Братик и сестренка - Трифонов

как будто вообще не дышала. Я положил кисть на ее руку. Лиза рефлекторно сдвинула свои худенькие ножки, тем самым оставив мою ладонь там. Половые губки были горячими и влажными. Я посмотрел на сестру. Она закусила нижнюю губу, а сквозь майку я заметил торчащие сосочки. Сестра медленно раздвинула ноги и взяла мою руку.

— Делай так, как я покажу, — шепотом сказала она.

В этот момент мы совсем не были братом и сестрой, мы были далеко-далеко, где никто не мог нас увидеть и услышать. Лиза взяла мои пальцы и провела по своей пещерке снизу вверх. На губках стало больше влаги. Она начала делать круговые движения в самой вершине, где чувствовалась некоторая выпуклость. Позже я узнал, что это называется клитором. Лиза уже отпустила свою руку, я все делал сам. Одной рукой я ласкал клитор, а второй гладил ее бедра. Она тяжело дышала, но боялась стонать. Только изредка в ее голосе проскальзывала высокая нотка, но тут же затихала. Я стал увеличивать напор и просунул один палец внутрь вульвы. Лиза дернулась, как от удара током, загребла простынь руками до треска в ткани, и подалась мне навстречу. Еще минуту ее тело было напряжено, но постепенно она пришла в себя и расслабилась. Мои руки — все в ее соках, а член был готов взорваться от напряжения. Лиза увидела стояк в моих трусах и поспешила стянуть их. В этот раз оргазм накрыл меня после нескольких прикосновений руки. Мы вместе свалились на кровать и просто лежали.

— Степа, может быть мы повторим это еще раз?

— Непременно повторим. Я думал, что сойду с ума, когда ты дотронулась до меня только что.

— Я люблю тебя, братишка.

— И я тебя, сестренка.

После той ночи у нас сестрой началась новая жизнь. Мы все чаще отдавались в руки друг другу. То есть занимались взаимной мастурбацией. Нам двоим это очень нравилось, и мы не собирались останавливаться. Мы считали, что доставить друг другу удовольствие вряд ли является плохим занятием. Даже наоборот. Мы онанировали везде. За обеденным столом я мог незаметно просунуть руку ей в трусики и ощутить жар тела. Лиза сжимала ножки, но виду не подавала, хотя я знал, что ей очень хотелось застонать в такие моменты. Или она могла будить меня по утрам, когда мой член стоял из-за утренней эрекции, не привычным способом, а сначала легонько, а потом все интенсивнее надрачивая моего дружка. Родители ни о чем не догадывались, а лишь умилялись, какие дружные у них дети. Конечно, это только укрепило наши отношения. Мы стали еще ближе.

Вечером, когда родители уже ложились спать, мы не теряли времени зря. Обычно Лизка залезала ко мне на кровать, я протягивал ноги вперед, а она садилась между ними. Я обхватывал ее сзади, и она делала так же. Такая поза была не очень удобна для нас двоих, поэтому удовольствие друг другу мы доставляли по очереди. Иногда я терся членом о ее киску, проходя мимо губок, но не вставлял. Заниматься настоящим сексом казалось чем-то неправильным. Какой-никакой, а инцест. Может, мы еще были наивными детьми. Но прикосновения к ее сладкому бутону были очень приятны мне. Я заметил, что Лизе это тоже приносило удовлетворение.

Таким образом прошла пара месяцев. Однажды, после очередного «вечернего сеанса» сестренка лежала на моей кровати, закатив глаза от недавнего оргазма. Я же был на взводе, и вид манящей киски сводил с ума. Я решил, что можно попробовать, какая она на вкус. Надо сказать, я уже не был нежен и осторожен, как в тот первый раз, когда работал над дырочкой сестры. Теперь же я очень рьяно бросался в бой, после чего киска Лизы была очень раздроченной. Она истекала соком, губки становились очень красными, почти бордовыми, и довольно большими.

Я опустился к ее бутону и вдохнул прелестный аромат.

— Что ты делаешь? — как обычно, шепотом сказала сестра; она еще очень боялась быть застуканной за нашими играми.

Я впился губами в письку, облизывая клитор. Она тяжело вздохнула, почти хрипя, и заткнула рот руками, пытаясь сдержать крик. А я тем временем наслаждался вкусом сестры, вгрызаясь в эти аппетитные губки, полные девственного терпкого сока моей любовницы. Я продолжал свои ласки около десяти минут, и все это время Лиза так дергалась и выгибалась, что мне приходилось крепко держать ее за бедра. Оргазм был бурным, она буквально обхватила мою голову ногами, да так, что мне стало нечем дышать, и тело ее пробила сильная дрожь. Она издала стон, и теперь мне пришлось заткнуть ее рот, чтобы не разбудить родителей за тонкой стеной. Сразу после этого сестра уснула крепким сном, а я смочил член ее соками и, подрочив, кончил ей на животик. Еще никогда я такого не делал, но сейчас желание взяло верх. Укрыв сестру одеялом, я отправился спать, облизывая с губ оставшиеся выделения киски Лизы.

Наступило утро. И проснулся я с очень странным, но невероятно приятным чувством. Открыв глаза, я увидел бугор на моем одеяле. Тут до меня дошло, что мой стоящий член кто-то ласкает языком. Сестра. Я опешил, и моей радости не было предела, так мне было приятно. Я откинул одеяло и увидел Лизоньку, которая была совершенно голой. Она улыбнулась, но тут же вернулась к занятию с прежним усердием, заглатывая член на треть. Это был первый минет в моей жизни, и он был бесподобен. Хотя в будущем моя сестра все больше совершенствовала свои навыки, и ее ротик творил чудеса куда более интересные.

Вскоре я был готов кончить и предупредил об этом Лизу, потому что глотать эякулят девушка еще не умела, но она лишь заглотила моего дружка поглубже, принимая сперму в рот. Когда я закончил, она еще раз вылизала член дочиста и откинулась на спину.

— А она довольно приятна на вкус. Необычна, но приятна.

С тех пор арсенал наших сексуальных игр дополнился еще и оральным сексом. Каждый вечер мы отдавались друг другу как могли. Я очень полюбил вылизывать киску моей сестры, а она ласкала мой член с огромным возбуждением. Иногда она просовывала один пальчик мне в попу, и тогда я кончал особенно ярко.

Прошел месяц с того момента, как мы с сестрой открыли новый вид удовольствия, которым часто занимались вместе в позе 69. Так даже лучше, ибо эта поза была более чувственной, и мы ощущали полный контакт. Мне очень нравилась грудь моей сестры, я ласкал ее при первой