Жестокие игры - Ульяна Громова

— Ладно, завтра сделаю копии, принесу.

— Не-не-не, Мариш, лучше объясни! Копии по-любасу, но я ж тему пропустил, своими словами можешь рассказать?

— Антон, у меня куча дел, вот правда, — многозначительно скосила глаза на пачку бумаг, в руках..

Могла зайти на пару секунд в свой кабинетик и оставить их там, но почему-то именно при Антоне афишировать свои владения мне не хотелось. Что-то на уровне интуиции не давало мне быть с ним до конца открытой.

— Да ладно, Мариш, всего на пару часов к тебе заскочу, м? — умоляюще сложил руки и скорчил щенячью моську.

Я только глаза закатила и согласилась. Проще правда потратить два часа на объяснение темы, чем их же на бесконечные отговорки, которые все равно приведут к его победе над моей выдержкой. Антон берет измором и напором — пройдено, знаю.

* * *

Меньше всего на свете мне хотелось куда-то сегодня идти. Лежал на спине, раскинувшись звездой, подпирая потолок пробудившимся вместе со мной стояком, курил, прищуриваясь, выпуская изо рта дымные фигурки, и думал о Маринке.

О Маринке! Бл***! А не о том, что симпатичной девчонке утром оторвало голову!

Если это не действие препарата, значит, я становлюсь циником, как мой доппельге́нгер. С другой стороны, с холодной головой проще.

Спустил ноги на пол, пыхнул последний раз отвратительно-горькой затяжкой и поморщился.

Что-то сегодня все не так. Эмоции под контролем, сигарета не принесла удовольствие, даже ствол на видение голенькой пигалицы не передернул.

Это я, вообще?

Достал чистые трусы из шкафа, повертел в руках, будто первый раз их вижу — странное ощущение. Надел и пошёл… сварить кофе. Чё происходит-то?!

Поднял ладони, рассматривал их как не свои, подошел к зеркалу, окинул себя придирчивым взглядом, напряг все мышцы по очереди, пустил волну животом, покорчил физиономии, уставился в глаза, даже веки оттянул.

Ну я же!

Постучал по амальгаме:

— Эй! Что происходит?

В мозге мелькнула злая усмешка. Надо доку звонить, кажется, у меня глюки. Может, я вообще еще сплю? Как проверить? Хотя… есть одна идея.

Сходил в душ, надел уютные джоггеры, футболку с длинным рукавом, накинул жилетку, сунул ноги в лоферы и взял документы и ключи от машины.

Лифт был занят, и я сбежал по ступенькам, удивляясь, что это принесло мне удовольствие. Сел в машину, зачем-то прошарил бардачок, будто первый раз в жизни, хмыкнул, увидев пустую упаковку от презервативов, завёл машину, даже не чертыхнувшись на барахлившее сцепление, откинулся на спинку сиденья, давая движку прогреться, и спустя минут пять выехал на Фрунзенскую набережную.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Включил Авторадио и пальцами постукивал по бедру в такт музыке, уверенно ведя машину другой рукой. Все словно впервые, словно долго спал, а теперь все знакомое, но как в диковинку. Настроение уверенно ползло по шкале Хаббарда[1], почти достигнув максимальной отметки, когда я подъезжал к нужному дому.

Кроша и Ко застал вместе. Когда хакер открыл мне дверь, Батон и Дятел увлеченно играли в GTA V. Воровать, ходить в стриптиз-клубы, угонять тачки, любить, смотреть телик, заниматься йогой, играть в тамагочи, делать селфи, перевозить контрабанду, в любой момент переключаясь между тремя персами — что еще нужно отважной троице, ловящей девок в темных парках?!

И — брэйкинг ньюс[2] — я играю в эту же игрушку.

— Все в сборе, — ухмыльнулся я, — тем лучше, — протянул телефон Крошу: — вытащи фото на большой экран, — и сел на стул рядом, игнорируя злые взгляды Дятла и Батона и повисшую ядреную тишину.

Правда, стоило хакеру втащить самое первое фото — общий план места убийства, как тишина рассыпалась матами и ознобом по шкуре.

Неприкрытое, как в телерепортажах, тело с оторванной головой — зрелище не для слабаков. Впрочем, в этой комнате их не оказалось.

Я рассказал о событии от первого лица, Крош подключился к камерам и прокрутил кино — я этот момент вышел на балкон покурить. Высосал две сигареты одну за другой, обдумывая дальнейший разговор, который зависел от того, что нарыл хакер.

Вернулся в комнату, когда парни увлеченно рассматривали на огромном экране плазмы остатки чокера. Рассказал им, как помнил его внешний вид в рабочем состоянии, про кровь под ним перед тем, как…

В общем, все свои наблюдения.

— Так ты, что ли, сам по себе расследуешь эти убийства? — впервые за все время обратился ко мне Батон.

Ну не сам по себе, если уж совсем-то честно…

— Да, — лаконично ответил.

— А какой тебе интерес?

Этот парень просто игнорировал меня, как пыль под ногами, ровно до этого момента, а тут прямо проникся.

— Так же погибла младшая сестра моего друга. Она пошла с парнем в клуб, что там произошло — неизвестно. Полиции он сказал, что они поругались, и весь оставшийся вечер он ее не видел.

Батон с Крошем переглянулись, и хакер отвел взгляд. И, кажется, я понял:

— Ира была… — перевел взгляд с хакера на булочника: — …кем была тебе Ира Волкова?

— Сводной сестрой, — сухо бросил парень, явно давая понять, что не намерен распространяться на эту тему. Но спустя паузу удивил: — Мы плохо ладили. Они познакомились в сети, — кивнул на Кроша. — Кор-роче, тебя это не касается, — рыкнул мне, резко передумав.

Мне до чужих семейных тайн дела не было, своих хоть жопой ешь. Но главное я услышал.

— Что там у нас по камерам? — повернулся я к хакеру.

Он развернулся к своему пульту управления взломами сети…

…Вышел я от парней спустя еще часа три. Остановился у подъезда, расставив ноги пошире, сунул в рот сигарету, задрав голову к небу, пыхнул, пропустив горячий едкий дым через легкие… На душе стало легче. Теперь я не один. За общей бедой в обсуждении устройства чокера и плана дальнейших действий растворились разногласия с парнями. Теперь мы — команда. Не друзья, но цель у нас общая. А это даже лучше дружбы. Эффективнее. Когда не боишься подставить близкого, действуешь всегда решительнее.

Разница лишь в том, что у трех моих единомышленников не было, а у меня появилась слабость.