Голод - Любовь Попова

В черном черном городе. На черной черной улице. В черном черном ресторане. Так, стоп. Что я несу? А что еще мне остается сидя в кромешной тьме, пока мое запястье жжет рука Макара. Тяжелая большая, с огрубевшей кожей, она словно ставила клеймо всевластия, не позволяя мне даже дернутся.

— Макар, что происходит? Кто-то не заплатил за свет?

Ага, проверка Зюганова. Ты можешь хоть немного помолчать?

— Мне страшно. Когда мне страшно я болтаю, — не соврала ведь, даже в его клубе я была чересчур словоохотлива.

— Я же тебе уже говорил, что рядом со мной тебе нечего бояться.

— Дамы и господа, — раздался эхом голос и душа убежала со всех ног в пятки. Сейчас точно начнется какая -нибудь жесть. — Мы рады приветствовать вас.

— Это что квест? Ты привел меня на квест?!

— Да, твою же мать! — шипит Макар. — Закрой ротик Малыш, пока я его не закрыл членом. Даже стесняться не придется.

От его резкого тона я сникла, продолжала слушать, судя по всему, метрдотеля.

— Единственный вечер в месяц, когда вы лишаетесь зрения, чтобы в полной мере ощутить вкус наших блюд. Наши официанты…

— О-о, — я открывал рот в изумлении. Я слышала про такое, но чтобы участвовать в ночном поедании…

— Макар — снова шепотом позвала я и накрыла его руку на своей, пока мужчина распинался о прелестях ночного жора.

— Ну что еще? — раздраженно, но не зло ответил Макар и я тут же почувствовала его дыхание на своем лице. — Хочешь начать с аперитива?

— Боюсь даже представить, что ты имеешь ввиду, — прошептала я и вдруг почувствовала язык на своих губах. Тело пронзило судорогой, и я протяжно выдохнула. Может хватит быть таким. Покажи уже свою истинную сущность, дай мне лишний повод ненавидеть тебя.

— Я имел в виду выпивку, но твои мысли мне тоже нравятся, — насмешливо рыкнул он и накрыл мои губы в коротком, но очень голодном поцелуе. Таком горячем, что хотелось тут же выйти на воздух, а лучше скинуть лишнюю одежду, чтобы…

Кошмар, я ведь никогда не была столько пошлой, а теперь мне кажется, что он вел речь о своем идеальном половом органе, что привело мое тело в, не по женски, боевую готовность. Словно я уже отпахала пол тренировки и чувствую, что тело неистово стучит в грудине, готовое вот-вот вырваться наружу и болванчиком поскакать между столами.

— Дело в том, — говорю я облизнув губы после поцелуя, — что я не могу есть то чего не вижу.

— Начинается. Я что, зря тащился сюда?

— А чем бы ты хотел заняться? — тут же спрашиваю и прикусываю язык, прекрасно понимая, что играю с огнем. Но я хочу знать о нем как можно больше. Хочу знать все.

— Я покажу, как только мы доберемся до машины.

Кажется его там ждет большое обломинго, — усмехаюсь про себя, — но решаю заранее завести его посильнее, чтобы неудача чувствовалась еще острее, чем стыд, когда он щеголял в одном полотенце.

  Скидываю туфлю и протягиваю ногу через стол, касаюсь ткани брюк и ползу выше, чтобы поставить пятку на край его стула и коснуться пальчиками одного очень неприличного места.

Не видно было ничего, только по помещению, как светлячки летали маски ночного видения на официантах, но я ясно ощутила, как напряглась под ногой плоть, как резко, шумно выдохнул воздух Макар. Как захват на моей руке стал крепче.

— Немного не во время, — сильная рука теперь сжала в капкане мою лодыжку. Но вместо того, чтобы убрать, как я думала руку, он стал направлять мое действие, вынуждая меня уже задыхаться от возбуждения.

Как же легко поверить, что все это настоящее. Что он не подонок и лжец, который решил поиграть с одной наивной девчонкой. Только вот он даже не понял, с кем связался.