кухни доносились голоса.

— Зачем ты появился в нашей жизни, Серёжа? — кричала мама.

Я прокралась к кухне, и стала слушать разговор.

— Марин, ну прости меня. Дураком был, — он сделал вздох. — Хочешь на колени встану? Не гони. Я сожалею. Я хочу вернуть вас! Тебя и дочь!

Я задержала дыхание. Неужели этот статный мужчина, мой отец?

— Нет! — твёрдо ответила мама. — Тебя двадцать лет не было! И ты вот так заявляешься, и предъявляешь свои права на нас! С ума сошёл!

Больше не было смысла прятаться, и я зашла на кухню.

— Варя, — сказала мама. — Знакомься это Сергей и это твой биологический отец.

— Круто. — никакой радости.

— Здравствуй, дочь. Выслушай меня. — и он начал рассказывать с самого начала. Почему бросил маму. Почему так долго не появлялся в нашей с ней жизни.

Из его рассказа я поняла, что будучи молодым он узнал, что моя мама беременна, он обрадовался, но его родители, то есть мои так называемые бабушка и дедушка были против, и поставили ему условие. Либо семья и все блага общества, либо нищенка и оборванка без роду и племени. Выбор был нелёгкий, и он выбрал свою семью. Теперь когда у него есть процветающий и успешный бизнес, он решил вернуть нас. Говорил, что полноценных отношений у него не было, лишь только кратковременные интрижки, которые длились не больше месяца. А, любил он конечно же мою маму. Всю свою жизнь.

— Ясно. — произнесла я, без единой эмоции.

У моего отца строительная компания и называется «МОНОЛИТ». Он рассказал, что его компания участвует в тендере на строительство торгового центра. Так же он сказал, что хочет нас забрать к себе в дом. И готов прямо сейчас к этому. Потому что больше не может жить в дали от нас. Потому что больше не хочет так, и готов на все, чтобы вернуть доверие мамы.

Я посмотрела на маму, а та в свою очередь сидела и незаметно для нас, смахивала слезки с глаз. И тогда я поняла, что любит до сих пор. Видно невооруженным глазом это.

* * *

Мама все же дала ему шанс. Папа каждый день на протяжении всей недели приезжал к нам, были прогулки в парке, походы в дорогие рестораны. И он даже предложил мне работу в своей компании, а я отказалась. Язык не поворачивается называть его папой. Поэтому обращаюсь к нему пока на «вы». Может быть когда-то я и привыкну к нему. Он все понимает, и не торопит меня.

Что касается моей болезни? Я исправно каждый день хожу в больницу, и мне ставят уколы и дают таблетки. Кстати лечение дорогостоящие. Папа оплатил его, и сказал, если будет нужно он отправит меня за границу лечится.

Максиму, я все же вернула те деньги, что он заплатил за меня, конечно не без помощи папы.

Когда я перевела нужную сумму Салтыкову на счёт, он прислал смс:

Максим: Гордячка.

Я ему не ответила. Потому что нечего отвечать, и потому что не хочу.

День «икс» настал. Наверное, я сошла с ума, но мне нравится этот дом, в который мы с мамой переехали. Нашу двушку мы оставили. Решили не продавать.

В новом доме, все так строго. В черно-белых тонах. Минимум мебели, но вместе с тем, тут здорово. Большой двухэтажный дом, с огромной территорией. Много охраны, и так же полно прислуг.