Ты принадлежишь мне! - Джулия Ромуш

Мужчины уходят, а я по лестницу опускаюсь, руками лицо прикрываю, слезы сами текут по щеках, всхлипы уже не остановить. Я надеялась, три года назад это не казалось таким устрашающим, я думала все решится, устаканится.

   В нашем городе фамилия Исаев решала все, это их город, полностью под ними лежит. Если хочешь бизнес строить, работу хорошую иметь, деньги... Договаривайся, на колени падай, проси у господина разрешения. 

 Илья Исаев, отец Дамира, три года назад он был королем, к нему нужно было идти с опущенной головой. И мой отец пошел, долго умолял, чтобы ему дали открыть свой завод, людей в охрану дали, чтобы другим не повадно было свои порядки устанавливать. Его послали, на три веселые буквы. 

  А потом Дамир меня увидел, как сейчас, тот день помню, я в парке с подругами гуляла, и к нам парни пристали, пьяные.

- Прошу, не нужно, - я умоляла, они разрывали мое платье, рвали на куски. Я плакала, мне всего пятнадцать, а ко мне взрослые, огромные амбалы лезут.

- Чё ты жмешься соска, рот закрыла, лучше бы ноги так охотно раздвигала, - хохотнули они и продолжили издеваться.

- Отошли, - как гром среди ясного неба, меня отпустили моментально, я упала на асфальт, больно ударилась.

  Парни расступились, и я увидела его, Дамира. Двухметровый, огромный парень, коротко стриженый, карие глаза, он был пугающий. Хулиганы трусились перед ним.

- Еще раз увижу, зубы будете свои собирать, - гаркнул парень и направился ко мне.

 На руки меня подхватил, осмотрел со всех сторон.

- Имя, фамилия? - Я покраснела, застеснялась, у него лапищи такие огромные, он меня как пушинку поднял.

- Анжелика Климова, - парень глаза прищурил, осмотрел меня внимательно.

- Это твой отец за завод просил? - Откуда он знает? 

- Мой, - головой кивнула.

- Лет тебе сколько? 

- Пятнадцать, - и платье начала на коленки натягивать, мало ли, может от одних спас, а сам сейчас еще хуже окажется.

- Скромная, - скалится, а я от страха труситься начинаю, уж слишком он меня изучает взглядом.

- Простите, я могу сама на ногах стоять, - в смехе заходится. Но на ноги меня опускает.

- Моя будешь, женюсь на тебе, слышишь, если узнаю, что какому-то мудаку дала к себе прикоснуться, живьем закопаю, - Ох.... Кошмар....

  Я не восприняла всерьез его слова, ну серьезно, кто может вот так вот в секунду решить, что женится? Пугал, шутил, издевался... Но вот когда счастливый отец прибежал домой и сообщил, что ему сказали” ДА”, еще и денег подкинули на развитие бизнеса. Я поняла, что пахнет жареным.