Принадлежать им - Мария Зайцева

Мы с Серым смотрим на него.

Я — несмело улыбаясь, а Серый — все с тем же равнодушным лицом.

Черный успокаиваясь, пьет воду, тянется к сигаретам, прикуривает.

— А ты — та еще штучка, да? — подмигивает он, выдыхая дым.

Пожимаю плечами.

Что тут скажешь?

Я бываю очень злой периодами.

— А идея хорошая, — выдает Серый в пространство.

Черный смотрит на него, кивает:

— Решим.

— Это вы о чем? — настораживаюсь я, — они свое получили уже, хватит…

— Выпей водички, конфетка, — говорит Черный, набирая в телефоне сообщение кому-то.

Мне не нравится его спокойная решимость, что-то жуткое за ней ощущается, такое же, как и за ледяным равнодушием Серого.

Они, все же, братья и очень похожи, хоть и не скажешь так сразу. И вот такие повадки их родство лишь отчетливей подчеркивают.

— Я правда думаю, что не надо ничего делать больше, — волнуясь, потому что самого худшего опасаюсь, начинаю говорить я, но в этот момент заходит официантка.

— Конфетка, ротик едой займи, — командует Черный, не отрываясь от экрана. Ему приходит сообщение, он усмехается и поворачивает телефон экраном к Серому, показывая ему что-то. Тот вскидывает бровь, словно бы удивляясь, кивает.

А я ужасно хочу спросить, что они там рассматривают, но после откровенно приказного тона Черного, опасаюсь.

Ем креветки в манговом соусе, запивая свежевыжатым апельсиновым соком.

Братьям приносят стейки с кровью.

Правильно.

Что же еще хищным особям есть? Только кровавую пищу…

На какое-то время воцаряется молчание.

Я ем, и понимаю, что байка Черного про стюардессу и еду, вполне реальной может быть. Потому что я и в самом деле успокаиваюсь.

Настолько, что завожу разговор первой.

— А что вы делали возле универа?

— За тобой заехали, — словно само собой разумеющееся, отвечает Черный.

— Зачем? — удивляюсь я.

— Ну, у тебя пары закончились, мы были неподалеку, решили забрать…

— А откуда вы знаете, что у меня пары закончились?

Они молчат, переглядываются снисходительно. Ну да, глупый вопрос, наверно.

— Слушайте… — я допиваю сок, ставлю стакан на стол, облизываю губы, чуть морщась, потому что щиплет. Странно, пока сок пила, не щипало… — у меня через три дня защита проекта… Мне надо будет готовиться… С другими студентами… Можно?

— А почему нельзя? — удивляется Черный.

— Эм-м-м… Я просто уточняю… Мне придется задерживаться после пар…

— Окей, — кивает Черный, — предупреждай только.

Их удивление странно для меня, учитывая очень жесткие условия нашего договора, те, что были изначально.

Все же, мне сложно пока понять границы своих… обязанностей.

— А что за проект? — лениво спрашивает Серый, снова закуривая.

— Эм-м-м… По сетевой безопасности… — неопределенно отвечаю я.

— Вот как? Приедем в номер, покажешь, — кивает Серый.

И я не нахожу повода возразить.

Хотя, это странно. Зачем интересоваться досугом игрушки? Защищать ее — это понятно, это собственнические инстинкты. А вот спрашивать, что она делает, когда не нужна…

Черный почему-то хмурится, щурится на окно, а затем командует:

— У нас дела еще. Погнали.

Серый молча поднимается.

И я следом.

Спрашивать, почему Черный неожиданно решил свернуть обед, я не собираюсь. Улавливаю только, что братья сейчас куда-то поедут, и невольно выдыхаю.

У меня будет несколько свободных часов, похоже.

А, может, они на всю ночь уедут?

Это было бы хорошо…

__________________________________

Девочки, завтра будет невероятно горячо, я сразу предупреждаю! Все готовы?

Пока что гляньте на эти визуалы... Я горю...

А пока приглашаю вас вот сюда: https:// /shrt/lnm3 . Тут скидка 35%, и книга невероятно эмоциональная! Вам понравится!

23. Дана. Удовлетворить хищника

В апарты я поднимаюсь в одиночестве, слава всем богам. Очень радуюсь, что город у нас не то, чтоб огромный, хоть и миллионник, расположен компактно, то есть, все рядом.

И шикарные апарты находятся совсем неподалеку от не менее шикарного ресторана. Наверно, чтоб люди ноги зря не били, когда есть захотят. Хотя, я думаю, что те люди, которые живут в таких местах и едят в таких местах, явно пешком ходить не приучены.

Для меня же огромный плюс такой скученности дорогих локаций в том, что в дороге мы провели пять минут всего.

От универа моего до ресторана куда дольше добирались!

А тут время — раз! — и пролетело!

Я выскочила из машины, кажется, едва дождавшись, полной остановки.

В этот раз Черный не сел на заднее, потому никто мне препятствий не чинил и помогать выйти не пытался.

Спасибо тебе, господи, за твои маленькие чудеса!

Если кто-то из братьев мне что-либо на прощание и говорил, я не услышала. Слишком сильно ветер в ушах свистел.

На полном ходу проскочив ресепшен, помаявшись в лифте, я выпрыгиваю на своем этаже.

И только тут, кажется, выдыхаю.

Без сил падаю в кресло в гостиной, смотрю в панорамное окно на город. И ничего не вижу от адреналина.

Черт. Это было напряженно!

Это каждый раз такое будет?

Или временное явление, пока наши странные отношения устаканиваются?

Сижу, копаясь в себе и пытаясь понять, чего меня так сильно вставило.

Учитывая, что обед мы закончили нормально вполне. Спокойно, я бы сказала.

Все дело в том, как братья потом на меня смотрели, пока мы на лифте вниз спускались?

Или в том, что Черный опять меня трогал?

А Серый смотрел?

Уф-ф-ф…

Закрываю глаза, сползаю чуть-чуть по спинке кресла вниз, погружаясь в ощущения.

Вот мы едем. Лифт большой, но места нам троим явно не хватает.

Я, уже было успокоившаяся, узнав, что братья не поедут со мной в апарты прямо сейчас, неожиданно сталкиваюсь с прямым жестким взглядом Черного. И застываю, как зверюшка, пойманная световым лучом.

Глаза Черного… черные. И такое в них странное выражение, распознать которое я не могу. Боюсь просто распознавать. От взгляда меня шарашит током, а кожа покрывается мурашками. И надо бы спросить, чего это он опять, но… Не вижу повода.

Для меня, естественно, этот повод есть, но вот в реальности…

Что я спрошу? Зачем так смотришь?