Дикарь для Недотроги - Анна Сафина

- Будет мальчик, - глажу живот и красуюсь перед зеркалом.

Пол заранее мы решили не узнавать. Пусть будет сюрпризом.

- Девочка, - возражает муж и кладет свою крупную ладонь поверх моего огромного живота.

- Да ты посмотри, какое пузо, - встаю боком, - явно мальчик, крупненький такой.

Игнат смеется, целует меня в висок. Но стоит на своем. Явно хочет девочку. И мне было так странно это впервые слышать. Думала, что все мужчины хотят наследника, мальчика, продолжателя рода. Но мой говорил: «хочу твою маленькую копию». Эти слова превращали меня в желе.

- Ой, - чувствую, что-то не так.

Простреливает болью, сводит судорогами живот.

- Что такое? – голос у мужа испуганный, он поддерживает меня, а другой рукой набирает кого-то по телефону, - подгоните машину, уведомите врачей, мы рожаем.

- Сумку, - хриплю, - возьми сумку, которую мы приготовили.

Дыхание иногда сбивается, но я стараюсь дышать размеренно. Как меня учили. Вдох-выдох, вдох-выдох. Становится легче.

Мы едем в больницу максимально быстро. Там нас уже ожидает заранее проплаченная своя бригада врачей. Очень уж Игнат заморочился из-за моей беременности. Доходило до того, что я просто выйти на балкон не могла одна. Потеряешь сознание, упадёшь, станет плохо, говорил он мне. Приходилось с боем вырывать крупицы свободы. А уж на больших сроках стал и вовсе отказываться заниматься сексом. Считал, что это может навредить малышу. А вот мне как раз удовольствия хотелось в два раза сильнее. И я его получила. Пришлось, правда, отвести Игната к моему врачу. И только, когда тот три раза подтвердил, что заниматься сексом нам можно, и даже нужно, муж оттаял. Но все равно был безумно нежен.

- Тужьтесь, - говорит женщина, что принимает у меня роды.

На мужчину Игнат не был согласен. Ревнивец. Думает, что меня могут увести беременную.

- Дыши, - говорит он, держа меня за руку.

Все же настоял присутствовать самому при родах. Не то, чтобы я была против, но не очень-то и хотела, чтобы он видел меня такой. Мне кажется, что проходит целая вечность. И тут врач кричит.

- Видна головка, - суетится остальной персонал.

Игнат заботливо вытирает мокрой тряпкой мне лоб. Чувствую, как от пота слиплись волосы, но тут в помещении раздается писк, затем громогласный крик. Облегченно откидываюсь и выдыхаю.

- Девочка, - констатирует женщина и передает нашу малышку на руки другому врачу.

Голова у меня кружится, так что я не вижу, что происходит. Перед глазами только восхищенное и пораженное лицо Игната.

* * *

Меня переводят в отдельную палату. Вот, что значит, иметь деньги. Все удобства и особое отношение персонала. Я лежу на кровати и любуюсь своими самыми родными людьми.

- Она прекрасна, - муж держит нашу дочку на руках и трогает крохотные пальчики, перебирает их, не может налюбоваться.

- Девочка, - улыбаюсь, - как ты и хотел.

Чувствую усталость, но отказать себе в удовольствии понаблюдать не могу.

- Спасибо, - говорит мне с улыбкой, нежно осматривает мое лицо, - за то, что моя. И за дочку. Долгожданную.

И смотрит на нее с такой любовью, что мне хочется плакать. Но он наклоняется и целует меня. Затем передает мне ее на руки для кормления, а сам отвечает на телефонный звонок.

- Да? – хмурится.

Я смотрю то на дочь, то на мужа. Надежда, вдруг приходит мне в голову. Прекрасное имя для нашего продолжения.

- Осталось только уведомить об этом нашего папочку, - тихо шепчу дочери, надеясь, что она понимает меня.

А наш папа в это время продолжает свой разговор.

- Я тебя для чего нанял? Нюни распускать? Возглавляешь отдел, контролируй, - тон Игната совсем другой, грозный, жесткий.

Он старается говорить тише, не тревожить нас. Успевает при разговоре смотреть за нами. Я слышу, как затем он кому-то угрожает, но уже давно не реагирую на эту часть его жизни так остро. Понимаю. Хищника не изменить. Его можно только приручить. Для себя. Только для себя и своей семьи. Вот она, наша новая счастливая жизнь.

КОНЕЦ