Любовница на неделю - Сьюзен Джонсон

Воспользовавшись заминкой, Изабелла осмотрелась в поисках путей к отступлению — на случай, если дядя и в самом деле попытается осуществить свои безумные планы. Выход в коридор находился под надежной охраной — у двери стояли внушительного вида родственники, в том числе толстяк Гарольд. А вот путь на улицу был свободен — небольшой балкончик находился в ярде от тротуара.

Сидевшие же у балкона кузины серьезным препятствием не являлись.

Изабелла знала, что Амелия и Каролина, способные только визжать или хихикать, и пальцем не шевельнут, чтобы ее задержать.

— Заткнитесь, Дадли! — Герберт Лесли усадил священника обратно в кресло. — Приберегите свои речи для свадебной церемонии. — Он щелкнул пальцами: — Гарольд, веди сюда свою невесту. А ты, — добавил он, обращаясь к Изабелле, — если хоть немного соображаешь, делай то, что тебе велят.

— Но я не собираюсь выходить замуж за Гарольда! — заявила Изабелла. — И я не позволю…

— Если понадобится, я тебя свяжу и заткну рот кляпом, — перебил Герберт.

— Такой брак любой суд признает недействительным.

— У нас хватает свидетелей, которые подтвердят твое согласие, — усмехнулся дядя. — И мы позаботимся о том, чтобы и свадьба, и брачная ночь прошли как полагается. — Герберт окинул взглядом родственников, словно напоминая им об их долге. — Все будет сделано как следует, — добавил он с самодовольной улыбкой. — А деньги останутся в семье, как это и должно быть.

Изабелла вспыхнула. Бросив гневный взгляд на дядю, она метнулась к балкону и, оттолкнув Амелию с Каролиной, отдернула занавеску. Затем распахнула дверь и выскочила на балкон. Холодные струи дождя тотчас же окатили ее с головы до ног, но Изабелла, не обращая внимания на непогоду, проворно перебралась через кованую ограду и, разбрызгивая вокруг себя грязную воду, спрыгнула на тротуар и побежала по улице. Раздававшиеся за ее спиной крики только прибавляли ей сил.

Добежав до перекрестка, Изабелла повернула направо — она надеялась найти временное убежище под раскидистыми дубами на Сент-Джеймс-сквер. Через несколько секунд, вконец обессилев, она прижалась к влажному стволу дерева. Отдышавшись, окинула взглядом перекресток, Освещенный ярким светом уличного фонаря.

Если преследователи ее не заметят и свернут налево, она спасена.

Первым из-за угла выбежал Гарольд. За ним следовали его родственники и отец. Внезапно все остановились — очевидно, не знали, куда теперь направиться. Но тут Гарольд указал в ее сторону, прямо на нее, как показалось Изабелле. Хотя в такой темноте он, конечно же, не мог ее увидеть.

И все же, не дожидаясь, когда преследователи примут окончательное решение, девушка бросилась бежать по Кинг-стрит.

В свете уличного фонаря ее шафрановое платье вспыхнуло, словно сигнальный огонь.

И тотчас же за спиной беглянки раздались крики. Судя по всему, ее заметили.

Пытаясь сбить с толку преследователей, Изабелла поворачивала то вправо, то влево, пока наконец не увидела ярко освещенный фасад какого-то дома. Подбежав к двери, она забарабанила в нее изо всех сил.

Дверь открылась почти сразу же, и Изабелла, перешагнув порог, оказалась в холле, освещенном огромной люстрой венецианского стекла. Девушка замерла, пораженная ее великолепием. Белый мрамор, изящная позолота, красивые картины на стенах, роскошные ковры — все здесь казалось необыкновенным. Даже дворецкий был такого высокого роста, что Изабелле пришлось задрать голову, чтобы увидеть его лицо.

— Могу ли я вам чем-нибудь помочь? — осведомился он.

— Простите меня… за вторжение, но за мной… гонятся, — задыхаясь, пробормотала девушка. Сделав глубокий вдох, Изабелла постаралась взять себя в руки — ведь иначе ее могли бы принять за сумасшедшую и выставить на улицу. — Я готова все объяснить… вашему хозяину или хозяйке…

— О, конечно! Разрешите проводить вас в малую гостиную. — Дворецкий указал на одну из дверей. — Я сейчас распоряжусь, чтобы вам принесли полотенца, — продолжал он с невозмутимым видом, словно столь позднее появление насквозь промокшей женщины казалось ему вполне естественным.

Дворецкий провел Изабеллу в освещенную свечами комнату, стены которой были обшиты панелями с изображениями птиц и цветов, после чего удалился. И почти тотчас же вошла девушка-служанка с полотенцами.

Дворецкий вскоре вернулся, но Изабелла к тому времени уже успела привести себя в порядок. Хотя ее волосы так и остались влажными, платье все же удалось отчистить от грязи.

Дермотт засиделся за картами дольше, чем предполагал — ему по-настоящему везло, — однако он все же поднялся из-за стола, когда выполнявшая поручение Кейт служанка напомнила ему о том, что прошло уже гораздо больше часа.

— До завтра, джентльмены, — проговорил Дермотт, откланиваясь. — Надеюсь увидеть вас снова, как только проспитесь.

— Мы не так привержены к спиртному, как вы Батерст.

Дермотт криво усмехнулся:

— Индия весьма этому способствует, если вас там не убьют…

— То сделают каким-нибудь раджой.

— Помимо всего прочего.

Граф говорил очень тихо, так что большинство присутствовавших не услышали его слов, но, однако, никто не стал переспрашивать — слишком уж: выразительными были его интонации.

Дермотт вышел в холл как раз в тот момент, когда Изабелла выходила из гостиной. Девушку сопровождал Мерсер, дворецкий. Он лишь мельком взглянул на графа и направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

Дермотт замер, увидев ее — женщину необыкновенной красоты. Светловолосая, розовощекая, в мокром платье, она походила на луговую фею. С неземной легкостью красавица поднималась по ступенькам — словно парила над ними. Когда она проходила мимо, Дермотт уловил запах ее духов, навевавший воспоминания о розовых плантациях и летних ночах.

Когда она добралась до лестничной площадки, граф окликнул сопровождавшего ее Мерсера, но тот не ответил.

А следующую секунду они исчезли из виду.