Рабыня для шамана - Маргарита Солоницкая

Конечно, внутренне я была согласна с этой гадиной. Ведь платье у меня действительно было дешевым, а драгоценности в прокат. Но никогда никому не позволяла говорить подобное обо мне. И как только верну свое положение, она мне за все ответит. По наступившей тишине поняла, что все вышли из бального зала, оставляя меня наедине с Императором.

— Диналия, поднимись, — сухо произнес Император, отчего я вздрогнула.

— Да, Ваше Величество, — прошептала, поднялась и улыбнулась, посмотрев на Императора. Собралась что-то еще сказать, но тут же осеклась, увидев его изучающий взгляд.

— Зачем ты пришла? — внезапно спросил Император.

— Я так ждала, так ждала твоего возвращения, — едва слышно произнесла, пытаясь улыбнуться. Но поняла, что улыбка получилась неестественно и натянутой.

— Это очень похвально, — кивнул Император, внимательно рассматривая меня.

— Я так ждала, — жалобно повторила, прекрасно понимая, что никакого впечатления на мужчину не произвожу. Не смотря на глубокое декольте платья. Хотя странно. Раньше ему это нравилось.

— Госпожа Диналия, Вас здесь не ждали, — сухо произнес Лорд Эурон, который каким-то образом остался и не последовал за остальными в сад или парк. — Что заставило Вас явиться на прием?

— Вас это не касается, — зло ответила. — Захватили власть со своей Золотой и думаете, что все сойдет вам с рук? Не выйдет! Дарион во всем разберется, и виновные будут наказаны.

— Действительно, — улыбнулся Лорд Эурон ядовитой улыбкой, словно змея.

— Диналия, — произнес Дарион спустя почти минутное молчание, — я очень рад, что ты беспокоилась обо мне, но являться сюда подобным образом не следовало. Если бы ты была мне нужна, я нашел бы тебя сам. А теперь, прошу, покинь замок.

— Что? — ахнула, еле сдержавшись, чтобы не разрыдаться сразу. Как так? Не понимая этого, решила уточнить: — Я совершенно не нужна тебе?

— Диналия, Диналия, — покачал головой Император, — нам было хорошо вместе. Да и ты многое получила от меня. Сейчас все закончено и я не понимаю, что еще ты хочешь?

— Многое получила? — воскликнула я и повторила: — Многое получила?

— Да, — удивленно посмотрел на меня Император. — Я достаточно тебе подарил, чтобы ты не знала печалей.

— Не знала печалей? — взвизгнула и истерически расхохоталась. Больше не могла сдержаться.

— Диналия, что с тобой? — не понял подобной реакции Император.

— А ты не знаешь, что со мной? — всхлипнула. — Это все она, она! Эта стерва! Эта гадина забрала у меня все! Понимаешь, все!

— В каком смысле забрала все? — Император удивленно вскинул брови и бросил быстрый взгляд на Лорда Эурона.

— Госпожа Диналия, не устраивайте истерику и не пытайтесь разжалобить Его Величество, — холодно произнес Лорд Эурон. — Вы прекрасно знаете, что все имущество Вашей семьи было конфисковано, чтобы покрыть растрату из казны.

— Мой отец ни в чем не виноват! — снова всхлипнула я.

— Диналия, успокойся! — потребовал Император.

— Но почему надо было отбирать драгоценности, которые подарил Дарион? — подняла глаза, полные слез, на Лорда Эурона.

— Большая часть подаренных драгоценностей принадлежала банку, а оставшаяся — личные драгоценности Леди Раиданы, — спокойно объяснил Лорд Эурон.

— Вот как? — Император удивленно приподнял брови.

— Но они же подарены, подарены! — почти сорвалась я в крик.

— Хватит! — резко остановил Император. — Все это меня порядком утомило. Диналия, покинь замок. Видеть тебя я больше никогда не желаю.

— Но, Дарион, — изумленно прошептала, понимая, что это полный провал. Рассчитывала я совершенно на другое. И понять не могла, что изменилось в Дарионе.

— Повторять я не буду, — Император даже не повернувшись ко мне, быстро вышел из зала, пробормотав по ходу: — И как я вообще мог заинтересоваться подобной пустышкой, которая только и может, что выставляться напоказ? — От подобных слов захотелось разрыдаться, но сдаваться я не собиралась.

— Дарион! — воскликнула, бросившись за Императором. Распахнула тяжелые двери и побежала, пытаясь догнать Дариона, который стремительно удалялся.

— Диналия, остановись! — приказал Лорд Эурон, но я его не слышала. Стремилась только к Дариону и, догнав его, позорно рухнула на пол, схватив за ногу.

— Прошу, умоляю, — захлебываясь слезами, умоляла я. — Не бросай меня! Пожалуйста, не бросай! Я пропаду без тебя.

— Диналия, прекрати, — холодно потребовал Лорд Эурон и рывком поднял меня с пола.

— Какой позор, — воскликнул кто-то из присутствующих придворных. Они находились рядом с залом и почему-то не ушли со всеми развлекаться дальше.

— Дарион, пожалуйста, не бросай меня, — снова умоляюще воскликнула я.

— Действительно, позорище, — усмехнулась Леди из присутствующих. А потом добавила: — Правильно Ее Величество избавилась от нее и братца. Совершенно невозможная и невоспитанная семейка.

— Согласен с тобой, дорогая, — кивнул ее супруг. Но они не ушли. Да и никто не ушел. Всем было интересно дождаться развязки.

— Прекратить это представление! — потребовал Император, окинул взглядом присутствующих, которые сразу сделали вид, что интересуются совершенно другим. Картинами, например, висящими на стенах.

— Слушаюсь, Ваше Величество, — коротко ответил Лорд Эурон и потянул меня к выходу.

— Нет, нет, не надо! — закричала. — Дарион, я люблю тебя! Не бросай меня! — Но Лорд Эурон был безжалостным. И на мои мольбы ему было наплевать.

— Да отпусти ты меня! — попыталась выдернуть руку, пока Белый тащил меня к задним воротам, которые использовались только прислугой.

— Не дергайся, — прошипел Эурон. — Ты и так зарвалась. На что ты надеялась, придя сюда? На что?

— Он любит меня, — упрямо воскликнула, уже не веря в подобное. Император показал свое истинное отношение ко мне.

— Идиотка, — холодно заметил Эурон. — Он ее любит, а не тебя.

— Тварь! Тварь! — зарычала, все еще пытаясь вырваться из жесткой хватки Белого Лорда.

— Пошла вон! — приказал Эурон, вышвыривая меня за небольшую калитку. — И запомни, если я еще раз тебя увижу поблизости, отправлю в подарок оркам. Верховный быстро найдет того, к кому тебя определить пятой или седьмой женой.

— Ненавижу! — зашипела я.

— Всего доброго, — холодно пожелал Эурон и захлопнул калитку.

— Твари, все твари, — всхлипнула, обессиленно опустившись возле каменной стены, и спрятав лицо в руки.

— Поднимайся, девочка моя, — услышала голос отца и крепкая рука, обхватив меня за предплечье, резко подняла вверх.

— Все кончено, все кончено, — разрыдалась. — Я ему не нужна. Совершенно не нужна. Прости. Прости, я виновата. Я не справилась.