Фригидная - Эмилия Грант

Мое имя звучит среди резиновых гениталий. Отлично. Я точно попала в параллельную вселенную.

И пока я размышляла, откуда в этом месте могут меня знать, и как бы незаметно сбежать, продавец подошел ближе и щелкнул выключателем, отчего интимный полумрак сменился ярким голубоватым светом.

 –  Леша Марков!  Одиннадцатый «Б»! Помнишь?

Теперь, когда он не трещал без умолку о клиторальных стимуляторах, я смогла рассмотреть его лицо. И точно! Парень из параллельного класса, мы учились в одной школе. Правда, тогда он был худой и длинный, его все называли Весло, а теперь вот подкачался и щетиной оброс. Если бы не белобрысые волосы торчком и не оттопыренные немного уши, ни за что бы его не узнала.

Надо же, а я-то думала, что мой поход в это злачное место просто физически не может быть более постыдным. Наивная. Теперь-то ясно, о чем все будут болтать на следующей встрече выпускников, потому что в школе у Маркова язык был без костей.

 – Вот это неожиданность, скажи? – радостно заулыбался Леша. – Кто бы знал!..

Это да! Кто бы знал, что я до такого докачусь? Насчет Маркова-то я никогда не сомневалась. Он в старших классах был таким бабником, что Хью Хэфнер обзавидуется. Вот бывает, про некоторых одноклассников думаешь: этот точно сядет в тюрьму, а вон та будет училкой, у нее на лбу написано. У Леши на лбу было написано, что он либо пойдет сниматься в порнухе, либо станет стриптизером. Так или иначе, свою жизнь он бы связал с сексом, потому что таких озабоченных даже в наши подростковые годы было еще поискать. Это он принес в школу первый «Плейбой», а потом и первую кассету для взрослых. Он за гаражами надувал с ребятами презервативы. Он тянул руку на биологии и спрашивал, когда нам расскажут про то, откуда берутся дети. Хотя уж кто-кто, а Леша Марков узнал об этом раньше остальных. Он, собственно, и был главным школьным просветителем. Помню, у нас фраза «так Марков сказал» была гарантом достоверности. Если Марков сказал, что есть такая фигня, как куннилингус, значит, точно есть. Чем бы оно ни было.

 – Ага… – кисло выдала я.

 – Как ты вообще, чем занимаешься?

 – Я бухгалтер, – ответила, старательно отводя взгляд от пикантных декораций и мысленно убеждая себя, что мы встретились где-нибудь в метро.

 – А я вот тут… – начал он, обводя рукой свои владения, но я перебила:

 – Я уже поняла, да.

 – Ну так что, Кравцова, помочь тебе с подарком? Могу скидку дать хорошую…

 – Нет, спасибо, – попыталась изобразить вежливость. – Мне правда пора.

 – Может, пересечемся как-нибудь? Сходим, кофе выпьем?

Я чуть не рассмеялась ему в лицо. Серьезно? Интересно, он хоть понимает, что когда он говорит «выпьем кофе» среди всех этих фаллоимитаторов, то это все равно звучит как «перепихнемся на досуге»?

 – Нет, Леш. У меня парень и вообще… Свободного времени нет.

 – Да я ж просто, по-дружески… – он сунул руку в карман, а потом протянул мне визитку. – Вот, держи. Там мой личный номер, если что – звони, пиши, я и в «Ватсапе» есть.

 – Конечно, – ответила я. – На связи.

Это было то самое «на связи», которое обычно говорят соискателям, провалившим собеседование. И я забыла о визитке, как и о самой затее купить себе игрушку, чтобы хоть как-то наладить интимную жизнь. Жизнь послала мне красноречивый сигнал: «Юля, это – не твое». А я не люблю наступать дважды на одни грабли. Просто вернулась к Саше и смирилась с тем, что и без оргазма можно прекрасно существовать, потому что в мире много других радостей.