Дикарь для Недотроги - Анна Сафина

Амнезия. Приговор врача. Было странно ощущать себя выпавшей из жизни на целый год. Прилегла на постель. Вряд ли что-то серьезное случилось за этот год.

- Юлька, зараза такая, - ворвалась в палату неугомонная Ритка.

Волосы ее разметались, как у фурии. Глаза воинственно блестят, но красноты не скрывают. Видно, плакала долго. Чувствительная все же она у меня.

- Напугала меня вусмерть, сучка, - присела и схватила мою руку, - слава богу, жива, маме твоей звонить пока не стала, не хочу ее пугать.

- Игорь с тобой пришел? – посмотрела на дверь, но та стояла неподвижно, - мне так никто и не объяснил, что произошло.

- Юль, - подружка замялась, - ты в ДТП попала, вас внедорожник протаранил на скорости.

Я сглотнула, опасаясь услышать самого главного.

- Игорь, - голос охрип, - погиб?

- Чего? – всплеснула руками и вся подобралась, - эта крыса живее всех живых, такие не умирают, ты не с ним в машине была, с Саидом.

- С каким еще Саидом? – не стала заострять внимание, что подружка мужа моего оскорбляет, не до того.

- В смысле, с каким? С Игната братцем, чокнутый на всю бошку тип, не помнишь что ли? - и покраснела аки мак, чего-то недоговаривает она.

- Ничего не понимаю, - потерла виски, стараясь приглушить боль, - если в машине не с мужем была, то он сам-то где?

- Мать, ты меня пугаешь, - покачала головой и выразительно приподняла бровь.

- Да я сама себя пугаю, - откинулась на подушку и посмотрела ей в глаза, - последний год подчистую не помню, так что все эти люди, о которых ты говоришь мне, они для меня незнакомцы, Рит.

- Во дела, - протянула подружка и постучала по лбу своему пальцами, - не знаю даже, как тебе сказать.

- Ты меня пугаешь, - внутри стало тревожно, ничего не хотелось слышать.

- Вы с Игорьком на развод подали, у тебя мужик уже другой, - пожала плечами Рита, - ну, это если вкратце.

Я посмотрела на подружку нечитаемым взглядом и посмотрела на девственно белый потолок. И ощущала себя такой же. Что-то неправильное происходило в моей жизни. Но какая-то неясная тоска тягучей опасной змеёй обвивала мое сердце. И от этого хотелось выть. Словно я потеряла что-то безумно важное.

* * *

Плевать на эту суку. Лишь бы брат выжил. А он живучий, словно репей. Выкарабкается. Всех положит. И гниду, что сбила их, тоже. Но я доберусь раньше. Гнев внутри не утихал. Но силой тянуло в сторону больничной палаты. Той, в которой красота лежала. Нет, не красота, змея, что на груди пригрел.

- Номера пробили, - Шамиль сидел злой, не любит, когда на нашей территории беспределят, - тачка залётная, с соседней области, числится в угоне.

- Я наших послал, пусть округу шмонают, - прислонился затылком к холодной стене.

- Думаешь, с поджогом как-то связано? – я и сам задавался этим вопросом.

- Думал об этом, - хрустнул костяшками, хотелось дракой спустить пар, - но авария на Соловьева похоже, а клуб, по словам Саида, там что-то личное повязано.

- Кончать надо с Серым, Игнат, - посмурнел брат, - он совсем берега не видит, уже на семью прёт.

- Надо с бизнеса его устранить, - сжал челюсть, напрягая мышцы, - и рыбам на корм, он же у нас рыбак, в рай отправим, можно сказать.

Хмыкнул. Недолго ему землю рылом своим топтать.

- Родственники Севиева, - вышла медсестричка, зазывно виляя своим задом, - кто?

- Мы, - синхронно ответили с Шамилем.

Та стреляла глазами то на меня, то на брата. А член мой был тих, как удав. Хотя все при девке было. И грудь пышная, и бедра крутые. Все, как люблю. Но тянет и встает член только на одну девку. На предательницу.

- Пациент жив, врач позже выйдет, подробности расскажет.

Я тут же потерял к ней интерес. Нужное сказала, и может быть свободна. Душу затопило облегчение. Младший брат был у меня единственный. Мать за него мне голову оторвет, случись что с моего ведома. А в груди тянуло. Сильно. Увидел, как в больницу зашла подружка ее, Рита вроде. Оглянулась по сторонам, подошла к ресепшену и пошла по коридору. Я как заведенный двинул следом.

Остановился на углу. За девчонкой закрылась дверь одной из палат. Знаю теперь, где лежит она. Что под кожу мне забралась, наизнанку душу вывернула, а назад не вернула. Только катком по мне прошлась, раны открытые под удар поставила. Кровоточит все внутри. Беснуется. И удавить хочется, и насильно себе забрать. Подошел ближе и отпрянул. Услышал ненавистное имя. Игорь. Сжал зубы и понесся прочь. Недолго ему здоровым ходить. Все ступеньки пересчитает своими зубами. Нельзя трогать мое. А девчонка моей была. Теперь свободная. Ударил кулаком по стене и выругался. Надо спустить пар. А после Саида проведаю.