Насильно твоя - Мария Устинова

Два этажа без окон, фасад украшен цветным неоном. Малиновая вывеска вспыхивала в темноте с неравномерными интервалами, словно передавала сигнал о бедствии. Надписи поменьше наперебой предлагали выпивку, танцы и комнаты для утех.

Надо постараться, чтобы не оказаться в одной из них.

Я пошла по асфальтовой дорожке ко входу. Каблуки стучали громко, но неуверенно. Чем ближе к клубу, тем веселей становилось на душе — во мне просыпался азарт. Шаги стали тверже, а движения свободными.

Я ощущала себя неотразимой. И убедилась в этом, когда поймала свое отражение в темном стекле двойных дверей.

Красное платье, длинные темные волосы — все делало меня яркой. Я даже красивее, чем думала.

Если я его не склею — он гей!

Я улыбнулась отражению и решительно толкнула дверь.

Его машину я видела на парковке. Он точно здесь.

Нужно просто его найти.

Меня обволокло духами и сигаретным дымом. Я оказалось в просторном светлом фойе. Из-за дверей закрытых залов долетала приглушенная музыка. Красный ковер глушил шаги.

В зеркалах на стенах отражались огромные сияющие люстры под потолком. Я со стороны увидела, как красиво и целеустремленно иду к двери в главный зал.

Одинокая девушка всегда привлекает внимание.

За мной следили: не только охрана, но и посетители — в основном молодые парни, но попадались мужчины постарше.

Лазарь кое-что рассказал об Эмиле.

У него серый «мерседес». Он высокий, светловолосый, ему около сорока. Сейчас я не видела никого на него похожего, хотя с любопытством осматривала мужские лица.

Я вошла в зал и со всех сторон на меня обрушилась музыка. Понадобилось несколько минут, чтобы с ней свыкнуться. Я углубилась в толпу и поймала пробегающего мимо официанта.

— Бокал мартини! — проорала я.

Выпить просто необходимо. Во-первых, горло промочить — оно пересохло от волнения, во-вторых, наберусь храбрости. Заодно расслаблюсь. Я едва не дрожала от напряжения.

Пока официант ходил за моим мартини, я осмотрела зал.

Ничего особенного — клуб, как клуб. Лазарь сказал, он пользуется популярностью в криминальных кругах. Но ничего жуткого: обычные посетители, парочки и одиночки.

Центр отведен под танцпол. По периметру зала диваны, редкие столики и входы в приватные кабинеты.

Мне принесли фужер. На дне плавала одинокая оливка на шпажке. Терпеть их не могу…

Я расплатилась и официант ловко уворачиваясь от народа, исчез в толпе. Проследив за ним взглядом, я обомлела. Сердце забилось в горле — часто-часто, а мартини я недонесла до рта. В нос бил травянисто-алкогольный запах.

Эмиль был в глубине зала. Точно он. Таким его описывали: высокий, широкоплечий блондин.

Серый костюм, белая рубашка, расстегнутая у горла. Он откинулся на спинку дивана, поставив на пышный кожаный подлокотник бокал. Пальцы лениво постукивали по стеклу, взгляд скучающий….

Идеальный момент!

Мы одни, у обоих выпивка. Эмиль скучает — можно подойти, завязать разговор. Но я не двигалась, прячась в темноте за толпой. Оцепенела от страха и даже не поняла, почему оробела.

С такого расстояния лица толком не рассмотреть — по нему плавали отблески света, то выхватывая из темноты, то вновь скрывая тенями. Никаких деталей.

Но он крупный, у него светлые волосы. И не под «ежа», что я привыкла видеть у моих друзей. У Эмиля была красивая мужская стрижка и ухоженный вид. Он даже издалека выглядел, как мужчина с обложки. Может, это меня и остановило.

Толпа, под прикрытием которой я чувствовала себя защищенной, вдруг рассосалась. Я стояла посреди пустого танцпола — скучающий взгляд остановился на мне.

В красном платье я бросалась в глаза. По мне прыгали отсветы клубных огней, делая платье еще ярче.

Несколько секунд он пялился на меня и резко встал. И оказался даже выше, чем я думала. С широкими плечами и узким тазом — хорошо сложен. Пряжка ремня блеснула, отражая свет.

Он поправил пиджак и направился через танцпол — я решила, ко мне и растерялась. Все развивалось настолько стремительно, что я не успела собраться с мыслями.

Но я ошиблась: он шел мимо — к барной стойке. Я запаниковала еще сильнее.

Этот момент нельзя упустить. Нельзя!

И тогда я сделала самую большую глупость в своей жизни. Нужно было посмотреть на него, облизнуться и уйти. Забыть, как сладкий сон, который еще не стал кошмаром.

Но я, не отдавая отчета что делаю, опустила голову и пошла ему наперерез. Несколько плавных шагов и мы столкнулись — я врезалась в жесткое плечо и неподдельно ойкнула.

— Простите, — я робко облизнула губы, улыбнулась и подняла глаза.

Эмиль прищурился, словно спрашивая: кто ты, букашка?..

Вблизи черты лица оказались тяжеловаты. Как и общее ощущение исходящее от него. Может быть, из-за массивной фигуры или потому что я слишком много про него знаю… Эмиль улыбнулся, и лицо мгновенно стало другим: отстраненно-вежливым, даже приятным. Вопреки рассказам Лазаря в нем не было ничего отталкивающего.

Но внезапно я испугалась его взгляда. Взрослый мужчина прочтет правду в моих глазах. Я была такой юной и неопытной: конечно, он разгадает мои планы. Я не справлюсь. Я сейчас засыплюсь…

Глаза оказались серыми.

Холодноватыми, насмешливыми. Он со снисхождением смотрел на меня, непроницаемо и закрыто. Взглядом профессионального убийцы.

Я улыбнулась еще раз, в надежде растопить в них лед.

Эмиль целиком меня осмотрел: сначала грудь и я порадовалась, что не надела лифчик. Затем ноги до кончиков пальцев, где его ждал темно-бордовый педикюр. Он оценивал меня, как на рынке… Хотя клуб — чем не витрина?

Подойдет или нет. Вести в номер или найти другую. Даст или придется уговаривать. Простые вопросы, которыми задается мужчина при знакомстве.

И самый главный: хочу или нет.

Взгляд все еще сканировал меня, а когда вернулся к глазам, я поняла, что Эмиль для себя решил и какими будут ответы.

Да, да, да.

— Угостите меня? — с придыханием спросила я. — Я нездешняя, в первый раз в «Фантоме».

— Пойдем, — решил Эмиль.

Вот так. Все сложилось само собой.