Ферзь. На грани - Елена Рейн

– Ничего – я помылась и выпила кофе.

Скривился, чуть ли не скрипя зубами. Надо же… Чертовы бабы. Ладно.

– И все? – свирепо рявкнул, встречаясь с ее обеспокоенным взглядом в зеркале. Она отвела глаза в сторону, пытаясь понять, к чему я спрашиваю, но промолчала.

– Ну, я жду! Или мне остановить машину и выбить из тебя ответ на чертов вопрос? – прорычал, презирая себя за то, что меня так волнует тот факт, что она не доверяет мне. И вообще, зачем она пошла на балкон? По идее – девчонка ничего не значит для меня, так почему меня бесит, когда она молчит, скрывая правду?

От моего вопроса Мария вздрогнула, а потом прошептала:

– Я… вышла на балкон.

– И… – сказал, снижая скорость, понимая, что дальше мне не понравится.

– Посмотрела вниз…

«Она посмотрела вниз с девятого этажа? Дура! Какого хрена я согласился на этот номер? Ладно, в следующий раз учту…»

– Маша, не беси меня. ПРОДОЛЖАЙ! – последнее прорычал, сжимая руль так, что кожа скрипела под моими пальцами.

– Там был мужчина. От его голоса я…

Сбавил скорость, осознавая, что нужно выйти, чтобы не прибить ее. Охренеть. Сам виноват. Оставил… Да ей только первый этаж, связать руки и ноги, чтобы знать, что она никуда не влезет.

– Он помог мне и… сказал быть осторожней. И все. Затем я услышала стук в дверь…

Колеса выдали противный скрежет, и я открыл дверцу, хлопая со всей силы, когда вышел. Был уверен, что свежий воздух приведет в чувство, но нет. Какой там! Больше рассвирепел, мечтая свернуть шейку своей пассажирке.

Развернулся и пошел к дверце салона, открывая и дергая девчонку на себя. Она запищала, пытаясь вырваться, что еще больше взбесило. Резко вдолбил в грудь, схватил за волосы, до боли оттягивая длинные пряди, и выдохнул в лицо:

– Надоело жить? Думаешь, твоя дочь нужна кому-то кроме тебя?

Она застыла на месте, впитывая мои слова, а потом начала отчаянно вырываться, гневно выкрикивая:

– Я держалась. Держалась! Глеб напугал меня…

Меня накрыло от имени брата из ее сладкого ротика, который так призывно умолял подарить ей удовольствие. Сучка.

– Глеб?! – тряхнул ее, прижимая как можно сильнее, чтобы и вырваться не смела.

– Он так назвался! Откуда я знаю?! Какая разница?!

– Разница? Держалась, значит? – отмечая, как Лотова пискнула и скривилась от боли, а в глазах появились слезы, понял, что не контролирую себя. Тяжело дышал, ломая себя, чтобы успокоить бушующие эмоции, и заметив, как ее губы задрожали, сурово выдал: – Твоя дочь никому не нужна. Высоков только больше взбеленится, что из-за маленькой девчонки он лишился главного. Его баба не выживет. И в ярости он сам ей шею сломает или отдаст приказ. Поняла? – провел пальцем по слезе, текущей по щеке, и размазывал по коже, спокойно добавляя: – Не делай глупостей, которые приведут к трагедии. И главное – никогда не ври мне в глаза. Никогда. Узнаю, пожалеешь.

Мария закивала, соглашаясь со всем, а затем прошептала:

– Прости. Я…

Сжал ее лицо руками и прислонился лбом ко лбу, с силой сдавливая, вдыхая одурманивающий запах, задыхаясь им, ледяным голосом чеканя:

– Не только я охочусь, но и на меня. Никогда не высовывайся, чтобы не получила пулю в лоб. Поняла?

– Да, – судорожно выдохнула она, смотря на меня огромными глазами, отчего захотелось успокоить, прижать к себе, пока не придет в себя.

Осознавая, что качусь в пропасть, резко оттолкнул ее, свирепея на себя, но заметив, как она полетела в сторону, встревоженно вскрикнув, вновь дернулся к ней, хватая за руку, почти вбивая в свою грудь. Некоторое время мы смотрели друг на друга, будто первый раз за долгое время, стараясь влезть друг другу в голову и понять мысли. Я слышал, как сильно бьется ее сердце, как она взволнована, и грубо приказал:

– Садись.

Мария медленно положила ладони на мою грудь, отчего обдало кипятком, и, отодвинувшись, шатаясь, пошла к машине. Вдруг она остановилась, и, не оборачиваясь, устало выдавила из себя:

– Я не знала, что за тобой охотятся, и никогда бы не вздумала прыгнуть вниз. Никогда! Не думала, что все так выйдет, ведь я просто смотрела на ночной город.

Понимал, что я сорвался, как обезумевший пес с цепи, но если бы Глеб решил мне отомстить, то… Нет, он бы не смог – кишка тонка. Как бы он ни относился ко мне, но брат не пойдет на убийство невиновного человека. И не стоит забывать про Слона – он рядом. Я это чувствовал кожей. Он бы помог ей сорваться вниз и сделал это с великим удовольствием, снимая на камеру, чтобы отправить мне, в надежде посмеяться, как меня будет рвать на части.

Даже не знал, как бы отреагировал. Но одна мысль заставляла желать его смерти и спрятать девчонку в безопасное место.

Захотелось курить. Достал пачку и вытянул одну сигарету, прикуривая и выпуская дым. Обернулся и посмотрел на Лотову, сидящую ко мне спиной, отвернувшейся, показывающей свое презрение или ненависть.

Надо же…

Втянул дым в себя и посмотрел на часы, выпуская через нос. Что же… еще долгое время ехать. Только с утра будем на месте.

Посмотрел по сторонам, отмечая закат. Давно уже не обращал внимания на красоту природы, да и сейчас не хотел. Настроение не то, да и не особо нужно было. Отвернулся, обдумывая свою реакцию на девчонку.

Странно, но факт – я нарушил свой график. Выехали из гостиницы не вечером, а на следующий день с утра, после того как всю ночь брал девчонку, зная, что больше случая не представится. Хотя… принимая, как меня от нее лихорадило, не был уверен в этом на сто процентов.

Поганые ощущения, когда у тебя срывает башню от женщины, которая презирает тебя и до ужаса боится. В другой ситуации я бы с такой не связывался, выкинул из головы, из машины, как и плевал на ее просьбы по любому вопросу. Но с Лотовой не мог. Вероятно, проблема в том, что она заводила меня только своим присутствием, взглядом, запахом. Игнорировал ее ненависть, обиды, да ВСЕ, когда она ТАК отвечала на мои прикосновения. Неистово, отчаянно, отдавая всю себя. И я знал, что это не обман. В таком деле был хорошо подкован. Не мог успокоиться и ждал с безумной жаждой того, как она будет умолять, чтобы дал ей кончить. То, что творилось со мной, я не мог описать. Меня ломало, когда не прикасался, не слышал ее стонов. Мария буквально таяла в моих руках, стоило только дотронуться до ее тела.

Мысль, что такой она будет и с другим мужиком, крушила сознание. Я даже не представлял себе, на что готов, чтобы этого не произошло.

Охренеть. Нашел себе проблему. Но ничего – это пройдет. Все проходит и она не исключение.

⁂

Маша

Проснулась от странного ощущения, бросающего в пот. Будто во сне видела что-то плохое или испытала сама боль. Или плохое предчувствие?