Любовница на неделю - Сьюзен Джонсон

— Значит, Хилтон теперь должен тебе десять тысяч, — протянул кто-то из друзей.

— Разумеется. — Граф усмехнулся. — У него не было никаких шансов.

— Ему всегда недоставало твоего хладнокровия, Дермотт.

— Даннерский поворот заставил его отступить. — Граф пожал плечами.

— Вы же могли погибнуть! — воскликнула одна из хорошеньких девушек, окружавших карточный стол. В заведении Молли граф пользовался популярностью, а об опасностях даннерского поворота знали все.

— Ну зачем же погибать? Ведь я собирался вернуться к тебе, дорогая Кейт, — с улыбкой ответил Дермотт. Взглянув на слугу, он кивнул на свой опустевший бокал.

— Хилтон, конечно же, жаждет реванша, — заметил один из игроков. Все знали об их соперничестве и об их взаимной неприязни, зародившейся еще во время учебы в Итоне.

— Жаждет реванша? — переспросил граф. — Пока он платит, я готов.

— Платить он не любит.

— Очень жаль. — Дермотт снова усмехнулся. — А ведь отец оставил ему немало.

— Вам, наверное, хочется принять ванну? — спросила Кейт. Склонившись над Дермоттом, она поцеловала его в щеку.

Граф обнял ее за плечи и пробормотал:

— Дай мне еще полчаса, дорогая. В вашем заведении подают прекрасное бренди.

— Я буду ждать, — промурлыкала Кейт, высвобождаясь из объятий графа. Светло-вишневое шелковое: платье прекрасно гармонировало с ее бледной кожей и темными волосами.

— Вот и прекрасно, — пробормотал Дермотт, поднимая бокал. — Постараюсь не опоздать.

Кейт улыбнулась и вышла из комнаты.

— Она никого больше не замечает, — проговорил один из игроков. — Вы, Батерст, оставляете ее только для себя. Это эгоистично…

— Помилуйте, Килгор! — воскликнул Дермотт. — Я совершенно не претендую на исключительность.

— Так скажите ей об этом.

— Мне казалось, мои взгляды на подобные вещи достаточно хорошо известны. — Граф пожал плечами.

— Послушайте, Килгор, — вмешался один из джентльменов, — весь свет знает, что Дермотт не отличается постоянством. Что же касается Кейт, то она сама решает, кому отдать предпочтение. А теперь… У меня на руках прекрасные карты, так что перестаньте ворчать, пора вернуться к игре. Батерст, вы как, с нами?

— С вами, — усмехнулся Дермотт. — По крайней мере в ближайшие полчаса.

Кабинет был заполнен родственниками покойного — одни из них расположились на стульях, другие, пришедшие позже, так и остались стоять. Взоры собравшихся были устремлены на сидевшего за письменным столом пожилого мужчину, читавшего вслух какой-то документ.

Однако никто из присутствующих не проявлял ни малейших признаков скорби. Лишь стоявшая в углу Изабелла Лесли тихонько всхлипывала, прижимая к глазам платок.

Дедушка был центром ее мироздания — добрым, все понимающим другом.

А теперь его не стало, и она осталась одна. Он долго болел, так что у Изабеллы как будто было время проститься с ним и подготовиться к самостоятельной жизни, но все же боль утраты не утихала. Она даже не слушала поверенного, читавшего дедушкино завещание, — не слушала до тех пор, пока в комнате вдруг не воцарилось молчание. Подняв глаза, Изабелла увидела, что все взоры устремлены на нее.

— Дедушка сделал вас единственной наследницей, моя дорогая, — проговорил мистер Ламперт.

— Как будто она этого не знала, — проворчала тетка Изабеллы. — Этот старый болван мог хотя бы для приличия и нам что-нибудь оставить!

— Такова воля покойного, — ответил поверенный. — Мистер Лесли высказывался совершенно определенно, и, разумеется, он находился в здравом рассудке. Мы с ним только вчера говорили, и мистер Лесли напомнил мне о моем долге по отношению к Изабелле.

— Не сомневаюсь, что за кругленькую сумму вы о ней позаботитесь! — воскликнула тетка.

— Мои услуги давно оплачены мистером Лесли. Изабелла мне ничего не должна.

— В таком случае мы больше не нуждаемся в ваших услугах, Ламперт, — заявил кузен Изабеллы. — Убирайтесь! — закричал он в ярости.

— Гарольд!.. — тихо вскрикнула Изабелла, шокированная подобной несдержанностью.

— Убирайтесь, Ламперт, не то я вышвырну вас отсюда! — заорал Гарольд, игнорируя протесты кузины. Он с угрожающим видом направился к поверенному.

В растерянности взглянув на Изабеллу, мистер Ламперт встал из-за стола и под натиском превосходящих сил противника попятился к двери.

— Простите меня, мисс Лесли, — пробормотал он, покидая комнату.

— Ничтожество! — рявкнул дядя Изабеллы. Он подошел к столу, скомкал своей огромной мясистой ручищей листы завещания и швырнул их в камин. — Эти бумаги нам больше не потребуются, — заявил он. Взглянув на жену, спросил: — Где разрешение на брак? Расстегивай побыстрее ридикюль. — Повернувшись к священнику, сказал: — Пожалуйста, покороче. Я и так потерял слишком много времени, дожидаясь, когда старик отойдет. Гарольд, ты все понял?

Сердце Изабеллы бешено застучало. До сих пор она не считала, что родственники представляют для нее угрозу, хотя и знала, как они к ней относятся.

— Прошу меня простить, но эта неделя была очень тяжелой, — проговорила девушка, направляясь к двери.

— Оставайся здесь! — потребовал дядя. — Оставайся, мы с тобой, еще не закончили…

— Ты не вправе мне приказывать, — стараясь подавить страх, заявила Изабелла.

— Ошибаешься, моя милая! — В голосе дяди звучала угроза; глаза его пылали злобой.

— Но, дядя Герберт, теперь это мой дом и я тут хозяйка. И вы не имеете никакого права здесь распоряжаться.

— Когда выйдешь замуж за Гарольда, он будет здесь распоряжаться. Так решил сам Господь, когда подчинил женщину мужчине.

— Замуж? — Девушка побледнела, но тут же щеки ее вспыхнули. — Да ты с ума, сошел! — воскликнула она, — Мой кузен Гарольд нисколько мне не подходит. — Изабелла окинула взглядом тучного молодого человека, довольно безвкусно одетого, однако выдававшего себя за денди. — Так вот… Если я когда-нибудь выйду замуж — то уж никак не за вашего сына.

— Наш Гарольд ей, видите ли, не подходит! — закричала Абигайль Лесли. — Герберт, да как она смеет?! Ведь все знают, какой была ее мать — ее имя вообще не следует упоминать в приличном обществе. Ну а теперь послушай меня, дерзкая девица! — Абигайль погрозила Изабелле пальцем. — Для тебя великая честь, что Гарольд соглашается взять тебя в жены! Многие знатные леди готовы хоть сейчас выйти за него замуж.

— Вот пусть он на них и женится! — Изабеллу всегда бесили намеки на якобы низкое происхождение ее матери. На самом же деле ее мать была благородных кровей, не то что все эти буржуа.

— Мистер Лесли, вы же говорили, что молодая леди согласна на скорое заключение брака! — воскликнул священник, поднимаясь с кресла.