Магнитная буря - Ellen Fallen

Едва успев переодеться и принять душ после перелета, Селена объявила на меня план перехват. Сейчас мы сидим в машине, пока водитель везет нас на бал. Бред какой-то, в наше время проводить бал для того, чтобы выбить деньги из всех этих жмотов. Да это сродни проституции, продают красоту юных особ, чтобы потом их завалили предложениями старые козлы. Думаю, в случае парня, тоже те еще возможности. Меня передергивает от тех выводов, которые я для себя сделал. Селена смотрится в маленькое зеркальце, инкрустированное под старину, огромное ожерелье отлично вписывается в глубокое декольте облегающего платья. Что ожидать от женщины, которая едет искушать? Я иногда поражаюсь, как нас с ней свела судьба. Она ведь охотница, использующая свою красоту по назначению, а я пользовался этим не так уж и долго. Но все равно мы неплохо развлекались в наши встречи. Я не скучаю по тому времени, скорее, вспоминаю его с определенным интересом.

– Ты так меня разглядываешь, словно хочешь напоследок трахнуть для сравнения, – она усмехается, подкрашивает свои губы блеском.

– Вяжущее нечто не располагает к желанию облизывать, – отвечаю ей и продолжаю осмотр результата ее подготовки к грандиозному событию.

– Раньше тебя это устраивало, кроме того, я балдею от этого запаха, – Селена протягивает мне кисточку, и я вдыхаю приторный запах вишни. – Ты такой капризный мужчина. Мой бывший однажды оценил вишневое чудо.

– О, прошу тебя, избавь меня от подробностей, – руками зачесываю челку, упавшую на лоб. – Ты основательно подошла к делу, собралась извести бедного толстопуза с моей помощью?

Она широко раскрывает свой рот в подобии улыбки несравненной Джулии Робертс. Ровный ряд крупных зубов, полные губы однажды сыграли со мной эффект «молота Тора». Но, к счастью, сейчас я меньше всего думаю о том, что она умеет ими творить.

– Как дела у твоего сына? – Селена, поправляет свои каштановые волосы, подбирая выбившиеся кудри в прическу. – Слышала, он выбрал туризм? Решил поддержать семейный бизнес?

– Со спортом не получилось, он порвал себе связки и заработал травму колена в одной из игр. Естественно, в его случае, семейный бизнес – лучший выбор, – словно читая мои мысли, Селена печально опускает глаза, она знает, сколько для Хаша значил спорт.

Сын истерзал себя мыслями о том, как подвел свою команду, винил и осуждал. Переживал свою несостоявшуюся спортивную карьеру, оплакивал. Я оставил тогда свои дела и находился рядом с ним всё то время. Тяжело расставаться с мечтой, уж мне это знакомо…

Машина останавливается у очереди представительских авто. Я в окно вижу череду разных марок машин, которые терпеливо ожидают. Толпа корреспондентов встречает каждого приехавшего на бал. Вспышки то и дело освещают и без того достаточно освещенную улицу. Селена перегибается через сидение, ее грудь находится в районе моего паха, слегка трется о ширинку классических брюк.

– Этот трюк мог пройти тебе года три назад, сейчас это выглядит не так эротично, – дразню я ее, Селена хватает меня за член, ощущает отсутствие эрекции и отпускает.

– Мог хотя бы ради приличия поздороваться, предатель. И я хотела посмотреть насколько все плачевно. Интересно, они приехали? – Слегка давлю на ее плечо и отодвигаю от себя.

– Так ты все равно ничего не увидишь, – стряхиваю с брюк невидимый след ее прикосновений и пудры, наверняка, осыпавшейся на мою одежду, игнорирую ее вопрос об этой парочке, при помощи которой мы появились на этом сборище недоумков. – Я надеюсь, в программе есть помпезный ужин, иначе я тебя задушу.

– Ужин, потом танцы, в общем, ты успеешь насладиться, – отвечает она задумчиво.

Хватает едкого цветочного аромата, которым я пропитался за время нашей поездки. Машина двигается в очереди, и спустя несколько минут передо мной распахивают дверь, я выхожу и подаю руку свей «спутнице». Как истинный кавалер я целую ее слишком пропитанную косметическим ядом тыльную сторону ладони. Она берет меня под руку, и мы двигаемся под вспышками фотокамер. Селена намеренно идет очень медленно, выставляет свой гигантский разрез на всеобщее обозрение. В какой-то момент мне хочется оставить ее стоять и выпендриваться столько, сколько она предпочитает. Свет противно режет глаза, ветер треплет мои волосы, которые я отказался зализывать гелем. Выдавливаю из себя улыбку, когда мы последний раз останавливаемся, Селена очень аккуратно, практически невидимо для других смещает мою руку с талии на задницу. Пальцы ощущают неприятно колючую ткань ее платья. Для красоты эта женщина готова надеть можжевельник, ощущая при этом себя богиней.

Мы проходим в гостиницу, здесь множество незнакомых лиц, отдаем наши пригласительные швейцару для того, чтобы он проверил наши имена в списке. Все здороваются, пока мы продвигаемся сквозь тоннель из людей. Селена знакомит меня с каждым, кого она знает, и я вижу того, кто ее интересует. Он не выглядит старым или рыхлым. Да, конечно, по возрасту, он больше походит на ее отца, она сжимает сильнее мою руку, впивается ногтями в ткань пиджака. Наклоняюсь к ее шее, делаю вид, что нежно целую ее за ушком, от чего получаю удивленный взгляд Селены, крепче прижимаю ее к себе, ткань впивается иголками в мою плоть, но я даже не кривлюсь. Играть влюбленного оказывается не так сложно. Рукой я ласково прикасаюсь к ее ожерелью и медленно очерчиваю его, поправляю для одних глаз, тех, которые важны и обязаны увидеть, как только что я прикоснулся к ложбинке между ее грудью, пока поправлял изумруд, лежащий в таком интимном месте. Через пару секунд, краем глаза я вижу, как мужчина движется к нам с покрасневшим лицом, значит, сыграно отлично. Я целую Селену в щеку, от чего она смотрит на меня влюбленными глазами, мгновенно включается в игру, вживаясь в свою роль, перевоплощается на глазах, как профессиональная актриса.