Страсть Зверя Пустыни - Леона Хард

- Ты сама ластилась ко мне во сне, разве можно было отбиться от твоих приставаний? Я ведь не каменный? - зверя забавляла эта ситуация и власть над моим телом. Знание о том, что его умелые руки легко могут возбудить меня, он считает своей властью надо мной. Ниточкой, за которую можно дернуть и заставить танцевать под его музыку, но к его сожалению, я умела этому сопротивляться.

Совершенно с непроницаемым лицом вытащила его руки из моей рубахи, поправила одежду, набросила обратно капюшон, скрываясь полностью от его взгляда и холодно пояснила в пустоту:

- У меня давно не было мужчины, поэтому легко возбуждаюсь, - прозвучало несколько двояко. Выглядело, словно я -опытная женщина и через меня прошло достаточно любовников, но не объясняться же перед ним!? К тому же, его это не касалось...

- Потаскуха! - полоснул, как ножом, очередным оскорблением, на что я мысленно взвилась. Да, как он смел называть меня потаскухой. Меня!? Меня, которая ни на одного мужчину с вожделением не посмотрела за все года!? А сам!? А сам, как посмел так нагло и мерзко меня унизить!? После того, как делал вид, что безумно возбужден мной, что дико желает меня и не может остановить собственное тело и простопойти и оттрахать другую девку или девок?

Наверное, это был некий рубеж. Последнее обзывательство, которое не удалось стерпеть. И все унижение громко взорвалось во мне. Повернувшись к шейху, я тихонечко бросила в надменное, самодовольное лицо:

- Катитесь к дьяволу, ваше величество. А ко мне никогда больше не притрагивайтесь, ибо меня тошнит от ваших прикосновений!

Все это я сказала предельно четко и тихо, глядя ему в глаза, чтобы понял и принял мои слова к сведению. Я не шучу и совершенно серьезна в своих высказываниях, может быть немного груба, но как уж получилось. Это не флирт и не глупые обиды, а конец. С минуту я смотрела в его неморгающиеглаза и пыталась понять, какова будет реакция, но ее пока не было.

На некоторое время шейх будто бы обросброней, а послетреснул прочный каменьи из крепкого тела вышла мощная волна ярости, унесшая меня с собой. Рука сдавила мое горло до хрипоты, не давая не то что разговаривать, а просто дышать. Шепот на ушко казался предельно милым и спокойным в противовес жесткой руке, в которую я впилась ногтями в попытке отодрать от себя. Перед глазами поплыли черные неизвестные точки, а легкие полыхнули огнем.

- Не смей разговаривать со мной в подобном тоне! Подбирай слова. Меня все в тебе устраивает, кроме твоего дерзкого языка. Лишишься егои я буду счастлив. Без языка ты станешь идеальной для меня женщиной. Молчаливой и прекрасной!

Он приостановил удушье, расслабил хватку, дав возможность глотнуть воздух, но сразу сдавил обратно. Этот сделанный глоток воздуха показался еще большим плевком в лицо, ведь теперь легкие просто разрывались от жжения. В голове начала пульсировать кровь вместе с тем, как на ушко доносились поначалу вполне милые слова, даже отдающие своеобразной нежностью:

- Я, как и простолюдины, начинаю верить в колдовство. Какая-то ведьма прокляла меня в тот день, когда я впервые увидел тебя. Неопрятного грязного полу мальчика, полу девочку, лежащую под моими ногами. Любая сука на твоем месте уже бы лишилась и дерзкого языка, и головы, но не ты. Тебя я по неизвестной причине терплю. Почему я должен трахать потаскух, а не тебя!? Почему я должен довольствоваться третьим сортом? И почему я должен, вообще, терпеть и ждать? Предупреждаю: «Скоро мое терпение иссякнет окончательно и тогда, если ты не станешь моей, то я лучше убью тебя!

На последних словах ябыла где-то на грани, одной ногой за пределами реальность. Готовая навечно закрыть глаза. Все перед глазами ужетемное, холодное, дажеконечности похолодели от напряжения и ощущения надвигающейся гибели.

И, когда я уже была готова потерять сознание, а черные точки передо мной стали совсем объемными изакрылисобой видимость на красные пески и голубое небо, тогда же тяжелая рука ослабила хватку на шее, ая смогла вдохнуть воздух и зайтись в лихорадочном кашле.

Красные пески, это был словно первый мой вздох в жизни. Такой долгожданный и такой тяжелый, смешанный с болью в ребрах.

- Мама!? - каким-то образом сын услышал мой кашель.Как его папочка меня душил не увидел, поскольку находился где-то позади на одной лошади вместе с дядей,зато услышал мой приступ. Вместо ответа из меня вырывался кашель, поэтому я не смогла нормально ответить, только головой закивала и рукой помахала, давая понять, что со мной все хорошо и просто поперхнулась слюной.

А, поглядев в крайне разгневанные кровавые янтари шейха, я поняла, что он - настоящий безумец! Окончательно спятил.