Подружка невесты - Мари Князева

Руслан

Вернувшись домой, я набрал Кита: нужно держать руку на пульсе, хотя это и вызывало некоторые угрызения совести - сам-то я сорвался. Но у нас с моим новым закадычным другом и тут случилась синхронность.

- Ты как? - спросил я его сразу после приветствия.

- Слушай, Рус... извини, но я в аэропорту.

Я не удержался и рассмеялся в голос:

- Сорвался?

- Нет. Она позвала. Похоронным голосом, правда, но - плевать. Даже если она русалка с рыбьим хвостом - хочу её потрогать.

- Ты не видел на фото её ноги?

- Видел.

- Ну, удачи, чувак. Кольцо-то купил?

- Угу.

Я снова засмеялся и положил трубку. Не стал изливать свою душу: ему сейчас не до меня.

На следующее утро, часов в 11, я отправился в кофейню, где работала Стася. Шёл туда с совершенно мирными намерениями, честное слово. Собирался просто поговорить с управляющим, объяснить, что его теория, будто бы моя девушка украла из кассы десять тысяч рублей, абсолютно несостоятельна, и потребовать, чтобы её уволили по собственному, без отработки. С выплатой всего причитающегося, разумеется. У меня не было ни единого сомнения, что ко мне прислушаются и всё пройдёт спокойно. Но оно с порога пошло наперекосяк.

К менеджеру меня сразу не пустили - сказали, что он занят важными делами и сейчас не принимает. Я прождал добрых полчаса и так нагрелся, что, наверное, имел на редкость устрашающее выражение лица, когда наконец вошёл в кабинет управляющего. Он, разумеется, струхнул и принялся лепетать:

- Это неправда! Она всё врёт, я ничего не делал!

Я не сразу осознал, что он имеет в виду нечто, о чём я даже не в курсе. Но через секунду врубился: с его стороны глупо было бы отрицать факт обвинения Стаси в воровстве. Он говорит о чём-то другом. О чём-то весьма неприглядном, что наверняка заслуживало моего внимания. Я прихватил полы пижонского пиджака (кто носит пиджак в такую жару?!), совершенно не подходившего этому потному лысому сморчку, и прорычал ему в морду:

- Моя девушка никогда не врёт!

- Н-н-но это недоразумение, я ничего такого ей не предлагал, она меня неправильно поняла!

Тогда откуда ты знаешь, г*вна кусок, что и как она поняла, если не предлагал?! Ярость закипала во мне. Вот же мразь, гр*баный с*кин сын! Нетрудно догадаться, что он там ей предлагал: с моей малявки и взять-то нечего... Вот дура! Хоть бы предупредила, я бы подготовился морально, а то сейчас размажу этого недоноска по стенке от переизбытка чувств...

Остановила меня мысль, что девчонка будет переживать. Ну вот такая у неё натура: жалеет всякое отребье. Я натянул пиджак ещё чуть сильнее и проговорил внушительным тоном:

- Ты, долбаный идиот, сейчас подпишешь бумаги об увольнении Станиславы по собственному желанию, без штрафов и доработок. А потом проведёшь тщательное расследование и выяснишь, кто сп**дил деньги, и мне доложишь. Результаты, так же как и копии видеозаписей с камеры наблюдения, я жду вот на эту почту, - я вручил ему свою визитку. - И если я ещё раз услышу от своей девушки жалобы на твою вонючую персону, разговаривать будешь с полицией, и можешь мне поверить, они найдут, к чему придраться в твоей кофейне, помимо мелких махинаций и домогательств к сотрудникам.

Чуть не наделав от страха в штаны, этот г**дон заверил меня, что всё будет исполнено в лучшем виде. Ещё бы! Пусть только попробует схалтурить.

- Если это ты украл бабки, так и должно быть указано в письме, ясно тебе? В полицию заявлять не стану, но я хочу знать, иначе тебе не поздоровится!

Он закивал, одновременно уверяя, что это, конечно, не он. Ясен пень, отмажется. Ну и х*р с ним, только бы не приближался больше к малявке.

Из кофейни я сразу поехал к Стасе домой. Похрен на тётку, я был на таком взводе, что даже девчонка это поняла и не стала возражать. Из-за её плеча выглядывало любопытное, неприятное лицо бабы средних лет.

- Здраавствуйте! - подобострастно прогундосила она. - А вы, наверное, Руслан?

Я кивнул, не желая с ней разговаривать.