Мой муж — дракон - Екатерина Вострова

Маргарита нахмурилась, кусая губы. Откуда он знает об этом, если был в тюрьме? Рассказывать о том, что случилось, было страшно. Пусть даже это была не она. Стоит ли говорить о Гере и Герилионе? О том, сколько людей пострадало? После недолгого раздумья девушка тряхнула головой, выбрасывая сомнения прочь. В конце концов, Дивуар — ритуалист, быть может, он как-то поможет избавиться от надоедливой сущности, поселившейся внутри? А что касается Герилиона… она была с ним не по своей воле. Вот только как все это объяснить.

— Внутри меня оказалась скрыта Гера. Ее возлюбленный похитил меня и пробудил ее. Они переспали, а потом полетели жечь столицу и убивать людей. Прилетел папа, начал биться с Герилионом. Я как-то смогла подавить Геру. Конец. — Она произнесла это скороговоркой, на одном дыхании.

— Подожди, не так быстро… Что ты сказала? — Элигос привстал от удивления. — Что значит переспали?

— Из всего, что я сказала, ты уловил только это? — Марго сердито сжала кулаки.

— Эм… — Дивуар явно все еще пытался переварить полученную информацию. — Хорошо. — Наконец, выдавил из себя он. — Ты должна знать, как все было. Только, прошу тебя, дослушай до конца. Двадцать лет назад императрице удалось заполучить ключ к вызову древней правительницы Шитара — Геры. Августа мечтала повторить ее путь. Свергнуть мужа и единолично править. А потом мне предложили подготовить ритуал по передаче древних сил. Но я прекрасно знал, чем это может закончиться. Если бы Гера пробудилась — Шитар утонул бы в огне. В нашей семье сохранились рукописи свидетелей тех времен. Учитывая, что наш род периодически роднился с полукровками и даже неодаренными, нас бы перебили первыми — за порчу чистой драконьей крови.

— Почему ты не отказался? — Тихо спросила Маргарита. О да, кому, как не ей, знать, насколько кровожадна может быть Гера.

— Моя кузина. Она могла с этим справиться. У нее ушло бы больше времени. Но она бы смогла. Представители нашего рода всегда были хороши в рунах. Если бы не согласился я — это сделала бы она. А пойти и донести на члена собственной семьи у меня не хватило бы духу.

— И ты решил предотвратить возвращение Геры иным образом?

Элигос задумчиво кивнул, по его виду казалось, что он мысленно перенесся на двадцать лет назад.

— Августа планировала принести в жертву твою мать. Та была беременна, и магия ребенка подходила идеально. Я все учел. Ключ, о котором я говорил, должен был не дать пострадать ни женщине, ни младенцу, и, при этом, нейтрализовать императрицу. Больше ничего не должно было произойти. Пустышка. Я все рассчитал. Кроме одного.

— И что же ты упустил?

Элигос хвалился, что он лучший — что же он мог не учесть?

— То, что детей окажется двое. — Дивуар сжал пальцами виски и прикрыл веки. — Сила нашла лазейку. Неучтенный ребенок. Не защищенный от ее влияния. Ты. — мужчина посмотрел на нее, и Марго поразилась, сколько боли и раскаяния было в его глазах. — Я бежал, сразу как схватили сестрицу — она моментально выдала мое участие. Но главное было не это. Я знал, что из-за моей ошибки может случиться непоправимое. Сила была в тебе. Твой брат не подходил — на нем ключ сработал как надо, и он получил возможность оборота в дракона. А вот за тобой я наблюдал. Все же я на редкость хорош в создании всякого рода артефактов. Двадцать лет с помощью них мне удавалось водить твоего отца за нос. Сначала я размышлял, как убить тебя, уничтожив и силу. Хотел исправить то, что натворил. Но чем больше я наблюдал… В общем, древний ритуал подошел как нельзя кстати. Ну и потом, так я мог похоронить старую ошибку. Выбить через твоего отца помилование и жить счастливо. А скованная ритуалом сила не должна была пробудиться.

— Но она пробудилась. — Маргарита отступила от него на шаг. — Ты хоть представляешь, что я творила, пока она сидела в моей голове?! А тот проклятый дракон! Меня до сих пор трясет от воспоминаний о том, что делали те двое.

— Это была не ты.

— Скажи это тем, кто погиб!

— Я виноват перед тобой, очень. И если бы я мог, то отмотал бы время вспять, чтобы все исправить. Не уверен, что ты когда-нибудь сможешь меня простить…

— Виноват? По твоей милости в меня вселился дух тысячелетней убийцы, и ты считаешь, что то, что ты решил меня великодушно не убивать, тебя извиняет? — Чувство вины мгновенно обратилось в ярость. — Хотя ты сам, оказывается, тот еще маньяк. Следил за мной? Может, еще и вещи воровал? И после этого тебе нужно мое прощение?

Он неожиданно обвил руками ее талию, притягивая к себе:

— Ты моя жена, в конце концов. Конечно, нужно. — Он поцеловал ее куда-то в макушку, вдыхая запах ее волос.

— Не смей обращать все в шутку!

Она забилась в его руках, колотила кулаками по груди, не обращая внимания на собственные ощущения. На глазах появились слезы, тело начала бить дрожь. Он ведь ей нравился. Очень нравился. А теперь оказывается, что все проблемы в ее жизни были из-за него. Кокон — теперь-то уже ясно, что это была за скрытая сила. Проклятая магия Геры, ждущая своего часа. И если все это берет свои корни из того, что произошло так давно, то и родители наверняка в курсе. Все вокруг были в курсе, кроме нее.

Элигос обнимал ее за плечи, гладил по спине, пытаясь успокоить, шепча на ухо слова извинения вперемешку с комплиментами.

Спустя время Маргарита успокоилась, но вот горький осадок никуда не делся.

— В таком случае, я могу тебя простить. — Наконец произнесла она. — Помоги мне избавиться от этой силы, а затем разорви связывающий нас ритуал.

Дракон нахмурился:

— Я что-нибудь придумаю насчет Геры. Но ритуал отменять не буду. — В голосе дракона внезапно прорезался металл.

— И что это значит? — Маргарита вновь почувствовала, как поднимается злость. Да что этот дракон себе позволяет.

— Что ты — моя. — Скрипнул зубами мужчина, явно борясь с охватившими его чувствами.

Марго поджала губы, мысленно подбирая для Дивуара эпитет покрепче.

— Когда ты сердишься, ты особенно прелестна. — Он крепче прижал ее к себе и шепнул на ухо. — И все равно я заставлю тебя меня простить.

— И как же ты это сделаешь? — она вновь попыталась отодвинуться.

Простить? Ну уж нет! Как же она ошибалась, считая, что Дивуар лучше Герилиона! Древний дракон хотя бы честен в своей одержимости разрушениями, а вот этот — прикрываясь благими намерениями, превратил ее жизнь в ад!

Вот только от шепота Элигоса по спине пробежали мурашки, тело охватил трепет. Она неосознанно прикусила губу, проклиная себя за охватившее тело сладкое предвкушение.

— Я задумал коварный план. И, сразу предупреждаю, тебе он не понравится.

С этими словами он прижался своими губами к ее, вовлекая в томительно сладостный поцелуй.