Неверная - Аля Алая

К пятнице я уже была готова лезть на стены. Полное одиночество действительно может быть одним из видов пытки.

Вместо Рании к нам стала приходить женщина, которая даже на английском не разговаривала. Она делала всю работу с самого утра и уходила, так что с ней я вообще не пересекалась.

Ренат после моего отказа стал просто проходить мимо, лишь быстро здороваясь.

– Не передумала? – Ренат, уже готовым к выходу появился в проеме моей спальни.

– Нет, – я отвела взгляд от своего отражения в зеркале и прошла мимо него.

Ненавижу сдаваться, но и выносить эту квартиру больше не могу. Мне нужен глоток свежего воздуха, просто увидеть других людей, услышать их голоса.

Мы едем через город, проезжаем мимо домов, магазинов и детских площадок. Везде есть люди, немного, но есть. Они неторопливо прогуливаются, улыбаются друг другу. И я ловлю себя на мысли, что хочу туда. Это заточение выматывает всю мою душу.

– Если хочешь, можешь прогуляться по магазинам завтра, водитель тебя отвезет, – Ренат улавливает мое настроение.

– Нет.

– Как хочешь, – он равнодушно отворачивается и листает что-то в своем смартфоне.

Ненавижу его в такие моменты сильнее всего. Он чувствует свою власть, каждый раз дает мне возможность сдаться, признать свое поражение и, если не соглашаюсь, просто отступает в сторону до следующего раза.

Мы оставляем мегаполис и выезжаем на окраину. Тут больше нет небоскребов, вместо них большие участки с роскошными домами и бассейнами выстроились в ряды, образуя уютный элитный поселок. Машина заезжает на территорию одного из них и останавливается у входа.

– Ты не говоришь о религии и не оскорбляешь моих друзей. Иначе я запру тебя в квартире одну до конца жизни, и ключи выброшу, ты поняла? – Ренат говорит с металлом в голосе.

– Да, мой хозяин, как скажете, – отвечаю таким же тоном.

– Прекрати, – цедит он зло сквозь зубы.

– Я буду послушной, – улыбаюсь самой очаровательной улыбкой, что у меня есть, – никто не узнает наш секрет.

– Пошли, – Ренат на секунду зажмуривает глаза и выходит из машины, подает мне руку.

Из прохлады кондиционированного салона я попадаю на уличную духоту, которую усугубляет жаркая черная накидка. Зачем вообще так издеваться над женщинами? Черное длинное и в такую жару?

Мы проходим по широкой дорожке, окруженной с двух сторон зеленым газоном. Интересно, насколько это дорого содержать траву в таком состоянии под палящим солнцем?

Вокруг пальмы, цветущие кусты и деревья, которых я даже не видела. В стороне огромный бассейн поблескивает и манит прозрачной голубой водой.

Дом встречает меня долгожданной прохладой и уютной атмосферой. Кругом светлая мебель, ковры и подушки. Нас проводят в специальную комнату для встречи гостей. Здесь два полукруглых дивана, низкий стол, опять подушки и, конечно, цветы. На стенах развешены восточные сказочные пейзажи.

– Это Латифа рисовала, – Самир обнимает жену за плечи. В его голосе слышится гордость.

– Красиво и атмосферно, – улыбаюсь, глядя на ее работы, – очень детально. Наверняка каждая заняла уйму времени.

– Да, – Латифа пожимает плечами, – но тогда его было много. У вас дома тоже куча твоих работ, ты ведь скульптор.

– Ни одной, – отвечаю спокойно и стараюсь унять дрожь в голосе. Не уверена, что хотела бы видеть в квартире Рената хоть что-то. Наверное, это было бы дополнительным болезненным напоминанием.

– Скульптура – это сложнее, – она говорит приободряюще, – просто так не засядешь где-то в уголке. Нужна специальная комната, инструменты.

– Да, – задумчиво перевожу взгляд на свои подрагивающие руки, которые уже так соскучились по всему этому.

– Уверена, Ренат обязательно сделает тебе мастерскую и здесь, если ты захочешь.

– Стоит только попросить, – он улыбается, стоя у меня за спиной, и проводит рукой между лопаток.

Интересно, если попросить, то, что за это придется сделать взамен?

– Это же будет потрясающе, – Латифа начинает светиться от счастья, – сделаешь и для нас что-то. Я обожаю вещи ручной работы, в которых чувствуется мастер.

– Пожалуй, пока воздержусь.

– Сонь, – Латифа улыбается и подхватывает на руки маленького мальчика, вбегающего в комнату, – не упускай момент, скоро у вас появятся дети, и тогда будет совсем не до увлечений. Дети отнимают все время.

Латифа что-то говорит сыну на арабском и показывает на Рената и меня. Тот смеется и забирается к Ренату на колени, что-то начинает увлеченно рассказывать. Муж отдает ему большую коробку лего, привезенную с собой и восторгу мальчика нет предела.

– Детали большие, – комментирует Ренат, – как раз для его возраста.

– Спасибо, – у Латифы горят глаза, глядя на сына.

Служанка заполняет стол закусками, сладостями и чаем. Все вокруг дышит каким-то спокойствием и счастьем.

– Лиана спит, – Латифа присаживается на один из диванов и приглашает меня последовать ее примеру, – пока у нее еще несколько снов за день, слишком маленькая. Но, когда проснется, я обязательно вас познакомлю.

– Сколько ей?

– Годик.

Украдкой смотрю на Рената, который на некоторое время потерял к нам всякий интерес и рассматривает с Абдулом делали конструктора, который тот уже вскрыл тут же на полу. Он читает инструкцию и вместе с мальчиком, пытается разобраться, что к чему. Оба смеются и отлично друг друга понимают.

– Ренат будет потрясающим отцом, – Латифа неотрывно следит за попытками сына скрепить две детали, – он очень хорошо ладит с Аблудом. Тебе повезло, Соня.

Ренат слышит ее и смотрит мне прямо в глаза. Интересно, на это и был весь расчет? Показать настоящую нормальную семью? Заставить меня понять, какой я должна быть?

– Попробуй, я сама готовила, – Латифа протягивает мне тарелку со сладостями.

– Спасибо, я не ем сладкое, – вежливо отказываюсь и отпиваю чай.

– Вообще? И даже маленький кусочек?

– Нет, – качаю головой.

– Это все фигура, – она усмехается, – но когда забеременеешь, будет не до нее. Тогда можно есть все что угодно.

Мне с каждой минутой разговора становится все хуже и хуже. Я понимаю, что она не хочет мне ничего плохого и говорит о нормальных и принятых в счастливой семье вещах. Но только у меня нет такой семьи. Я ее не хочу.

– А, дочка проснулась, – Латифа забирает годовалую малышку, все еще сонную из рук няни, и садит себе на колени, – хочешь подержать?

– Нет, – вцепляюсь в чашку с чаем как в свое спасение.

Никогда не держала детей  в руках и даже так близко никогда не видела таких маленьких. Это вызывает панику.