Его тайные желания - Тата Кит

— Думаю, задницей ты ему зачет не сдашь, — отшутилась, принимая из его руки бутылку воды.

— Я бы не был так уверен. Ты видела, как он смотрел на меня, когда я выходил?

— Фу, Тём! — поморщилась и закрыла бутылку крышкой. — И как мне после этого к нему на пары ходить?

— В джинсах. Ему понравится, — подмигнул мне парень и развернулся лицом в коридор, скрестив руки на груди, как это сделала я. — Ого, кто идет!

Голос Артема звучал без особого энтузиазма. Примерно таким же — безрадостным — казалось лицо Вилки, которая обещала, что сегодня прямо при мне пригласит нашего общего друга на свидание во имя спасения девичьей дружбы.

— Общий привет, — махнула рукой Вилка и издала нервный смешок, выражающий ее неловкость.

Да-да! Очень неловко приглашать на свидание бывшего, зная, что тот не горит желанием и уже заряжен сарказмом, которым с удовольствием отравит всё её существование..

— Тём, — начала девушка и заложила прядь светлых волос за ухо. — Дело есть.

— Надо же! — вскинул он светлые брови и перешел с ноги на ногу. — И какое у тебя ко мне может быть дело? Таблеток нет, траву не кошу, порошок не сыпется…

— Да, запарил, блин! — вспылила Вилка.

— Кхм! Кхм! — кашлянула я выразительно, что способствовало быстрому натяжению милой улыбки на лице подруги.

— Тём, — продолжила она елейным голоском. — Я знаю, что ты хочешь привязать меня к столбу на главной площади, поджечь и прикурить от того огня, но…

— Но? — подтолкнул ее парень. — Но твоё каменное сердце не горит?

— Ха-ха, — поддержала она его шутку без малейшего восторга. — Но я хочу пригласить тебя на свидание.

— Что ты приняла, чтобы предложить мне это? — сдерживал он явное веселье.

— Ну, Тём, — надула она губки и подошла плотнее к парню. Поправила воротник его рубашки и с щенячьей преданностью заглянула в глаза. — Не чужие же люди. Разве я не могу дать нам еще один шанс? Нам же было когда-то хорошо?

— Пару дней. В прошлом году, — сухо бросил ей Артём. — А потом ты нашла старика с большим и толстым… кошельком.

— Дурой была, — опустила Вилка пристыжено глаза. — И жалею о том своем поступке.

Не знаю, почему, но на миг мне показалось, что именно сейчас она была максимально честна. Я видела, как после того разрыва с Артемом, она искала его взгляд и тут же отводила свой, если он случайно смотрел в нашу сторону. Но избалованность и заинтересованность Вилки в материальном благе перекрывали в ней всё о живое, что иногда просило освобождения.

— А в этот раз что? — подталкивал ее Артем.

— А в этот раз я не хочу быть дурой. Попробуем? Дай мне один маленький шанс. Сегодня вечером. Шансик, ну! Ты можешь, прийти на встречу только ради того, чтобы меня послать. Только приди, Тём!

— Ди? — позвал меня парень, при этом продолжая смотреть в глаза Вилке, которая почти повисла на его шее. — Ты ей своей святости, что ли, подсыпала?

— Соглашайся уже, — фыркнула я, видя, как загорелись его глаза.

У подруги взгляд тоже казался не менее пылающим, а то и больше.

— Тебе придется хорошенько постараться, — понизил голос Артем, проговаривая Вилке в самые губы. — Я буду придирчивый.

— Ты останешься довольный, — заверила его подруга, ровно так же понизив голос до интимного шепота. — Ты же еще помнишь, на что я способна в постели?

— Ребята! — пощелкала я пальцами перед их лицами. — Оставьте это для свидания.

— Мы опять начали смущать нашу святошу, — проговорила Вилка, будто меня здесь и не было.

— Кажется, да, — улыбнулся уголками губ Артём. — Как в старые добрые.

— Как в старые добрые, — вторила ему Вилка.

— Всё с вами ясно, — закатила я глаза, решив оставить парочку наедине.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Сидя с мамой вечером на диване за просмотром телевизора, ощущала на себе странное давление вселенского заговора.

Артём и Вилка пропали со всех радаров и не появляются в стенах университета уже четыре дня подряд. До этого они, сразу после своего свидания, явились на пары, но просидев половину первой из них, взялись за ручки и просто сбежали. Полторы недели кипящей романтики и отрыва от общества.

В какой-то степени я им завидовала. Самой чистой белой завистью.

В моем случае романтикой и не пахло. Игорь пропал. Вернее, он не пропал, но и сигналов от него мне тоже не поступало. Ни звонков, ни смс, ничего… Ничего с той самой ночи, в его квартире. Он, конечно, взрослый, занятой мужчина и понятие о романтике у него своё или же вовсе отсутствует, но, думаю, время на одно смс или короткий звонок можно было бы найти.

Я могла бы прийти к выводу, что он получил всё, что хотел, поэтому я больше для него не интересна. Но ведь секса у нас так и не было. Вино, разговоры, поездка по ночному городу.

О том разврате на диване вспоминаю, краснея…

Может, стоит написать ему первой? Или лучше — позвонить? Или продолжать строить из себя гордую даму, за которой нужно бегать и молить о капле внимания?

— Чего пыхтишь? — спросила мама, не отводя взгляд от телевизора. — Сериал не нравится?

— Да нет, нормальный, — дернула я плечом и продолжила гипнотизировать телефон в своих руках.

— Жених не звонит, не пишет?

— Что-то типа того, — ответила ей неопределенно. — Как ты поняла?

— Трудно не заметить, как ты гипнотизируешь телефон последнее время. И еще дома торчишь со мной перед телевизором. Позвони уже ему сама и не жуй себе мозг. Кто, вообще, придумал, что мужчина должен звонить, писать, приходить, делать какие-то шаги первым? Ему одному эти отношения нужны, что ли? — жестикулировала мама, поднимая свою любимую тему. — Не женщина, а пиломатериал какой-то.

— Почему? — отвлеклась я от телефона.

— Сама подумай, — повернулась ко мне мама. — Не знаю, как в ваше время, но в моё — женщина или девушка, не важно, ждала, что мужчина к ней подойдет первым и начнет обхаживать. Получается, женщина — это эдакое дерево, к которому мужчина должен прийти, потому что дерево же не ходит, — состроила она забавную рожицу. — Потом мужчина должен ходить вокруг да около этой женщины-дерево, пока не повалит её. А потом, когда повалил, он уже с этим бревном в постели и упражняется, потому что она же женщина, а женщина не обязана пыхтеть, потеть и выворачиваться в постели для мужского удовольствия. Оно же ему надо, а не ей. Ну, не идиотизм ли?