Мастер. Книга первая - Ирина Браун

Я просидела так минут тридцать или сорок.

Решила отвлечься и пообщаться со своими девочками. Но Макса из виду не выпускала. Краем глаза поглядывала, как он хозяйничает на кухне.

У меня есть две подруги: Вика и Алёна. С Викой познакомились, когда подавали документы в вуз. С тех пор мы подруги не разлей вода. Она мне нравится: спокойная, рассудительная, с неизменными привычками и взглядами на жизнь. К тому же однолюб. Как встретила своего Мишу, так и живёт с ним в любви и согласии. Она нас всегда учит поступать по совести и чести. Не поддаваться на различные соблазны, быть экономными, питаться дома, одеваться скромно, отдыхать на даче, красить волосы самостоятельно. Ну и коронное «с милым и рай в шалаше». Но я её всё равно очень и очень люблю.

Алёна – моя вторая подруга и полная противоположность Вики. Познакомились с ней лет десять назад на одном из мероприятий, где я была с Игорем. Она очень легко влилась в мою жизнь. Таких называют «светскими львицами». Вышла замуж за местного олигарха. Утончённая, элегантная, ухоженная, одетая по последнему писку моды. Следит за всем, что происходит в городе. От неё можно узнать все последние новости: кто где, кто с кем, кто как. Не пропускает ни одного важного события и ведёт блог в Instagram. Она знает всё: где вкусно поесть, кто лучший мастер маникюра, педикюра, массажа, посоветует безупречного косметолога. Ей известна на несколько месяцев вперёд афиша театра, кино и эстрады. У неё есть личный тренер, диетолог, астролог, психолог и даже сексолог… и так далее и тому подобное. Ко всему этому, ей удалось сохранить простоту характера. Она бывает высокомерной, заносчивой и даже эгоисткой, но это её образ. На самом деле Алёна простая до невозможности, даже у Вики характер сложнее. Она запросто сможет спать в палатке, ехать в грузовике, спеть Лепса и выпить водки. Алёна – зажигалка в нашем трио, Вика – разумный наблюдатель, а я стабилизатор, и последнее слово всегда за мной.

Вика и Алёна очень разные, но настолько мне родные, что в каждой из них вижу себя.

Я: «Девочки, всем привет!»

Тишина… Подождала…

Я: «Как у вас дела?»

Тишина… «Сегодня всё против меня».

Я: «Чем занимаетесь?»

Тишина…

Алёна: «Вероника, привет. Я у косметолога. Не могу говорить»

Алёна: «Что-то срочное?»

Я: «Нет, всё нормально. Просто хотела поболтать»

Алёна: «Ой, кисуля, я с удовольствием. Может, вечером увидимся?»

Я: «Я за!»

Я: «Давайте у меня»

Вика: «Девочки, всем привет. Сегодня не могу. С Мишаней надо съездить на дачу»

Алёна: «Ты неисправимый человек»

Алёна: «Как ты, вообще, затесалась в нашу компанию?»

Я: «Ха-ха-ха!»

Вика: «Сама удивляюсь, что у меня с вами общего?»

Я: «Девочки, я вас обожаю. Жду завтра вечером на бокальчик шампанского»

Вика: «Договорились»

Алёна: «Вика, надеюсь, завтра вам на дачу, на оптовку или в “Садовод” не надо?»

Вика: «Думаю, что нет. В общем, посмотрим, может, днём съездим»

Алёна: «А что, Мишаня теперь не работает? Дачей занялся?»

Вика: «Работает, конечно, отгульные берёт»

Алёна: «Вы ещё не всё отсадили?»

Алёна любила поглумиться над Викой.

Вика: «Ещё кабачки остались и тыква. Ну и поливать теперь надо ездить»

Алёна: «Сумасшедшие»

Я отложила телефон. Начались их вечные дебаты, и читать всё это невозможно.

С кухни стали доходить манящие ароматы, и ни о чём больше, кроме еды, я думать не могла. Желудок и без того урчал, а теперь заныл вдвойне.

«Хорошо. Так и быть. Не буду противиться судьбе, раз она так настойчиво навязывает мне Макса. Поиграю в её правила. Только к чему это приведёт? Не знаю. Но от еды точно не откажусь».

Я зашла на кухню. На гриле издавал ароматы лосось, в кастрюле что-то варилось, а Макс мастерски резал овощи.

– Проголодалась? – спросил он не поворачиваясь. – Или соскучилась? – бросил многозначительный взгляд.

Я ничего не ответила, лишь обратила внимание, что на столе в ожидании стояли два бокала под шампанское и бутылка Louis Roederer Brut Vintage 2012 года в ведре со льдом.

«Всё-таки запомнил», – подумала улыбнувшись.

– Присаживайся, сейчас открою шампанское.

Я села и, закрыв глаза, улетела в прошлое. Точно так же мы с Игорем иногда проводили вечера. В тех редких случаях, когда он оставлял работу и был моим. Он любил заинтриговать меня своим новым блюдом. Всегда придумывал что-то интересное и необычное. Будь то говядина, свинина, рыба или птица, у него всегда выходил шедевр. Меня к плите не подпускал. Я довольствовалась шампанским и запахом готовящейся еды. Хотя нет, мне разрешалось сервировать стол и зажечь свечи.

Но это было очень редко… В основном я готовила еду сама, и ели мы её с Сашкой вдвоём или обедали в ресторанах. Даже представить не могла, что моя жизнь может вот так измениться. Поэтому те вечера очень дороги для меня. Я храню их в сердце, в копилке под названием «Игорь».

Макс отложил своё занятие, подошёл к столу, чтобы открыть шампанское.

– Хочешь, расскажу одну забавную историю, которая приключилась со мной, когда я уже не был подростком, но и ещё не стал мужчиной?

– Нет, не хочу.

– Это не важно. Так вот…

«Зачем спрашивал?»

– …как уже сказал, это было в годы моего перевоплощения из скромного юноши в нынешнего себя. Я был молод, глуп и, как все пацаны, неопытен, но очень хотел производить впечатление на девушек.

– Удивительно это слышать. Я думала, ты уже родился со щетиной, томным взглядом и хрипотцой в голосе.

– Рад, что заметила.

«Лучше бы не говорила».

– Так вот, однажды я пригласил одну юную особу на свидание в ресторан. И всё шло как по маслу, ни малейшего намёка, что что-то может пойти не так. Пока, – он выставил указательный палец вперёд, – моя спутница не заказала шампанское. И всё бы ничего, даже это не повод паниковать. Но когда принесли бутылку и официант решил выполнить свои прямые обязанности – открыть её, моя дама совершенно ненавязчиво произнесла: «Максим, может быть, ты сам откроешь?» – «Конечно», – ответил я, не подав виду, что ни разу в жизни этого не делал.

– Неужели ты оплошал? – мне уже стало интересно, и сама не заметила, как улыбка украсила моё лицо. – Не верю, – я поднесла правую руку ко рту.

– Смеёшься? – прищурив глаза, спросил Макс. – А мне было не смешно. Я… взял бутылку и, вспоминая, как это делали другие люди, сперва не спеша освободил от фольги, – рассказывая, он повторил это действие. – Потом медленно снял мюзле, – он продемонстрировал и этот процесс, – тогда это для меня была просто проволока. Держа бутылку вот так, – он направил её на себя, – резким движением, не придерживая пробку, от всей души её сорвал.