Соблазнительное пари - Сьюзен Джонсон

— Мы посмотрим, как будут развиваться события, и, если станет возможно, отправимся в Лион.

— Ты во всем идешь мне навстречу.

— Мне доставляет удовольствие делать тебе приятное.

Жоржи догадалась по его тону, что именно он имеет в виду.

— Даже и не думай! Ты еще полностью не поправился.

— Позволь мне самому судить об этом, — с улыбкой возразил Симон.

Жоржи некоторое время изучающе смотрела на него.

— Я не уверена, что ты достаточно благоразумен, чтобы судить об этом.

— Если бы я был слишком благоразумен, я бы не встретил тебя, — добродушно проворчал Симон. — Есть свои плюсы и в неблагоразумии. — Он приподнял черные брови и добавил: — Уважь меня, любимая. Ведь прошло уже столько времени.

— Я знаю. — Жоржи вдруг ощутила сладостные токи в теле. — Но, милый… ты и в самом деле чувствуешь в себе достаточно сил?

— Если я потеряю сознание, приведи меня в чувство поцелуем.

Однако Симон сознания не потерял. Он оказался обольстительно здоровым, и вскоре Жоржи почувствовала накат волны ошеломительно-сладостного оргазма.

После нескольких оргазмов, когда она наконец почувствовала себя удовлетворенной, Симон скатился с нее и, лежа на спине, сказал:

— Может, тебе будет интересно заглянуть под свои подушки?

Жоржи сумела лишь томно приподнять ресницы.

— Чуть позже, — шепотом сказала она.

— Тебе это понравится.

— В такой же степени, как нравишься мне ты? — пробормотала она и, улыбаясь, повернула к нему голову.

Симон хмыкнул:

— Нет, но все равно понравится.

Заглушив стон, ибо у нее не было сейчас сил даже пошевелиться, она запустила руку под подушку и достала оттуда изящную кожаную шкатулку.

— Этого не следовало делать, — прошептала Жоржи.

Симон лишь улыбнулся в ответ.

— Симон! — воскликнула она, открыв шкатулку и обнаружив там великолепные бриллиантовые серьги и ожерелье. — Да они просто восхитительны!

— Я обещал их тебе в Вене. У меня такое ощущение, что это я выиграл твое пари.

— Мы оба выиграли.

— Выиграли мы все трое, — поправил Симон и погладил Жоржи по слегка наметившемуся животу. — Я счастливейший из мужчин.

— Да, — тихо проговорила она и придвинулась к Симону поближе, размышляя о тех случайностях, которые привели к их встрече, о благосклонной фортуне и об ангелах-хранителях, которые следовали за ним близ Ватерлоо. — Судьба была добра к нам. И теперь мы едем домой.

— Хорошо бы теперь судьба позаботилась о моих противных родственниках! — усмехнулся он.

— Хочешь, чтобы я защитила тебя? — пошутила Жоржи. — Моррис, я думаю, подтвердит, насколько я безжалостная.

— Ах, ты, моя защитница и спасительница!

— С этого момента, милорд, вы можете чувствовать себя в полной безопасности, — игривым тоном заявила Жоржи.

Он так себя и чувствовал, но дело было не в каких-то страхах, а в любви, о существовании которой он еще недавно даже не подозревал. И он готов был благодарить любых богов, судьбу и любые таинственные силы, которые помогли ему найти свое счастье.

— Спасибо, моя любимая Жоржи, — также шутливо проговорил он. — Пребывание под защитой леди повышает возможности очаровывать. Ты теперь все будешь мне позволять? — нахально спросил он.

— Какая дерзость, Map! Ты меня обижаешь. — Однако на ее лице сияла улыбка.

— Каким образом ты хотела бы оказаться обиженной мной в следующий раз? — шепотом спросил он.

— Удиви меня.

Он улыбнулся. Подобная свобода действий была ему по душе.

— Во-первых, — негромко проговорил он, — тебе нужно надеть ожерелье и серьги…