Сердце без любви - Мила Ваниль

Александра

Кажется, я только и делаю, что засыпаю и просыпаюсь в доме Джеймса. А в промежутках он балует меня вниманием, дарит удовольствие, о котором я даже не мечтала.

Попа до сих пор горит после порки, но я кайфую от этих ощущений. Это уже не боль, это дискомфорт, и он напоминает мне о том, кому я принадлежу. Но все же больше всего мне нравится, что Джеймс не разочарован. В этом нельзя ошибиться — он улыбается, когда смотрит на меня. Он повторяет, что я его сладкая девочка. Его! И сладкая! Разве так говорят разочарованные мужчины?

А больше всего огорчает, что я ничего не могу сделать для него. Какая же я рабыня?

Я хочу целовать пальцы на его ногах. Многим нравится массаж стоп. И минет… я могла бы попробовать. Его член не кажется мне противным и грязным. Он красивый. Восхитительный. Я тоже хочу попробовать Джеймса на вкус.

Однако он не позволяет… не подпускает меня к себе. Это табу, как и кухня! Как бы я хотела прижаться губами к его обнаженному телу… и целовать… целовать…

С этими мыслями я опять проваливаюсь в сон, а просыпаюсь от вкусных ароматов, что щекочут мои ноздри.

— Бэмби… Бэ-эмби… — зовет Джеймс. — Хватит спать, маленькая соня. Давай-ка, сбегай в ванную комнату, приведи себя в порядок. Пора обедать.

Он уже накрывает на стол, поэтому я и почуяла эти запахи.

— Проголодалась?

— Да. — Соскакиваю с дивана, путаясь в одеяле. — Я сейчас.

— Уж поторопись, — усмехается Джеймс, глядя мне вслед. — Но не упади по дороге.

Я возвращаюсь к столу, освежившись и переплетя волосы. Мне опять приготовили подушку на полу, но кормить с рук Джеймс не собирается. Рядом с тарелкой лежит ложка. Суп-пюре? Фу, я его ненавижу… Это же как жидкая манная каша!

Однако отказаться не могу, это неприлично.

— Возьми. — Джеймс протягивает мне горячую булочку. — Она с зеленью и маслом.

Очень стараюсь, чтобы он не заметил, как мне противно. Впрочем, пахнет приятно. Джеймс не спускает с меня глаз, и, улыбнувшись ему, я глотаю суп.

Ой, вкусно…

— Не так страшно, как казалось? — интересуется он.

Фух, блин… Он все же заметил!

— Я не люблю суп-пюре, — мужественно признаюсь я. — Но этот съем, он необычный.

Джеймс усмехается.

— А из чего он? Не могу понять…

— Не скажу, — невозмутимо произносит он. — Это мой секрет.

Действительно вкусно. Я быстро съедаю свою порцию, уплетаю булочку.

— Можно еще?

— Больше нет. Я готовлю порционно, не люблю разогретый суп. Зато есть рыба под соусом, который ты никогда не пробовала. И салат.

В общем-то, понятно, почему меня не кормят с рук. Легко порезать на кусочки мясо, фрукты или оладьи, но не нежную рыбку, что тает во рту.

— Никогда не пробовала такой вкуснятины! Спасибо, сэр, — благодарю я вполне искренне.

Честно говоря, я уже и не помню, когда нормально обедала. Лапша из пакетика дешевле, да и готовить ее быстрее.

— Какой суп ты любишь? — интересуется Джеймс, убирая со стола.

— Борщ.

— О, этот рецепт мне все еще не дается. Получается что-то не то… Говорят, у каждой хозяйки свой рецепт?

— Есть такое, — соглашаюсь я. — Я умею его готовить и могу…

Замолкаю, потому что в этом нет никакого смысла. Джеймс все равно не пустит меня на свою драгоценную кухню. Он даже не переспрашивает, что я имела в виду.

После обеда он варит нам кофе, и мне достается десерт: мороженое, смешанное с клубникой, кусочками печенья и шоколадной крошкой.

— Я лопну… — жалуюсь я, но не могу остановиться. И добавляю, облизывая ложку: — И растолстею.

— Не возражаю, — отзывается Джеймс. — Немного жирка на попе тебе не повредит.

У меня худая попа?!

— Пойдем гулять, Бэмби. Погода хорошая.

— Во двор? — уточняю я.