Две грани - Ташша Кутайцева

— Ты начал много требовать, хотя еще только начало… гм… наших отношений. — я это сказал?!

— Я хочу всего тебя, а не украденные минуты!

— Сегодня первая тренировка, с новым тренером… — воспоминания отозвались дрожью во мне, Кай это ощутил и обнял меня. — Мы и так с тобой весь день вместе, на уроках, теперь и на тренировках…

— И это ты считаешь вместе?!

— Не будь таким собственником! — возмутился я.

— Ну хорошо. Я приму определенные меры, и ты никуда от меня не денешься.

— Хм… Если бы я хотел, я бы давно «делся», болван ты. — он припал к моим губам и я ответил не менее страстно. Мне хотелось раствориться в нем… его ласки будили во мне что-то дикое, неконтролируемое, а мои глаза постоянно искали его, мысли возвращались к нему… Я пытался анализировать то, что со мной происходило… Я слишком привык «понимать» самого себя, что сейчас прибывал в неком смятении… но и обманывать я себя не хотел. Я даже попытался поцеловаться с девочкой, которая мне нравилась еще с первых классов… ну просто нравилась. Я ее поставил когда-то, как?1, хотя Юни и заняла это место… Девочка была очень не против, но… Что-то во мне словно барьер ставило… Не было влечения… чувств… Конечно, закралась еще одна мысль, что последнее мое спасение было в более опытной девушке, к которой я все-таки тоже испытывал симпатию. Но переступить грань Директор- ученик я почему-то не мог… по крайней мере пока.

Мне так хотелось верить, что «странные» чувства к Каю вскоре пройдут…

— Стой, Кай! — схватил я его руку, которая уже нырнула мне под брюки.

Из кабинета директора я вышел в полном изнеможении, моральном конечно! Мисс Эндрю взвалила на меня кучу дел и этот чертов праздник Святого Валентина! Терпеть его не могу!

Друзья ждали меня на скамейке у Школы, я уселся между ними.

— Саби, до завтра. — сказал я, прикрывая глаза. Моего секретаря не удивляло такое обращение. Но то, что я ее назвал уменьшительно- ласкательно… да, хоть мы и друзья, но в школе я всегда стараюсь держать дистанцию даже с ними, а тут вдруг выдал. Она в шоке на меня посмотрела и даже сбилась с написания в ежедневнике того, что я ей надиктовал. — Нам надо по-мужски поговорить с Семом. — теперь уже мой друг поперхнулся минералкой.

— Вы хоть… не подеретесь? — тихо спросила она.

— Пусть только попробует. — фыркнул я. — Иди уже. До завтра. — она нерешительно ушла, все время оборачиваясь. Я посмотрел на друга, во взгляде Сема был испуг и непонимание. — Сем, какого черта ты делаешь с моим боратом?! — вот теперь я заорал, пригвоздив его взглядом к скамейке.

— Я? Что я сделал?! — запаниковал парень.

— Ты мне решил мелкого попортить? Что за сюсюканье? Нежные взгляды?! Да ты даже на обеде его подкармливать ходил!

— Ксан… Я ничего… не делал! — выпалил он. И отвел взгляд. Гад!

— Но хотел! — схватил я его за грудки.

— Прости меня, Ксан… — я ударил его, просто не смог сдержаться и, отскочил прочь, чтобы хоть как-то сдержаться.

— Ему всего 12- ть лет! Идиот! Ты… не смей к нему подходить! — я развернулся и пошел прочь.

Я сидел в раздевалке, хотелось побыть одному, почему я так рано сюда и пришел… Я медленно разделся, на душе было скверно… как вести себя с другом я не знал, но ради брата я должен был что-то предпринять, как бы мне не был дорог Сем…

Вода стекала с волос… отрезвляя мысли…

— Значит, это ты тот самый Глава… — я вздрогнул и резко обернулся. Я боялся увидеть Баку… хотя нужно было заметить, что голос женский. Но меня до сих пор коробило, что он следил за мной именно здесь.

— Кто вы? — я схватил полотенце, прикрываясь. На пороге стояла девушка… под тоненьким спортивным костюмом отчетливо проступали значительные мускулы… короткие волосы стояли торчком.

— Тренер.

По моей коже прошелся холодок… это что же получается, все тренера у нас извращенцы?!

— Тут, вообще-то, мужской душ. — ответил я, пытаясь сохранить спокойствие.

— Хм. И что? Что я такого не видала? — подняла она бровь и сложила руки на груди… которой почти и не было-то. — Просто было интересно посмотреть из-за чего свихнулся Баку… — от нее просто веяло неприязнью.

— Вы… вы знали тренера Баку? — выдавил я, отступая.

— Хочешь это кому-то рассказать?

— А надо? — ответил я вопросом на вопрос.

— Я не считаю Баку виноватым.

— Да? Скажите это тем, кто погиб от его рук. — холодно ответил я.

— Я думаю, что ты виноват в его… отклонениях. — она точно была слишком прямая.

— Интересно, что я такого сделал?

— Да от тебя разит тем, что ты голубой! — я вздрогнул в шоке.

— Я не!.. — но запнулся.

— М? Что не так?

— С тренером Баку мы общались только в спортзале, на темы баскетбола. — жестко ответил я. — Не знаю, чем от меня разит, но уж точно, я не соблазнял Баку. Я… я сожалею, что такое произошло с ним! Я его уважал! Я даже представить не мог! — меня начало трясти. — Я не хотел!..

— Хочешь оправдаться? — прошипела она.

— Вы не справедливы! Это не я убивал неповинных школьников! Это именно за мной следили и пытались изнасиловать! — кричал я, сжав до боли кулаки. Она лишь хмыкнула и, развернувшись, ушла.

Я сделал шаг назад, меня колотила дрожь… Моя спина встретилась с холодной кафельной стеной, и я стал сползать по ней. Я так долго и усердно закрывал все эти воспоминания у себя в душе… Но зачем так несправедливо обвинять?! Я же не виноват! Или… Я схватился руками за лицо судорожно…

— Ксан? Ксан?! — меня кто-то тряс. — Да очнись же! Что с тобой?! — я наконец выплыл из мрака отчаянья и очнулся уже от того, что кто-то меня крепко обнимал.

— Все нормально… — прошептал я, попытавшись отстраниться.

— Ага, заметно. Трясет всего. Что случилось? — я старался не смотреть в его глаза.

— Я уже сказал, что все нормально. Отпусти, нас могут увидеть. — но он и не собирался разжимать руки.

— Посиди так… Ты казался таким беззащитным. — тихо сказал он, его дыхание обожгло щеку.

— Я совсем не такой! — возмутился я.

— Я знаю. Но было удивительно и приятно. — улыбнулся он. — Притом эту свою, скрытую сторону, ты показываешь, только мне…

— Это когда такое еще было?!

— Ну, когда я тащил тебя пьянущего с бара, на море… — он веселился.

— Я был неадекватен!

— Ага, а еще когда мы с тобой занимаемся любовью… ты показываешь мне свою истинную сущность.

— Это какую?! — я побагровел.

— Ту, что просит поддержки, защиты и любви. — промурлыкал он и потерся носом о мою шею.