Сердце без любви - Мила Ваниль

— Нет, на берег залива.

— Вот… так? — пугаюсь я. — Без одежды?

— Нет, пожалуй. — Он насмешливо на меня смотрит. — Так тебя в полицию заберут, а у меня еще есть планы на вечер.

Джеймс разрешает мне одеться, но хвостик остается в попе, а ошейник — на шее. Он дает платок, чтобы я спрятала ошейник, однако хвостик и отсутствие трусиков не дают мне покоя. Я придерживаю юбку руками, потому что боюсь, что порыв ветра приподнимет подол. На море всегда ветер!

— Поговорим? — предлагает Джеймс. — Пока гуляем, ты не рабыня, а я не хозяин. Давай просто поговорим.

— А хвостик тогда зачем? — недовольно бурчу я.

— Чтобы ты не забывала, чья ты, — парирует он. — Бэмби, не страдай. Тебе же нравится, что нас связывает кое-что необычное.

— Откровенно говоря… да, — соглашаюсь я. — Это… волнует.

— Опиши, что чувствуешь.

— Сейчас?

— Да.

— Желание… Хвостик напоминает мне о твоих прикосновениях. Стыд… Это необычно и непривычно. Удовлетворение… потому что тебе нравится, что я смущена.

— Ты честна…

— Зачем мне врать? — смеюсь я. — Джеймс, я счастлива каждой минутой, проведенной с тобой. Неужели не заметно?

— Заметно, — соглашается он.

— А ты? — Я решаюсь задать вопрос, ответ на который боюсь услышать. — Что чувствуешь ты, когда я рядом?

— Неужели не заметно? — Джеймс приподнимает бровь.

— Ну… я не столь опытна, боюсь ошибиться.

— Мне хорошо. — Он поводит плечом. — Думал, что будет хуже, но ты забавная.

Он замолкает, и я удрученно молчу. Забавная? А как же «сладкая девочка»? Это неискренне, только для сессии? Он всего лишь забавляется и говорит привычные слова? Конечно, он же был со многими женщинами. И этот ошейник… его носили до меня…

Я поправляю полоску кожи, которая вдруг стала давить.

— Больно? — Джеймс сразу же замечает мой жест. — Ослабить?

— Нормально. — Я улыбаюсь через силу. — Платок щекочет.

Мне нельзя обижаться. Я выпросила эту встречу, он не хотел со мной… играть. Ни о чем другом нет и речи. Мне нельзя ревновать Джеймса, нельзя желать чего-то большего. Я обещала.

— Тебе не холодно?

— Нет. Здесь красиво.

— Да, красиво…

Мы идем вдоль береговой линии, обходя темные валуны. Пахнет морем и соснами. Из-за хорошей погоды берег отнюдь не безлюдный, но все заняты своими делами: взрослые прогуливаются, дети во что-то играют.

— Как дела на работе? — интересуется Джеймс. — Скоро открытие. Ты справляешься?

— Все хорошо, спасибо.

— Тебя не обижают?

— Нет, что ты, — смеюсь я.

Кто же осмелится обидеть протеже ресторатора? Правда, администратор, белокурая Ася, спросила прямо, не любовница ли я их босса. Я ответила, что навряд ли такой мужчина, как Джеймс, отправит свою любовницу работать официанткой.

— У него хватит средств содержать с десяток таких, как я. — Так и сказала, глядя прямо в глаза Асе.

— И то верно, — согласилась она. — Да и не позарится он на такую серую мышь, как ты.

Мышь? Да ради бога! Лишь бы роман нам не приписывали.

— Но почему он просил за тебя? — спохватилась Ася.

— Так получилось, — пожала я плечами. — Его попросили, он не смог отказать.

Вот потому меня и не трогают. Может, я и мышь, но все равно темная лошадка. Правда, команда вроде собралась неплохая — и парни, и девушки. Обучение проходит гладко, меня даже хвалят.

Ничего этого я Джеймсу не рассказываю. Зачем? Его не должна интересовать моя жизнь. Я всего лишь забавная игрушка…

— Что-то ты загрустила. Устала?

— Немного, — соглашаюсь я.

Мы медленно идем обратно.

— Бэмби, расскажи, почему ты решила, что Тема тебе подходит, — неожиданно просит Джеймс. — Да еще сразу так экстремально — мазохистка, рабыня.

Я спотыкаюсь, зацепившись ногой за камушек. Джеймс ловит меня за локоть, удерживает от падения. Умеет же он задавать неудобные вопросы! Совсем не хочу откровенничать…

— А ты расскажешь о себе? Хоть что-нибудь? — спрашиваю я.

— Что ты хочешь знать?

— Как ты стал садистом? Как у тебя это было… впервые? Ты помнишь девушку…

— Остановись! — резко прерывает меня Джеймс. — Ты права, не надо вмешивать личное в наши отношения.

«Не надо, — мысленно соглашаюсь я. — Мне слишком хорошо, чтобы думать, сколько женщин носили твой ошейник».

— О, Джеймс? Какая встреча!

Женский голос кажется мне смутно знакомым. Поднимаю взгляд и вижу… Асю. Она смотрит на Джеймса и радостно улыбается. Нет, не радостно… плотоядно. У нее виды на моего хозяина?!

Если Джеймс замер от неожиданности — кажется, он не ожидал встретить тут Асю, — то я — от испуга. Я вдруг поняла, что ревную.

Ревную мужчину, который мне не принадлежит.

