Лютый, властный, любимый - Мила Ваниль

Хочет наказывать, как маленького ребенка? Пусть! Боль можно вытерпеть, а стыд… очищает. Потом, когда Альтан обнимает и целует. О, как он ее целует!

Теона закружила по комнате, представляя, что танцует на балу. А потом упала на диван — и чуть не взвизгнула. Ягодицы все еще горели после порки, и сидеть было… не больно, нет, но неприятно.

Время тянулось томительно долго. Теона гадала, придет ли Альтан, чтобы провести с ней ночь, и сердце замирало — от предвкушения и страха. Все же… первый раз. А леди Гейл предупреждала, что будет больно. Но сильнее Теона боялась разочаровать мужа. Она же ничего не умеет!

В присутствии Элины она чувствовала себя неловко. Альтан предупредил, что с горничной нельзя говорить о подслушанном разговоре, и Теона считала себя предательницей. Элина так же по-доброму улыбалась ей, ни о чем не подозревая. Она и помогала всегда мягко, ненавязчиво, беспокоясь об удобстве хозяйки.

А визиту Эмиля Теона обрадовалась.

— Я пришел поблагодарить вас, миледи, и попросить прощения, — поклонился он.

— Тебя рассчитали? — поторопилась спросить Теона.

— Нет… — Эмиль смутился. — Лорд Коулли недоволен, но… Мне удалось сохранить место. Миледи, я не хотел бы это обсуждать.

— И не надо. — Она махнула рукой. — Как был недоволен милорд, я и так вижу. Но, главное, что тебя не прогнали.

Это действительно радовало. Если Альтан простил секретаря, то и у Элины есть шанс. Ведь она, в отличие от Эмиля, не пыталась обокрасть хозяина и не помогала его жене проникнуть в женский дом.

— Благодарю вас за помощь, миледи. — Эмиль коснулся пальцами губ, напоминая, что Теона вылечила ссадину. — И за то, что вы хранили мой секрет.

— Пустяки… — Она смутилась. — А секрет ты сам раскрыл.

— Да, все так. И за это я прошу у вас прощения.

— Я тут при чем? — Теона повела плечом.

— Но ведь милорд, наверняка, сердился. — Эмиль внимательно на нее посмотрел. — Ругал вас. Из-за того, что вы скрыли от него…

— Знаешь, я тоже не хочу это обсуждать, — перебила его Теона. — Все в порядке, это самое главное.

— Да, вы правы. — Эмиль снова поклонился. — Миледи, вы позволите подарить вам одну вещицу?

— Что это? — поинтересовалась Теона, рассматривая небольшой камушек в деревянной оправе.

— Амулет. Он защитит вас от любого недоброго слова. Вы же слышали о вербальной магии?

— Минимум усилий, но умело подобранные звуки могут оказаться смертельным проклятием, — поморщилась Теона. — Слышала, но это же редкость.

— Не в столице и не в королевском замке.

— Да, но я так же знаю, что стоимость такого амулета…

— Мой дядя — подмастерье у чародея-артефактора. Амулет ничего мне не стоил.

И все же Теона не спешила брать его в руки.

— Я не могу принять подарок от мужчины без разрешения мужа, — сказала она.

— Я попрошу его подойти сюда, — улыбнулся Эмиль.

Альтан пришел. Он позволил ей взять амулет и даже сам поблагодарил Эмиля за подарок, при этом, правда, не забывая испепелять слугу взглядом. Впрочем, Эмиль хоть и держался скромно, но, кажется, совершенно не боялся грозного хозяина.

А потом они остались вдвоем — она и Альтан.

— Платье? — коротко спросил он.

— Готово, — поспешила ответить Теона.

— Покажи.

Он едва взглянул на наряд и кивнул, подтверждая, что одобряет выбор.

— Альтан, позволь мне… попросить, — решилась Теона.

— Попроси, — согласился он.

— Не прогоняй Элину, пожалуйста. Если ты простил Эмиля…

— Он на испытательном сроке.

— И все же, — настаивала она. — Элина мне нравится, она добрая.

— Еще бы. Жалеет бедняжку, ведь у мужа любовница, — рявкнул Альтан.

Теона закусила губу, чтобы не ляпнуть какую-нибудь грубость. Слова мужа несправедливы и обидны. Хотя бы потому, что это правда, он ходил к любовнице.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я разберусь, — пообещал Альтан другим тоном, неожиданно мягким и виноватым. — Прости, мышонок. Я злюсь не на тебя и даже не на твою горничную. Иди ко мне.

«Все наладится, — подумала Теона, нежась в его объятиях. — У нас все получится».

Они поужинали вместе, а потом долго разговаривали, сидя у камина в покоях Альтана. Он расспрашивал Теону о детстве и времени, проведенном под опекой лорда Гейла, но сам на вопросы о своем прошлом отвечал неохотно, и она интересовалась настоящим. Например, его владениями. Оказалось, муж был в замке лишь однажды, и следит там за всем управляющий. И кроме замка и парка с лесом Альтану принадлежит… молочная ферма. И целая деревня находится под его покровительством.

— Иди к себе, Тео.

Альтан поворошил кочергой угли в камине. Наговорившись, они задумались — каждый о своем. Теона представляла, как они будут жить в замке. В городе она чувствовала себя неуютно и не выходила из дома. В провинции тише, спокойнее, и жизнь течет медленно и размеренно. Там будет хорошо их детям…

— Тео, ты меня слышишь?

— Д-да… — Она нехотя поднялась и расправила платье. — А-а..

— Что?

— Нет, ничего. Приятных снов, милорд.

Она хотела спросить, ждать ли ей мужа, но передумала.

Альтан ничего не ответил, даже не посмотрел ей вслед.

Но он пришел. Позже, когда Теона уже забралась в постель. И зажег лампу, которую уже погасила горничная.

Первым порывом было натянуть одеяло до самого носа. Альтан стоял у кровати и смотрел на Теону, но ничего не просил и не приказывал. Вот только чего, собственно, он еще не видел? Он купал жену и трогал… везде. Теона выскользнула из-под одеяла и хотела встать, но Альтан не позволил.

— Не надо, пол холодный, — произнес он с хрипотцой в голосе. — Сними сорочку.

А сам он был одет: светлая рубашка небрежно заправлена в брюки.

Теона повиновалась, запуталась в рукавах и чуть не упала. Альтан освободил ее от сорочки одним рывком и, придерживая за спину, по-хозяйски накрыл грудь рукой, сжимая пальцы: сначала одну, потом другую. Теона сдавленно охала… и дрожала.