Невинность за свободу - Саша Ким

Глава 10

— Сегодня останешься в моей комнате, Луч, — я вздрогнула, услышав неожиданно охрипший голос мистера.

Он точно понял, что я девушка! Но не выгнал... пока что.

— Как прикажете, хозяин, — я готова на все, лишь бы снова не очутиться на улице.

Нужно постараться. Если придется, буду умолять мистера, чтобы он оставил меня... оставил... в своей комнате?!

Он ведь только что это сказал??? И я безоговорочно подчинилась.

Значит ли это, что сегодня ночью он снова… возьмёт меня?

По телу разбежались мурашки, а в животе, будто мотыльки запорхали, у меня даже дыхание сбилось от такой неожиданной реакции организма. Это ещё что такое?

Я вновь сосредоточилась на лице хозяина и теперь обнаружила, что его глаза округлились, будто от шока.

— Чертов извращенец! — он грубо оттолкнул мое лицо пальцами и отшатнулся, словно в отвращении. — Что ты там себе надумал? Я не собираюсь с тобой трахаться!

Чтооо???

— У моего слуги есть основная задача, о которой тебя должен был предупредить Джей: на протяжении всей ночи будешь контролировать мой пульс. Из кресла! И даже не вздумай приблизиться...

Ничего не понимаю... То есть, меня не раскрыли?

— Я, наконец, узнал тебя! — сказал мистер, и я вся обратилась в слух. — Луч... точно, — задумчиво протянул хозяин. — Ты ведь даже представился в вертолете…

Вот в чем дело.

— И как я сразу не догадался. Сейчас я вспомнил, что Рэм с Джеем обсуждали тебя, — кажется, эти мужчины и за человека меня не считают, вечно говоря в моем присутствии будто бы сами с собой, прямо как сейчас. — В вашей деревне, похоже, все такие вкусные. Брат понял это, а потому решил подсунуть мне тебя для решения проблемы с утечкой энергии, — он брезгливо поморщился. — Не знал, что деревенщины тоже бывают заднеприводные. А! Так вот почему тебя тогда чуть не убили сельчане? Должно быть, по меркам вашей общины непростительно быть геем. А я-то подумал, что ты местный воришка.

Заднеприводный? Гей?

— Что? — выдавила я непонимающе.

— Бедолага, ты и слов то таких не знаешь, а к мужикам неравнодушен, — хозяин в раздражении принялся стягивать с себя одежду. — Усаживайся в кресло. Теперь будешь сидеть там каждую ночь. Ты все равно больше ни на что не способен: в доме только ещё больше бардака развёл. А раз уж слуга из тебя никудышный, значит, будешь моим компаньоном. Так что отныне твоей основной обязанностью являюсь я!

— Как прикажете, хозяин, — пробормотала я, и, разместившись в кресле, едва не подавилась воздухом, обнаружив в паре шагов от себя обнаженное тело мистера.

Я вроде немало повидала голых мужчин, покойников, правда, но такого рельефа ни разу не встречала. Тугие мышцы под бронзовой кожей невольно напомнили мне о нашей встрече у водопада. Тогда он тесно прижимал меня к своему могучему телу...

— Будешь так пялиться, я тебе глаза выжгу, — прошипел хозяин и теперь я обнаружила, что он, приглушив свет, остановился у выключателя и пристально смотрел на меня.

— Простите, — пискнула я, и тут же прочистила горло. — У вас просто... такие... такие трусы хорошие. Тёплые наверно? Где можно купить...

Ой, дура!

А как ещё оправдаться, если на нем из одежды остались только эти чертовы трусы? Мистер кажется таким разгневанным, что, того и гляди, исполнит одну из своих угроз.

Мужчина как-то устало потёр переносицу, и, пока я ожидала, что сейчас на меня посыплется новая порция негодования, вдруг... рассмеялся:

— Трусы, говоришь, тёплые? Ладно, куплю и тебе парочку. Будешь первым деревенщиной, который греет свои шары в трусах от Версаче, — хозяин забрался в кровать и вытянул руку в мою сторону: — Хотя бы пульс проверять умеешь?

— Да, — буркнула я, и осторожно прихватила пальцами широкое запястье.

— Ммм... — простонал хозяин, поудобнее устраиваясь на подушке. — Ты действительно вкусный... оттуда и противоречивые ощущения, — бормотал он будто из полудрема. — Надо было прихватить девушку...