Смиритесь, мисс Чарльз - Екатерина Орлова

Я сидела на балконе, завернутая в плед, и качала в бокале красное вино, лениво рассматривая, как густая жидкость стекает по стеклу, смешиваясь с основной массой. На улице было прохладно, но вернуться в квартиру совсем не хотелось. Там я снова и снова начинала прокручивать все то, что произошло в кабинете Донована и до этого.

Мне нужно было подумать, разложить все по полочкам и понять, как относиться к тому факту, что Николас подтвердил свое звание главного мудака города. А еще мне стоило бы поработать над своими чувствами и возбуждением, которое появлялось при мысли о нем. Совершенно неуместное чувство, особенно в данных обстоятельствах.

Я услышала, как хлопнула входная дверь. О, это примчалась моя скорая помощь с новой порцией «успокоительного».

– Тебе надо завести какой-нибудь винный холодильник и покупать вино с запасом, ― сказала Аманда, входя на балкон с двумя бутылками красного. Она села в кресло, в котором находилась до выхода в магазин. ― Я купила четыре бутылки. Раз уж у нас завтра выходной, то можно и надраться, как следует.

– А где они все? ― лениво произнесла я.

– Ждут, пока мы выпьем предыдущие. Ты еду заказала?

– Ага, ― ответила я равнодушно, допивая остатки в бокале и откидываясь на спинку. Протянула требовательно руку, дожидаясь, пока подруга обновит мой напиток. ― Вот скажи мне, Эм, где я так налажала?

– Ты налажала, моя девочка, когда дала Доновану вылизать тебя. Не надо было.

– Но я была очень голодна, а еда так вкусно пахла…

– Идиотская отмазка и ты это знаешь. Ты вполне в состоянии заказать себе еду. К тому же вряд ли бы он ел перед тобой, если бы ты отказалась сыграть с ним в эту игру.

– Он обманул меня уже тогда. Сказал, что я не угадала, а в пакете была утка по-пекински, представляешь?

– Ох, ― выдохнула тяжело Аманда, ― представляю. Даже не знаю, как бы поступила я в такой ситуации. Донован хоть и мудак, но от него на многие мили разит сексом. Как будто воплощение влажных женских снов. Такой горячий…

– Эм! ― крикнула я возмущенно. ― Ну какого хрена?!

– Прости-прости. Мне надо потрахаться, наверное.

– Да уж, ― раздраженно пробубнила я, снова откидываясь в кресле. ― Что будем делать с работой? Он подставил меня. Выставил идиоткой перед заказчиком.

– Для начала подбери сопли, подруга, и начни действовать так же грязно, как и он. Донован не должен видеть твоего поражения, слышала?

– Мхм, ― отозвалась, цедя вино сквозь зубы и думая о том, что Донован сказал мне днем о том, что я буду бухать с зеркалом. Не с зеркалом же, вон Аманда сидит рядом. Мой верный виночерпий.

– В понедельник посадим Сару на мониторинг всех предложений на рынке. ― Эм с хлопком открыла бутылку и разлила вино по бокалам. ― Будем перехватывать все заказы, которые только сможем. Мелкие, крупные ― неважно. Будем проигрывать гонку, отряхиваться и идти дальше. Мы начали светиться с проектом «Бит и Стэнли», так что наши шансы возросли в несколько раз. Пора, девочка, расти.

– Но как мы будем успевать делать всю работу?

– Наймем больше людей, ― ответила она просто, пожав плечами.

– И куда мы их посадим?

– Тебе на ручки, блядь! Анна, включи мозги! ― она уставилась на меня расширенными глазами, а потом покачала головой и слегка махнула рукой. ― Ладно, сегодня еще поной и поразмазывай себя по стене, а завтра возьми себя в наманикюренные руки и делай что-нибудь. Кстати, давай завтра сходим на маникюр? Пора освежить. ― она рассматривала свои ногти и хмурилась. ― И лак надо сменить на какой-то более светлый.

– Тогда надо и в торговый центр заехать. Пора немного обновить гардероб, ― уныло произнесла я, а потом меня посетила мысль и я рывком села в кресле.

– Оу, подруга, ты не делай таких резких движений, у меня голова кружится, ― со смехом сказала Аманда. ― Ну давай, что там созрело в твоей голове?

– Донован действует, как мудак, и я тоже буду играть грязно.

– Эм-м-м, я как бы об этом уже минут пять толкую, Анна.

– Нет, ты не поняла. То, что ты придумала ― блестяще. Но это не только ради Донована. Наши потуги он может и не заметить, снести прямо на трассе, и мы вылетим из гонки. Я буду действовать еще грязнее…

Я замолчала, давая подруге время прочувствовать момент.

– Ну? Давай уже, рожай, Анна. Я тут сдурею сейчас от ожидания.

– Я соблазню его.

– Ты как бы уже это сделала, ― хмыкнула она.

– Не-е-ет, это сделала не я, а он. Он соблазнил меня и оба раза трахнул именно он. А теперь это сделаю я.

– Ты больная, Чарльз? Совсем свихнулась? Хочешь войти в эту реку в третий раз? Наступить еще раз на эти грабли? Сесть в ту же…

– Перестань говорить цитатами, это бесит!

– Это ты меня бесишь. Не веди себя, как идиотка. Или что, у твоей вагины внезапно развилась зависимость от мистера «я вылижу тебя»? Анна…

– Да выслушай ты до конца! ― рявкнула я и Аманда, подняв руки, как будто сдается, сместилась немного назад в своем кресле. ― Я соблазню его, но спать с ним не буду.

– Зачем?

– Чтобы у этого кобеля посинели яйца!

– А ты не думаешь, что он найдет, кем утешить свой голод?

– Не найдет, Эм. Такую, как я, не найдет.

– Самоуверенно. ― она криво улыбнулась. ― И что тебе это даст?

– Соблазнение? ― она кивнула. ― Как минимум, моральное удовлетворение. И как максимум ― он будет делать ошибку за ошибкой. Я разотру Николаса Донована в порошок. Ни одна встреча за стеклом не пройдет для него бесследно. Я этого мудака просто разорву в клочья. Я ему…

– Воу-воу, тихо, тигрица. Мы обе помним, насколько ты обижена. И я даже рада, что твоя истерика трансформировалась в ярость, но не перегибай, ладно? И постарайся не заиграться, Анна. Собрать тебя потом по кусочкам будет проблематично.

– Пусть его собирают, ― высокомерно заявила я и коснулась бокала Эм своим.

– Прямо амазонка. ― В дверь позвонили, и Аманда вскочила со своего места. ― Наш ужин.

– Война начинается, мистер Донован, ― тихо произнесла я, ― готовься к боевым действиям.

– М-м-м, суши, ― пропела Аманда, возвращаясь на балкон через пять минут. ― Доставщик такой был… интересный. Я даже грешным делом подумала осквернить твою ванную или коридор хотя бы. Но вспомнила, что ты еще ничего не ела с обеда и побоялась найти тебя тут мертвецки пьяной. Так что цени, подруга, на какие жертвы я иду ради тебя: отказываюсь от быстрого перепиха ради того, чтобы накормить тебя.