Голод - Любовь Попова

Данила уже оделся, выгнал Пашу, которого сам трахнул в душе и взял вибрирующий телефон.

Много пропущенных от Макара. Новая угроза. Снова бомба. Пятый раз за месяц.

Да ебись оно все конем!

Вот правду говорят, баба на корабле к беде. Стоило только, появиться этой девке, начались проблемы.

Данил бросился к бару, возле которого уже собрались спецы и все парни. Макар с Василисой тоже были здесь. Ругались.

— Я сказал, вали домой, — держал он ее за локоть, а она даже не морщилась от боли.

— Пока я не выясню, что ты в безопасности не уйду, — шипела в лицо, но голоса не повышала.

— Доберемся до квартиры, выпорю.

— Жду с нетерпением.

В этот раз Макар все же отнесся серьезно. Хотя бы потому, что утка не была найдена в первые полчаса.

— Ты где был? — недовольно спросил Макар, когда они вышли на улицу обследовать здание с внешней стороны.

— Трахался, — пожал плечами Данил и нечаянно словил взгляд Паши. Тот канючил возле Василисы.

— Ну, оставь ты это мужикам. У нас завтра сдача практики по уколам. Препод зверь!

Василиса нахмурилась, но кивнула. Что-что, а благоразумие в ней осталось, тем более что опасности, вроде так и не было.

— Ладно, — кивнула она Боре, отличному парню водиле. Третьему за месяц.

Остальные казались Макару слишком симпатичными.

Она отняла свою руку от Макара и потянулась в его лицу.

— Не целуй, — попросила она, когда он нахмурил брови. — Просто отнеси в машинку.

— В машинку, — закатил глаза Макар и под улюлюканье поднял на себя Василису. За задницу. Вот не дебил ли? Нашел время.

— Иди двери открывай, чего стоишь? — кивнул он Паше и тот сразу подорвался.

Эта парочка, все-таки соприкоснувшись губами, шла за ним.

— Ну что там? — спросил Макар, когда Паша вместо того, чтобы открыть двери достал из кармана телефон.

— Да помехи какие-то, — сказал он небрежно и вдруг резко вскинул на Макара испуганный взгляд.

Тому потребовалось всего две доли секунды, чтобы оценить ситуацию и принять решение.

— Борис из тачки! — рявкнул он на всю улицу и рванул в сторону, даже не думая отпустить, замершую Васю.

Паша тоже рванул от машины.

Все происходило одновременно. Все происходило почти в одну растянутую секунду.

— Ложись! — крикнул Данил, сам опускаясь на землю, зацепив взглядом, что именно открытие двери привело детонатор в действие.

Машина полыхнула огнем, взрывной волной огромной силы. Всех отбегающих отбросило в стороны, а Борю водителя под визг Василисы сожгло заживо.

Но Данил почему-то знал, что кричит она не из-за этого.

— Мака-ар! — орала она, как раненая волчица над дитем, дергая недвижимую тушу, когда все начали подниматься из укрытий. — Мака-ар! Сделайте же что-нибудь! Сделайте! Скорую! Паша быстро!

Она рвала на себе платье, приговаривая:

— Сейчас, сейчас милый, я же врач! Будущий правда. А я и забыла, представляешь? — истерично засмеялась она, подкладывая ткань под голову Макара. — С тобой я обо всем забыла. Только умирать не смей. С тобой лягу. Не смей, понял?! Паша, скорую!

— Вызываю!

Данил подбежал и тут же отпрянул. По груди шефа растекалось ярко красное пятно, а по лицу расползлась болезненная бледность, кроме тех мест, где от удара об асфальт повредилась кожа.

И в голове набатом торкнула мысль, что все надежды ревущей и оказывающей первую помощь Василисы зря. Смерть уже пришла за Макаром. Значит, будет преследовать снова и снова.