Медлячок - Эмилия Грин

— Можно теперь я буду ведущим? — вызвался хозяин дома Алексей.

Он тоже находился среди компании игроков.

— Так, вновь прибывшие, сдаем ваши фанты! Мила, Даша! — я протянула свой браслет, а подруга кулон, и, заняв дальние места, попыталась расслабиться.

Дашка уже давно получала удовольствие от всего происходящего, только вот я ощущала себя не в своей тарелке. Но не могла объяснить причину этого странного разъедающего чувства в груди…

Новые игроки продолжали сдавать фанты, когда над нами практически навис высокий подкаченный парень с черными вьющимися волосами до плеч. Он был одет в простую белую майку, которая недвусмысленно подчеркивала мощный загорелый торс, забитый татуировками.

— Привет, красотки! Меня зовут Ян! Как вас?

— Мила… — ответила смущенно, потому что этот парень выглядел как ходячий секс, а мне еще не доводилось общаться с такими представителями противоположного пола…

Я как обычно ждала, что Дашка придет на подмогу, и что-нибудь сострит, но она демонстративно отвернулась, разглядывая идеально ровную стену.

— А ты чего молчишь? — холодно бросил Ян, после чего красавица брюнетка все-таки подняла на него свой недовольный взгляд.

— Мы сейчас будем играть, поэтому особого желания общаться нет… Так что ты иди, иди… — черт. Лучше бы она молчала.

Парень нахмурился, глядя на Дашку с изумлением.

— Ты типа леди, что ли? И брезгаешь таких, как я? — брюнет прошелся кистью по своим — Да, я леди! А ты… — она прищурилась, посылая в парня высокомерную улыбочку, а затем ядовитым голосом довольно громко произнесла. — А ты просто бродяга!

Блин. Что она несет?! Ей вообще пить нельзя!.. После одного коктейля решила нажить себе врагов среди незнакомых подвыпивших парней?! Гениальная идея! Я до боли сжала тонкое запястье однокурсницы, нервно улыбаясь раскаченному татуированному красавцу.

Он уж точно не выглядел как бродяга, скорее, как какая-то машина для секса… Боже, знала бы мама, какие мысли у меня в голове…

— Ну, до свидания… — прошептал ледяным тоном, резко разворачиваясь и удаляясь из комнаты.

— Слава богу, свалил! Вот шимпанзе! Примат какой-то…Ты видела? Все нормальные парни в футболках или рубашках, а этот заявился в майке… — она хихикнула, теребя пальцем аккуратный локон темно-каштановых волос.

— Я бы сказала, он больше смахивает на Тарзана!

— Да точно! На грязного босоногого мальчишку, который спит в обнимку с животными! — засмеялась в голос подруга.

— Ну, я имела в виду, повзрослевшего мускулистого красавца, который передвигается в — С каким еще копьем? Тем самым?.. — мы захихикали, наконец, прислушиваясь к тому, что происходит вокруг.

Лёха достал первый фант, и глубоким загадочным голосом сказал.

— Этому фанту нужно… поцеловать взасос парня, который сидит с левого края дивана!

Я резко крутанула головой, обнаружив, как симпатичная блондиночка поднимается со своего кресла, и, усаживаясь прямо на колени к незнакомому парню, игриво обвивает руки вокруг его шеи, а затем без тени смущения проникает языком ему в рот.

— Ну, и задания… — взволнованно шепчет на ухо Дашка.

— Да уж…

Машинально оборачиваюсь на дверь, вновь сталкиваясь глазами с длинноволосым Тарзаном — он не терял эти пару минут даром, и уже обнимает за талию двух шикарных брюнеток. Они ластятся по обе стороны от его мускулистого торса, в то время как красавец делает вид, что внимательно следит за игрой, но я успеваю перехватить его заинтересованный взгляд, адресованный Дашке.

— Кажется, ты ему понравилась… — шепчу, кивая головой на дверь.

Она оборачивается, и я замечаю, как из расслабленного её лицо вдруг резко становится напряженным.

— Мил, ты видела там… — в эту секунду ведущий достает из коробки мой браслетик, и с ядовитой ухмылкой на губах произносит.

— А этому фанту нужно всего лишь станцевать медленный танец с хозяином квартиры… наедине!

— Ого, Лёша хочет с тобой потанцевать?! — непонимающе шепчет подруга, но я уже чувствую в словах ведущего какой-то подвох.

— Ну, ладно! Я не против… — раздается из-за моей спины спокойный равнодушный голос.

Вздрагиваю как от удара током, когда понимаю, кому он принадлежит.

Я даже не оборачиваюсь. Просто сижу, лихорадочно соображая, как же скорее отсюда смыться.

— А если я не хочу выполнять задание?.. — среди игроков проносится недовольный гул вперемежку со смешками.

— Тогда тебе придется выполнить штрафное! Снять с себя две вещи! Только и всего… — Алексей снова приторно улыбается, потому что, так же как и все видит — на мне только платье и капроновые колготки…

Поднимаюсь со своего места, медленно разворачиваясь. Страхов смотрит в упор. На лице как обычно ни тени улыбки. И одет он сегодня иначе: в шелковой черной рубашке и темно-синих джинсах. Очень стильно и подчеркнуто дорого.

— Ну, так что, Мила? — заботливым тоном интересуется ведущий. Теперь до меня доходит, откуда парень знает мое имя, — Ты снимешь с себя две вещи, чтобы отменить это задание, или же станцуешь медленный танец с хозяином квартиры в приватной обстановке? Что ты решила? — губы дрожат от волнения, негодования и страха.

Я замечаю, как некоторые студенты снимают всё происходящее на телефон. Вот черт. Разворачиваюсь, и гордо расправив плечи, выхожу из комнаты. Чувствую кожей, что Страхов идет следом за мной. Он нагоняет в просторном холле, и властно сжимает запястье.

— Теперь ты никуда от меня не денешься, Мила Лапина… — хрипло бросает студент, утягивая за собой в ту самую комнату для парочек…

Мы заходим в просторное полупустое помещение. Свет не горит, а дух захватывает от вида, который открывается с шестнадцатого этажа благодаря панорамным окнам в пол. Вечерняя Москва мерцает миллионами необузданных огней, они рассыпаются, превращаясь в потоки ослепительного света, бликуя на стенах и наших лицах.

Из мебели здесь только диван и кресло, а воздух кажется спертым и разряженным, поэтому мне хочется немедленно открыть окно и проветрить помещение. Из колонок доносится нашпигованная матами песня Скриптонита. Ну, очень романтично. Словно прочитав мои мысли, Страхов начинает переключать какие-то кнопки на небольшом пульте, который всё это время находится у него в руке.

— У тебя есть музыкальные предпочтения…? — вздрагиваю от звука его глухого отрешенного голоса.

— Мне всё равно. Вряд ли перед гильотиной интересовались музыкальными пристрастиями…

— Очень оригинально. Еще никто не сравнивал мои объятия со смертной казнью…

В это мгновение пространство между нами заполняется звуками хриплого мужского голоса. Всё тот же Скриптонит, но, кажется, это единственная лирическая композиция в его исполнении. Называется «Это любовь».