Пара для несносного альфы - Реста Ребехар

— Привет, мамуль.

— Дана, мне звонила миссис Нейсон! — без предисловия начала она. — Я поверить не могу! Она мне сказала, что у тебя в квартире избили мужчину! Нет! Что их там было двое, и они за тебя боролись! Дана! — я приготовилась выслушивать родительскую нотацию, но продолжение стало неожиданностью. — Ну, наконец-то! Я поверить не могу, что выбралась из своей скорлупы! Рассказывай все немедленно!

Я медленно оторвала телефон от уха и поднесла к глазам. Нет, ошибки быть не может. Звонит мама. Но с каких пор она… Она… Она считает, что так жить правильно? Как же те многочасовые воспитательные лекции, неизменный спутник моего детства? Как же строгость и послушание? Определённо, сегодня я узнала очень много о своём народе.

— Мам? — протянула настороженно. — А с тобой все в порядке?

— Конечно, в порядке! Я просто рада, что моя дочурка стала взрослой! И как они в постели?

— Мама! — простонала я.

— Что? Мне интересно.

— Мама! Никакой постели! Они оборотни!

Повисло гробовое молчание. Мама прибывала в диком ступоре, а я с ужасом ожидала её реакции. Господи боже, для неё эта тема ещё более тяжелая, чем для меня.

Через несколько секунд я уже пожалела о том, что сказала ей об этом.

— И что они вообще делали рядом с тобой? — срывающимся голосом спросила мама. — Ты должна исчезнуть с поля их зрения.

И я была с этим полностью согласна, чёрт возьми, но дурацкая договорённость с Демианом и привязанность к Тори мешали мне прислушаться к голосу разума. Но сейчас необходимо было просто успокоить родительницу, находящуюся на грани истерики.

— Мама, — спокойно начала я. — Они, можно сказать, случайные знакомые. Никто из них не знает меня близко, я просто сбежала и всё.

Было тошно оттого, что я вру собственной матери, но ничего лучше я на этот придумать не смогла.

— Ладно, но будь осторожна, Дана, умоляю!

Я ещё раз уверила её в том, что ни с кем из оборотней пересекаться не собираюсь, и повесила трубку. Ну, даже в этом есть своеобразный плюс: неприятную тему мужчин удалось свернуть. Я собиралась уже пойти искать Тори, чтобы не отлынивать от работы, да и, что скрывать, по малышке я соскучилась. Но тут послышался стук в дверь, я удивилась, но открыла.

У порога стоял один из оборотней-охранников Штейна, имя которого я, правда, не знала. Он был хмур, как и многие другие из них. Мужчина молча протянул мне пакет, кивнул и удалился.

Всё ещё пребывая в своеобразном ступоре, я заглянула внутрь. Поверх чего-то лежал свёрнутый лист бумаги, который я и достала. Там угловатым резким почерком было написано:

"Дана, считай, это извинением за испорченное платье. Ты пойдешь в этом на заседание, так что, прошу, надень и спустись в гостиную".

Вопросов о том, кто же является автором записки, не возникало.

Я достала из пакета платье, на первый взгляд весьма скромное. Оно было где-то по колено длиной и цвет имело насыщенно-красный. Там же нашлись простые туфли-лодочки чёрного цвета.

Что бы я там ни думала, мне самой захотелось это примерить. Я быстренько вынырнула из своей одежды и втиснулась в платье. Оно действительно не было вульгарным, даже руки были закрыты рукавом до локтя, вырез был, но небольшой. Смущало меня лишь одно: слишком уж обтягивало оно мою фигуру.

Для приличия я расчесалась, умылась и, надев туфли, отправилась вниз.

Спускаться, честно говоря, не было особого желания. Я преодолевала ступеньку за ступенькой, а внутри — сердце колотилось в бешеном ритме. Что же сейчас будет? О чём он хочет поговорить. И… где Тори?

Ответ нашла сразу после того, как несколько ступенек оказались позади. Не удержавшись, заглянула в лестничный проём, в котором виднелся диван. На нём, о боже, восседал мистер Штейн. Рядом с его макушкой маячило личико Тори. Моя крошка с упоением наблюдала за тем, как папочка что-то ей рассказывает. Пока что я не могла услышать, но малышке так нравилось. Она с восторгом прислушивалась к словам Штейна. Конечно, она ещё ничего не понимала, но интонация ей настолько нравилась, что почти беззубая улыбка буквально не сходила с лица.

Какая идиллия. Я остановилась, чтобы поймать сладкие моменты покоя. Какое-то время назад мне казалось, что на руках папочки она точно не уснёт. Может, у этих оборотней есть какие-то свои тайны и свой язык, на котором они переговариваются только между собой? Между феями такого не было, а вот к обществу оборотней я никогда не приобщалась. Они все казались мне уродами, которые могут уничтожить меня и физически, и морально. И тут на моём пути — мистер Штейн. Если бы не знала, кто он, сейчас бы с упоением наблюдала за заботливым папашей.

— Тори! — возмутился, только когда девочка своими крохотными ручками неизвестно почему потянулась к его носу и таки схватилась за кончик. Я не могла сдержаться, улыбнулась этой милой картине, потому что по-другому на это просто невозможно смотреть! Разом как-то даже забылось и то, что у меня такого никогда не будет, и то, каким я встретила его в первый день, и то, что он может обращаться в огромного волка, который снесёт на своём пути такую как я и даже не заметит.

Положила руки на перила, подпёрла подбородок и продолжила наблюдать за всем этим. Так не хотелось их прерывать. Неужели мистер Штейн даже не подумал о том, чтобы вызвать специального человека для того, чтоб нянчить Тори? Он взялся за неё сам! И это действительно прекрасный поступок.

Однако он что-то услышал, потому что вскинул голову и всмотрелся вверх, ища меня в темноте. Поняв, что мое присутствие раскрыто, я тяжело вздохнула и поплелась вниз.

— Дана, — медленно промурлыкал Штейн, не вставая с дивана. — А тебе идет. Стала еще прекраснее, чем была…

Он пожирал меня глазами, в которых читалось неприкрытое восхищение пополам с вожделением. Какое-то время я с удовольствием купалась в этом взгляде, пока события утра не подняли голову в моей памяти. И я поникла, ссутулив плечи. Да, мне самой чертовски надоело вздрагивать при любой мысли об оборотнях и бояться своего начальника каждую минуту, когда он вел себя не так невозможно мило. Но что я могла поделать?

Еще и звонок мамы окончательно выбил меня из колеи. А миссис Нейсон с ее советами добавила происходящему трагикомичности, которая меня вообще добивала. Ну да, ее дочки-то не попадались в лапы сумасшедшим волкам…

Но бежать отсюда немедленно, как говорила мама, мне отчего-то не хотелось. Я смотрела на мужчину с ребенком и понимала, что просто не смогу их бросить. Господи помилуй, случилось то, чего нужно было бояться с самого начала — я привязалась к оборотням.

Демиан наконец ссадил Тори на диван и плавно скользнул ко мне. Провел горячей рукой по плечу, обошел по кругу и взял мои ладошки в свои.

— Это потому, что вы покупали платье? — брякнула я, чтобы как-то нарушить этот слишком проникновенный момент. — Настолько не нравится мой вкус?