Горячий Май - Айрин Лакс

— О чём задумалась, Вероника?

— О том, что вы ведёте свою игру. Темните. Только и всего.

— Да, Ника. Я люблю играть. Особенно во взрослые игры, от которых кончаешь.

— Останови, пожалуйста.

— Мы ещё не приехали, — возразил Май.

— Знаю. Мне просто нужно подышать свежим воздухом, без твоего влияния.

— Я на тебя влияю? — улыбнулся Май, паркуя автомобиль у обочины. — Скажи хотя бы, как именно?

— Плохо, Май. Ты очень плохо на меня влияешь.

Парень обхватил меня за шею, притянув к себе, и неожиданно поцеловал меня в лоб.

— Я и не сомневался, Ника. Я — не самый положительный персонаж…

— Звучит, как антиреклама, — сказала я, невольно вдохнув аромат мужской кожи и парфюма Мая.

— Я просто честен с тобой. Всё, что я говорю о себе, правда, — сказал Май, немного насмешливо глядя на меня. Он перевёл взгляд на мои губы. — Существует ли хотя бы одна причина, по которой я не должен целовать тебя?..

«Наверное, существует. Но только в параллельной вселенной», — подумала я. Потому что противореча самой себе, потянулась вверх, на мгновение коснувшись губ Мая. И поспешно выскользнула из салона автомобиля, пока не натворила того, о чём пришлось бы пожалеть в дальнейшем.

Май уехал. Я не стала идти домой сразу же, прогуливалась по скверу, думая о том, что мне известна всего две стороны правды: Мая и моя. А что думает по этому поводу сам Антон, заваривший кашу?.. Я набрала номер своего парня, отчего-то жутко нервничая. Тоха ответил не сразу же, но поднял трубку.

— Привет, Кисонька.

Голос Антона, как всегда, был полон тепла и какого-то тёплой безмятежности. Не того ледяного спокойствия Мая, от которого бежал мороз по коже, потому что под коркой льда кипел вулкан. Нет, Тоха был словно безопасный электрический камин…

— Привет, Тоша. Я думала, что ты меня встретишь. Вместо тебя приехал Май.

— Да, прости. Нужно было решить кое-какие проблемы.

— Решил? Не отвлекаю?..

— Нет, уже нет… Говори.

Я набралась смелости и спросила:

— Тоха, чего ты хочешь?

— Тебя, киса, — улыбнулся Антон.

— Да, я считаюсь твоей девушкой. Но что ты хочешь?.. Зачем эти игры с Маем?.. Почему-то отправляешь его вместо себя. И Май начинает загадочно водить вилами по воде, рассказывая, что я нравлюсь и тебе, и ему.

— Да. Ты очень нравишься. Нам обоим. А тебе? Тебе же понравилось находиться с Маем? И тебе хорошо со мной…

— Чего ты хочешь, Тоша? Скажи прямо.

— Чтобы тебе было так хорошо, как только возможно.

Я рассмеялась:

— Ничего не ясно, но сделаем вид, что поняли друг друга, так?..

— Когда ты будешь свободна? — сменил тему Антон. — Я хочу с тобой увидеться. Получится?..

— Когда ты хочешь увидеться, Тоха?

— Вечером. Я скучаю. Мне мало одного быстрого траха. Хочу тебя на всю ночь.

Внизу живота начало предательски колотиться предвкушение.

— Сегодня?..

— Сегодня, завтра… Без разницы, — выдохнул Антон. — Давай встретимся у меня? Ты не пожалеешь, сладкая.

— Я хочу с тобой поговорить откровенно, а не так, прячась за отговорками.

— Я тоже этого хочу, киса. Давай увидимся? Я расскажу и покажу, чего я хочу от тебя.

Глава 24

«Расскажу и покажу», — крутилось в моей голове. Но улизнуть этим вечером не получилось. Родители вдруг решили отужинать в ресторане.

— Киса, какие планы у тебя на сегодня? — спросил Тоха, позвонив вечером.

— Не могу. Родители позвали поужинать всей семьёй в ресторане.

— Где? — на заднем фоне слышалась музыка. Создавалось впечатление, что Тоха ехал в машине.

— Мы в «Коллизее»… Хочешь приехать? — спросила я.

— Вообще, звоню сказать, что хотел бы увидеться завтра. Сегодня никак, милая. Мотаюсь по городу. Давай на завтра?.. Отпросишься? Или выкрасть тебя тайно ночью?

— Может быть, не надо никого выкрадывать, а стоит просто поговорить? — спросила я, чувствуя, как сердце бешено колотится в ожидании ответа Тохи.

— Увидимся завтра, милая. Я буду скучать по тебе очень-очень… Целую, сладкая.

Антон опять проигнорировал мои слова. Разумеется, если родители увидят, с кем я провожу время, они не будут так муштровать меня… Наверное. Поскорее бы защитить диплом!..

Слова предков о том, что сначала — учёба, а потом всё остальное, уже набили оскомину. Но Антон постоянно уходил от разговора о знакомстве с родителями. И у меня возникало такое ощущение, что я навязываю ему себя и свои отношения.

Настроение немного ухудшилось. Я скучала по Антону, он мне нравился, но иногда я расстраивалась, потому что приходилось встречаться украдкой.

— Как успехи в университете, Ника? — спросила мачеха, Мария Львовна.

— Скоро защита, готовлюсь активно.

— Всё пройдёт отлично? — спросил папа.

— Конечно, я буду стараться. Думаю, что всё получится.

— Обязательно получится, — уверенно заявил отец. Похоже, что выбора у меня просто не было: защитить диплом на «отлично» или защитить диплом на «отлично».

— Хорошие у нас девочки, постоянно радуют успехами, — улыбнулась Мария Львовна. — Не то, что у других — избалованные и капризные.

— Да, у нас самые лучшие дочки, — папа поднял бокал и чокнулся с мачехой, выпив за нас с Маруськой.

Потом темой для беседы стала Маруська. Бедненькая, мне её было жалко: её заставляли штудировать китайский язык, потому что за «большим китайским братом — будущее», хотя сама Маруся лучше бы учила корейский. И думаю, что её искреннее увлечение приносило бы сестрёнке намного больше удовольствия.

Как и мне, например. Я, конечно, учусь в университете и получаю хорошие отметки. Папа приготовил для меня тёплое местечко, но лучше бы я занималась живописью. Я хорошо рисую, но моё увлечение остаётся простым хобби. Без права перерасти в нечто большее. По крайней мере, сейчас, пока я завишу от родителей материально…

В ресторане играла лёгкая музыка. Некоторые пары танцевали.

— Составь пару своему старику, — улыбнулся отец, приглашая меня на танец.

Со стариком он, конечно, лукавил. Папе исполнится пятьдесят пять, но выглядит он отлично, моложе своих лет, потому что следит за питанием и по мере сил занимается спортом.

Иногда даже мои сверстницы заглядываются на папу. Тёмные волосы с проседью красиво уложены и обрамляют его открытое, широкое лицо. Улыбаюсь, принимая приглашение. Танцевать с папой приятно: он уверенно ведёт, смеясь. Танец заканчивается. Папа улыбается, поднимая бокал:

— Сейчас все мужчины, собравшиеся в ресторане, мне завидуют. За моим столиком сидят самые красивые женщины. За вас, мои любимые красавицы!..

Папа только успевает поставить бокал с вином