Нельзя - Лаура Тонян

Джоселин

Прогноз погоды был учтен организаторами внезапного веселья. Небо к вечеру стало безоблачным, его уже высыпало звездами, хотя только-только наступили сумерки. Из панорамного окна на третьем этаже я могла наблюдать за рабочими, создающими праздник во дворе школы, и за тонкой молодой яблоней, которую пару часов назад посадила собственноручно. Сначала это занятие казалось мне сущей рутиной, но сейчас, глядя на свою работу, я испытывала настоящую гордость. Мое деревцо ничем не отличалось от остальных, однако, бросив даже скоротечный взгляд в сторону школьного сада, я тут же находила именно то, что принадлежало мне. То, к чему имела отношение именно я.

Элен долгое время не отходила от меня ни на шаг, она все пыталась разузнать новые подробности моей личной жизни, и поэтому пришлось объяснить ей, что иногда мне было просто необходимо побыть в одиночестве. Я не хотела спускаться вниз и танцевать вместе с остальными. Когда диджей и его помощники настраивали звук, включали некоторые треки, несколько десятков учащихся уже наслаждались вечеринкой на открытом воздухе. Музыка была такой громкой, что была слышна мне и через толстые стекла школьных окон.

Спустя немного более получаса все было готово, над будущими выпускниками, столпившимися у гигантской сцены на стадионе, нависла неожиданная тишина. Яркий свет прожекторов следовал за высокой тучной фигурой — к трибуне подошел директор лицея. Он вначале всех поприветствовал и с усмешкой поздравил молодежь с «незапланированным кутежом». Публика поддержала его свистом и аплодисментами. Отсюда мне было плохо видно, но, кажется, директор суетливо расслабил узел галстука перед тем, как продолжить:

— Я хотел бы от имени римской международной школы выразить признательность и благодарность нашим новым спонсорам, — мужчина махнул рукой вправо, и на сцену поднялись солидный Лукас Блэнкеншип и мой сводный брат.

Давно же я не испытывала такого волнения.

Директор запел по-соловьиному, восхваляя впечатляющие достижения компании «BL». Ученики в очередной раз похлопали спонсорам, когда этого потребовало воодушевленное завершение льстивых речей главы гимназии. Мозг требовал не смотреть на Алистера, но я ничего не могла поделать. Ни мое сердце, ни мое тело не подчинялись здравому смыслу. Рука сама потянулась к стеклу и к нему приклеилась моя ладонь. Я закрыла глаза, представляя, что прямо сейчас могу чувствовать сердцебиение Алистера. Я не хотела думать о нем, не хотела придавать ему значения, но я была так сильно влюблена, так сильно…

Я и не заметила, в какой момент сцена опустела, и место на ней занял один лишь диджей. Где-то невдалеке от меня раздались девчачьи голоса:

— Видела этих красавцев?! — воскликнула радостно первая. — Они должны были вложиться в школу Святого Георгия, мне папа сказал…

— …Но в последний момент, кажется, передумали, — закончила, смеясь, вторая.

Обе пронеслись по коридору мимо, но до меня все еще долетали обрывки их эмоционального диалога:

— …Жаль, что босс уже окольцован!..

— …Зато его помощник все еще холост!..

Их счастливый смех вызывал во мне смутную тревогу. Раздражение. Неприязнь. Но я не позволила ладоням сжаться в кулаки. Шумно выдохнула, прикрыв веки, и направилась в сторону центральной лестницы. Внизу меня ждал сюрприз. В здание заходили Алистер вместе с Исайей. Совсем того не желая, я вмиг оцепенела. Какая-то незнакомка намеренно задела меня плечом и, дождавшись, когда я посмотрю на нее, с ухмылкой кивнула головой в сторону Шеридана. Неужели я попросту не замечала любопытных взглядов? Я не хотела всматриваться в окружавших меня людей. Не хотела знать, что написано у них на лицах. Партнерство фирмы Лукаса со школой не дает мне никаких привилегий. В этом плане мы с Алистером не связаны. Да, в общем-то, и ни в каком практически…