Плохое воспитание - Эмилия Грин

Не переставая нагло меня изучать, Царев наклонился еще ближе, прошептав в нескольких сантиметрах от губ:

– Любая девчонка отрезала бы себе палец, лишь бы провести со мной ночь. Не помню, как тебя зовут, но мы живем в соседних домах, и я временно тусуюсь один. Могли бы неплохо повеселиться… Хватит изображать недотрогу. Ты ведь наверняка тоже испытываешь ко мне влечение?

POV. Гвидон

Неожиданно на губах соседки появилась мечтательная полуулыбка.

– Ты меня раскусил, – после небольшой паузы, хлопая ресницами, выдала она. – Мои чувства к тебе настолько сильны, что я не могу выразить их словами! – пострадавшая стянула кроссовку, запустив её мне в лицо.

– Бл*! Ты что творишь?! – подскочил, делая шаг в сторону.

Эта курва окончательно попутала берега – запустила в меня обувью! Твою дивизию! Уловив брезгливость в её глазах, я ещё больше взбесился. Какого хрена эта стерва смотрит на меня с таким пренебрежением?!

– Совсем скоро я заполучу над тобой абсолютную власть, девочка! – процедил.

– У тебя окончательно поехала крыша… – блондинка покачала головой, пытаясь подняться, но её лицо свело судорогой боли, стоило наступить на правую ногу.

Ассоль вновь уселась задницей на тротуар. Разумеется, я прекрасно помнил её имя, как его можно забыть?! Наверняка ей в школе так же, как и мне, пришлось помучаться из-за изобретательности одноклассников. Припомнил, сколько носов пришлось разбить, чтобы меня перестали дразнить.

– А впрочем, ты сама напросилась… – Без тени улыбки подхватил девчонку на руки и энергичной походкой направился в сторону её дома.

– Гвидон Иванович, но куда вы?! – приподняв выгоревшие брови, Володя чуть не выпал из окна автомобиля.

– Эй, отпусти-и-и-и! Убери от меня свои грязные ручищи! – запричитала красавица, но я лишь крепче прижал её к своему животу, блуждая взглядом по нетронутому косметикой личику с вздернутым носом.

– И не подумаю, пока не запустишь в меня всю оставшуюся одежду! – сердце выскакивало из груди, кровь превращалась в кипяток, устремляясь в пах.

Ассоль весила, как пушинка, и мне не доставляло труда держать её на руках, однако внутри творилась адская свистопляска. Представил, как прижму дерзкую блондинку к внутренней стороне ворот и запущу руку ей в трусики, заставив выкрикивать мое имя, чтобы слышали все соседи.

– Немедленно опусти меня на землю! Придурок! Псих!

Господи, замолчи!

На ней были белоснежные леггинсы и розовый топ, надетый без бюстгальтера. Крепче сцепил зубы, пытаясь не пялиться на небольшую грудь идеальной формы. Трахаться хотелось до трясучки!

– Я всего лишь помогаю девушке, попавшей в беду, – засмеялся, обнаружив искры гнева в голубых глазах соседки.

– Хорошо. Только иди быстрее! Мечтаю, чтобы этот кошмар скорее закончился! – Ассоль, наконец, осторожно положила руку мне на шею, немного выгибаясь в спине.

Оставшийся отрезок пути я проделал в тишине.

– Я буду позволять тебе висеть на моей шее, сколько вздумается, – прижав её крепче, нехотя затормозил возле ворот.

Наши взгляды встретились, и в груди что-то взорвалось. Почувствовал, что в мою жизнь ворвался ураган, сметая все на своем пути. Не проронив ни слова, белокурая склонила голову, выдерживая мой взгляд. В светло-голубых глазах промелькнуло влечение. Я почувствовал его, как акула кровь.

– Заеду за тобой в восемь. Переспим после ужина? – облизал губы, обхватывая пальцами тонкое запястье девушки.

Её пульс зашкаливал. На губах появилась такая сексапильная улыбка, что у меня свело мышцы внизу живота. Господи, спасибо, что послал мне эту девчонку! Несколько сумасшедших ночей нам обеспечено…

– Твою мать! – второй кроссовок врезался в щеку – и от неожиданной резкой боли я опустил стерву на землю.

– Даже не думай об этом… – прихрамывая, босиком, она вошла в открытую калитку.

– Я ведь не замуж тебя зову! Принимай меня таким, какой я есть! – заорал ей вслед, со всей дури врезаясь носом туфли в прутья железной ограды.

– Спасибо, но я лучше буду принимать «Новопассит»!

Каждая мышца на теле напряглась, и я сорвал с себя чертову удавку. Так-так. Не планировал сегодня устраивать вечеринку, но, похоже, без неё не обойтись…

POV. Ассоль

На улице было невыносимо жарко и ветрено.

Я закрыла калитку на засов, прислоняясь спиной к раскаленной поверхности металлических ворот. Позвоночник и грудь покрылись слоем пота, в горле пересохло.

Мечтала скорее оказаться под ледяным душем, но лодыжка распухла, и мне еле-еле удалось доковылять до шезлонга, не говоря уже о том, что пара фирменных кроссовок и велосипед теперь валялись бог знает где! Медленно опускаясь на лежак, я сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Слишком много нехороших событий свалилось за последнее время, и падение с велосипеда лишь дополнило эту скверную тенденцию.

Казалось бы, мама только оправилась после развода – через несколько дней открытие её картинной галереи в Москве, и тут новое потрясение – международная компания отца признана банкротом! Мой брат юрист остался помогать папе в Лондоне, а я сбежала… Да, именно сбежала, несмотря на назначенную дату свадьбы с Уинстоном.

Несколько недель назад мы с женихом крупно повздорили. Пожалуй, это была первая ссора за два года отношений, открывшая глаза на многие вещи. Помню, как свалилась дома с ангиной и ждала, что он меня проведает, однако, сославшись на занятость, Уинстон отправил лекарства через своего помощника. После того как жених проигнорировал меня, я всерьез задумалась о судьбе наших отношений. Со стороны они казались идеальными. Уинстон Харрис – молодой предприниматель из влиятельной английской семьи, успешно занимающийся ресторанным бизнесом. Он с первых свиданий обозначил серьезность своих намерений, а во время празднования годовщины отношений в лучших традициях голливудских фильмов положил кольцо от Тиффани в бокал с шампанским «Moet», попросив меня выпить до дна. Окружающие пришли в неописуемый восторг, когда на моей странице в Инстаграм появилась фотография кольца с бриллиантом в два карата на фоне клубничного трайфла. Новогодние каникулы мы провели на Сент Барнс, Пасху отмечали в семейном поместье семьи Харрис, а прошлым летом присмотрели небольшой дом в пригороде Лондона.

Но развод моих родителей спутал все карты. Застукав отца с секретаршей, мама скатилась в затяжную депрессию. Поддержав её решение вернуться в Москву, мы с братом первое время помогали обживаться на новом месте. Когда же все встало на круги своя и она активно занялась картинной галереей, мы смогли вернуться в Лондон. С этого момента в наших отношениях с Уинстоном начался разлад. С виду все продолжало выглядеть идеальной инстаграм-картинкой, только внутри этой красоты зияла пустота.

В какой-то момент я начала задумываться – а были ли вообще чувства?! Что я испытывала, когда согласилась стать его женой? Тогда это казалось веселым приключением. Да, под венец меня влекло исключительно любопытство! Возможно, в момент, когда мы с англичанином обменяемся клятвами в часовне при старом замке, на меня и обрушится целый шквал этих сладких, щемящих душу чувств?!