Босс. Абсолютная власть - Алиса Ганова

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вика оказалась необычной. Я знаю, как ведут себя скромные мышки, и знаю, как порнографично стонут и трутся о член прожженные шлюшки. И как одно лезет сквозь другое — тоже. Но Вика была искренней во всем. Как в своем стеснении, так и в наслаждении.

Ее искренность доставила мне такое удовольствие, что едва не сказал: «Мы приехали домой». Умудрился забыть о том, как мы оказались вместе. Вместе — слово-то какое дурацкое.

В лифте поймал растерянный взгляд Вики и, сам не понимая зачем, притянул ее к себе. Поцеловал, скользнул руками под пальто и погладил нежную кожу.

— Знаешь, что у нас сейчас?

— Что? — эхом отозвалась она.

А я, выдержав паузу, ошеломил ее:

— Работа. У меня контракты, а тебе надо кое-что заполнить.

И Вика вновь меня поразила. Она как-то мгновенно скинула с себя сексуальную истому и перешла в рабочий режим. Ну уж нет, я хотел подшутить над ней, но теперь… О, теперь мы действительно повеселимся.

Уже в квартире я отправил ее в душ, а сам пошел выбирать одежду. Для нее, разумеется. Надо признать, небольшого обмена ласками мне мало. Но и поработать действительно нужно. Будет глупо протрахать собственную финансовую империю.

— Но я прекрасен в компромиссах, — усмехнулся я.

— Тебе соврали, — фыркнула незаметно вернувшаяся Вика. — Или ты неправильно понял значение слова «компромисс».

После душа она выглядела не той развратной кошечкой, что делала мне крышесносный минет. Нет, сейчас в халат куталась та Вика, которая была далека от плотских утех. Нет, это определенно неправильно.

— Так что, куда мне? — огляделась она в поисках рабочего места.

— Приляг на постель.

Она фыркнула:

— Ты на мне работать собираешься?

— Нет, хочу нас обоих мотивировать. Давай, не упрямься. Ты же ласковая кошечка, а не ослица.

Увы, ее недоверие ко мне вернулось. Так что на постель Вика рухнула как бревно, изящное, но абсолютно не сексуальное.

— Раздвинь ноги, — глухо приказал ей. — Хочу познакомить тебя с бабочкой.

— Махаоном? — съязвила она и прикрыла лицо халатом.

— Почти.

Совершенно новый девайс идеально лег на ее розовые половые губки.

— Что это? — напряженно спросила Вика.

— Если говорить грубо, — шепотом произнес я, — то это всего лишь клиторальная бабочка. Маленький, но очень галантный друг женщины. Теперь пара ремешков, чтобы не соскользнула, и все.

Я помог ей встать, снял с плеч махровый халат и протянул тонкое, прозрачное платье.

— Странные ощущения, — поделилась Вика. — И платье странное, длинное до пола, но ничего не скрывает.

— Идем в кабинет.

— Как прикажете, Вячеслав Андреевич.

Возбуждение, до того просто тлевшее, резко сконцентрировалось в паху. Я только и смог, что прохрипеть:

— Да, Вика, в кабинете именно так и обращайся ко мне.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В ней тут же проснулась гордость.

С ровной, напряженной спиной Вика прошла в рабочий кабинет и оглянулась, куда ей сесть.

— Напротив, — указал на большой письменный стол. Хочу видеть ее лицо. Не знаю, что в ней такого, но заводит меня неимоверно. Особенно, когда пытается дистанцироваться. И такую скромницу, настоящую скромницу, так азартно соблазнять, что от предвкушения руки чешутся. Хочу поставить ее просто раком и под жужжащую бабочку оттрахать так, чтобы она орала от удовольствия, как очумелая. Вика еще не научилась, как продажная сучка, изображать оргазм и игривость. Если она хочет — это так и есть. А если испытывает отвращение — это тоже правда. Нет в ней наигранности и шкурности. Пока что.

Когда она села и пододвинула стул, бросил бумаги на стол.

— Рассортируй по датам и суммам. Делам с «Алькаром» удели особое внимание — с ними заключались дополнительные соглашения, — сам же сел в кресло и уткнулся в первую попавшуюся бумажку. Понимаю, что дал Викуле дебильное задание, да похрен. Мы же не работаем серьезно, а увлекательно играем в соблазнение строптивой секретарши.

Включать вибратор не спешил, томя ожиданием себя и Вику. Девочка она горячая, страстная. Пара минут и бурно кончит. Я же хочу растянуть удовольствие и посмаковать.

Посматривал на нее тайком поверх листов и с удовольствием наблюдал, как розовеют ее щеки.

Мать твою! Я еще не начал, а она уже на взводе.

— Вика, серьезнее! Не о том думаете! — произнес строго и уткнулся в бумаги, чтобы скрыть улыбку.

— Простите, Вячеслав Андреевич, — посмотрела на меня как на классового врага и уткнулась в листы. Глупышка.

Потомив ее еще немного, тайком нажал на кнопку пульта — заработала бабочка. От неожиданности Вика оцепенела, заморгала так умильно, что захотелось заправить выбившуюся прядку из ее хвостика и почесать за розовым ушком. Но я старательно изображал властного босса.

Игрушка работала почти беззвучно, на первой скорости. Вика сосредоточенно читала доки и раскладывала по стопочкам. Я наблюдал. Хорошо, что до этого был классный минет, и все равно в паху напряженность.

Подождал еще немного, бросил на Вику взгляд, а у нее вздор мутный и страстный. И поглядывает на меня с жаждой голодной вампирши. Ого!

Потянулся за папкой и «нечаянно» смахнул со столешницы ручку.

Вика подняла глаза, поглядела. Любая другая потаскушка на ее месте предложила бы поднять и уже залезла бы под стол, отрабатывая гонорар, а эта гордячка глазищами зыркает, но с места не сдвинется, хотя понимает, чего от нее жду. Или не понимает?