Золотая для троих - Конни Дженс

Вытянув ремень из пояса спущенных брюк, я как могла примотала руки мужчины к ножкам стула, обездвиживая его достаточно крепко.

От вида беззащитного (как мне тогда казалось) Ноара, кровь в венах закипала со скоростью влитой воды в вулкан, угрожая просто выгореть и испариться.

– А сейчас, пока мы с тобой играем, – мурлыча прошептала я, поглаживая светлую кожу напряженных ног, стягивая штаны к лодыжкам, чтобы сильнее закрепить «испытуемого» к стулу. – Ты будешь отвечать на мои вопросы, и за каждый правильный ответ – я не оставлю тебя без поощрения.

– Викторина, крошка?

– Допрос. С пристрастием.

– Что ж… Разве что только с пристрастием…

– Вопрос первый, – я прижалась губами к крепкому стволу и легко провела по всей его длине полосой поцелуев. – Каким образом ты хочешь снять с меня браслеты?

– Я готовил восстанавливающую мазь, которая с вероятностью больше пятидесяти процентов способна стереть с тебя чужие метки, возвращая коже первозданное состояние, – мучительно постанывая и закатывая глаза простонал Ноар.

– Хорошо. Вопрос номер два: если эта твоя попытка провалится, что тогда? – кончиком языка коснулась вершины головки и покружила по чувствительной точке, смотря прямо в пьяные глаза… мужа.

– Я обязательно придумал бы что-нибудь еще…

– Чтооо?..

– Не знаю… Но я бы придумал, – выдохнул он и мышцы на руках забугрились, канатами выступая под коже. – Я бы нашел выход. В конце концов… малыш-ш-ш… черт!

– Что в конце концов?

– Я бы их просто убил, – прошипел он и я резко прекратила свою экзекуцию.

– Ноар, – поднявшись, подошла к все еще тихо бурлящей жидкости, рассматривая редкие кислотные пузыри на поверхности, которые лопались словно надутые из зеленой жвачки. – Каковы шансы, что вы трое сможете найти общий язык?

– Равны нулю, крошка. Они равны нулю. Это слишком давняя вражда.

– Ты уверен, что готов рискнуть мной, дабы удовлетворить свою гордость? – мужчина подозрительно сощурил глаза, внимательно смотря за тем как я пальцами вожу по многочисленным скляночкам на его столе.

– Рискнуть? Я ничем не рискую, разве что разжечь небольшую войну, но это малая цена за свою пару.

– А если я не хочу этой войны? Если я не хочу дележки? Мой голос учитывается при голосовании?

– Малыш…

– Нет уж, будь добр выслушай меня и попробуй понять! – взяла банку с какой-то мохнатой хреновиной, похожей на ежика в горсти опилок и поднесла к жидкости, наклоняя и устремляя свой взгляд на мужчину, глаза которого недобро сверкнули в полумраке подвала. – Я умерла в своем мире. Я не была там счастлива и меня предал человек, которого я, по собственной глупости, считала близким. Он разбил мое сердце и заставил прочувствовать что такое остаться одной.

– Злата, не надо… – предупредительно прошептал он, продолжая сверлить взглядом наклоненную банку в моей руке.

– И попав сюда, я думала, что получаю по заслугам наслаждаясь близостью с тремя великолепными мужчинами. Но чем дольше я здесь, тем отчетливей понимаю, что это очередное испытание на моей доле.

– Малыш, не говори ерунды! Я не тот… – он скрипнул зубами, но продолжил. – Кто предал тебя. Волей Нейры мне суждено делать тебя счастливой день ото дня…

– Как и Арагорну и Эдгару. Я новенькая в этом мире и плохо понимаю, что происходит, но прошу тебя, прояви благоразумие, Ноар.

– Что ты хочешь? – он склонил голову к плечу, и я вновь прилипла взглядом к рельефным рукам, сглатывая слюну, угрожающую потечь по моему подбородку.

Если бы не все эти сложности с их взаимоотношениями, я бы сейчас наслаждалась Ноаром, не думая ни о чем, кроме удовлетворения своего сексуального голода, что возрос за много лет, и все еще не насытился.

– Найди в себе силы помириться с ними.

– Нет! – я сильнее наклонила банку в руках и Ноар осекся, понижая голос. – Малыш, это невозможно. Мы кровные враги друг другу. Ни мы сами, ни наши семьи не примут такой союз. Слишком много голосов «против», в сравнении с одним твоим «за».

– Я пыталась.

– Нет! Злата, не надо! – Ноар подскочил со стула, легко избавившись от оков, которые трухой рассыпались рядом и как был, голышом, бросился ко мне, пытаясь удержать от опрометчивого решения.

Но поздно.

Пальцы дрогнули, и волосатая хреновина с громким «плюх» бултыхнулась в жижу и исчезла под непроницаемым полотном.

– Твою мать… – прошептал Ноар, хватая меня за талию и оттягивая от котла, заталкивая за свою спину.

Жидкость забурлила, все сильнее и громче. Тонкие струйки побежали через борта, и зеленая кислота странно расплескивалась, будто в ней что-то плавает, большое и быстрое.

– На счет три, беги наверх и спрячься в спальне, поняла?

– Ноар, что там?

– На счет три! – не ответил он и принялся считать. – Рааааз… Двааа…. Три! Беги Злата, беги!

Я бросилась к лестнице, но страшный рев за моей спиной заставил меня замереть, и я статуей зависла на бегу, чувствуя, как потяжелели ноги и руки. Как сильно голова тянет меня вниз и непослушное тело кулем падает на каменный пол.