Ночь. Лифт. Два Босса - Янита Безликая

Какой ещё мышонок? Я львица. Я хищница. И на меньшее не согласна.

— Ален, не смущай Зою Аркадьевну, — усмехнулся рыжеволосый мужчина.

Ой, да вы посмотрите, у нас тут лига самоуверенных мужиков, смотрящих на женщин с насмешливым выражением лица полнейшего идиота, считающего себя умнее и хитрее.

— Меня сложно смутить, Марк Глебович, — ответила прохладно.

А что это за заинтересованность в ваших глазах, Марк Глебович? Нравлюсь? Неужели заводят ледышки? Или вы уже перенасыщены слабовольными красавицами?

— Впервые встречаю человека, у которого фамилия отражает достоинство фигуры, — выдал второй, пока я рассматривала Марка.

Ален Александрович улыбался и явно гордился своим остроумным замечанием. Хам.

— Что вы сказали? Я не расслышала, — приподняла бровь.

Наши взгляды скрестились. Мой предупреждающий и его азартный.

— Ален, иди в кабинет, я пока дам пару поручений Зое Аркадьевне, — Марк не позволил ответить Алену.

А жаль, я бы послушала остроумного, может, успела бы напомнить, как стоит общаться со своими подчинёнными.

— Мы ещё закончим наш разговор, — пообещал Ален, прежде чем скрыться за массивной дубовой дверью.

«Я в этом даже не сомневалась, порочные карие глазки», — плохая девочка мурлыкала внутри.

«Цыц!» — рявкнула мысленно, с осторожностью посмотрев на Марка Глебовича.

— Если до обеда вы не разберете бумаги, я вас уволю, — ошарашил ласковым тоном и жестким посылом.

— Д-до обеда? — глаз задергался.

— У вас проблемы со слухом? — холодно спросил, в тоже время зеленые глаза полыхали ехидством.

— У меня безупречный слух, — отчеканила, каждое слово.

— Тогда, может, вы хотите уволиться сразу, а не через пару часов? — приподнял бровь.

Ах, ты…

— Я разберу документы.

— По алфавиту, — добавил с наслаждением.

— Что-то ещё? — вежливо уточнила, сжимая пальцы на ногах.

Мысленно нарекла босса рыжим кретином. Я добрая-добрая Зоя.

— Приступайте к работе, если что-то понадобится, я сообщу.

Как только он зашел в кабинет, я застонала, готовая рвать на себе волосы.

Как сделать работу недельного объема до обеда?

Сев на стул, хмуро осмотрела стол.

Значит, хотите от меня избавиться, Марк Глебович? А не выкусить ли вам? Я квартиру свою хочу, а эта работа первый шажочек к ней. И будь я проклята, если мне не дадут сделать этот шаг.

Встав со стула, в темпе начала разбирать документы. И к обеду могла собой гордиться. Такого порядка в этой приемной не было никогда. Папки разложены по алфавиту, годам, ещё и помечены определенным цветом. Стол сиял и скрипел от чистоты.

Зоя молодец, Зоя хорошая девочка. Зоя заслужила слопать булочку и выпить кофе.

И, как по канону подлости, когда я с жадностью укусила булку, набив щеки, как брундук, из кабинета выползло начальство.

Глава1.2

Пока моя жующая персона не попала в объектив внимания разговаривающих о чем-то мужчин, скосила взгляд на часы. Законный обед уже наступил, отлично. Но все же как неприятно.

Терпеть не могу, когда кто-то смотрит, как я ем, кроме Маринки, к ней я привыкла. У меня на этот счет неизлечимый бзик. Поэтому все обеденные перерывы я провожу на рабочем месте, не отлучаясь в столовую или кафе в соседнем здании, как это делают остальные.

Сгорая со стыда, прикрыла ладонью рот, стараясь как можно быстрее работать челюстью и не смотреть на удивленное начальство.

Удивились они, скорее, порядку в кабинете, чем моему красному лицу. Но от этого не легче. Зачем я от жадности столько откусила? Забив на тщательное пережевывание, начала глотать так, и в результате подавилась.

Из глаз полились слезы, в горле комок, который и не туда, и не сюда. Паника. Дальше происходит все так быстро, что, когда я прихожу в себя, откашливаясь, понимаю, что стою практически раком, упираясь ладонями на стол. Моя задница прижата к паху явно возбуждённого мужчины, а мужская ладонь больше не похлопывает четкими движениями, а медленно поглаживает спину.

Минуточку!

Кашель, к сожалению, мешает высказать охреневшему индивиду все, что я думаю насчет его действий и его самого. Попытка отодвинуться задницей от заинтересованного стручка тоже проваливается. В результате моё тельце уже в полный рост припечатано к твердому телу. Это ещё можно переварить, а вот руки на моей груди уже слишком.

Пока все внутри закипает, происходит несколько трагических событий одновременно. Кашель проходит и, вместо русского мата, из моего рта вырывается громкий стон. Дверь открывается и заходит Наташка с документами, которые запросил Марк Глебович. А мое тело предательски выгибается, и четыре верхних пуговицы на севшей после стирки блузке отлетают.

Мой красный лифчик, два мужских смешка и круглые глаза первой сплетницы компании.

Все. Баста. Моя жизнь больше никогда не будет прежней.

Другая на моем месте сделала бы ноги и была молодцом. Но мой чертов характер не позволил даже пискнуть от отчаянья.

Повернув голову, заметила Марка Глебовича возле двери своего кабинета. Он кусал нижнюю губу и старался не заржать в голос.

Так значит этот остроумный меня сейчас лапает???

— Ален Александрович, отпустите, пожалуйста, — спокойно попросила.

Оказавшись на свободе, поспешно подошла к Наташе и выхватила папку из рук.

— Ты должна была зайти после обеда, — заметила, проверив документы.

А что? Морда кирпичом и срать, что моя не маленькая грудь на показ. Я-то знаю, как офигенно красный лифчик сочетается с молочной кожей.

— Я подумала…То есть, я не хотела… не знала, что нельзя заходить, и…

— Можешь не продолжать, документы все, можешь идти, — отчеканила, помогая девушке выйти.

Захлопнув дверь, глубоко выдохнула и повернулась к…

Даже мысленно не буду упоминать их.

— Вот, что вы просили, Марк Глебович.

Я могла только восхищаться собой. Гордая осанка, твердый взгляд.

— Отлично, — усмехнулся, забрав из моих рук папку, и скосил взгляд на грудь.

— Я могу сегодня уйти раньше? — нагло поинтересовалась.

— Насколько раньше? — уточнил, даже не подняв свои глаза.

— Сейчас, — быстро произнесла. — Я хочу уйти сейчас.

— Что-то срочное? — едко уточнил, посмотрел насмешливо в мои глаза.

Надо же, хватило сил оторваться от созерцания сисек.

— Марк, пусть она идет, — у мудака прорезался хриплый голос. — Нам нужно кое-что обсудить срочно в кабинете.