Отец моего парня - Сандра Бушар

— Вы ведь посидите пять минут и уйдете, да? — с надеждой прошептала я, не пуская его внутрь, пока не даст четкого и внятного согласия.

Дмитрий Петрович одернул мою руку и без вопросов вошел внутрь. Длинный коридор в предбаннике переливался разноцветными неоновыми цветами. В нос ударил резкий запах айкоса, а также чего-то спиртного. Мужчина скривился. Но апогеем его ступора стал внешний вид официанток.

— Валерка знал, что ты здесь работаешь? — спросил он вдруг и я кивнул. На что тот гневно поджал губы и едва не раздавил в кулаке сотовый. — Что за публичный дом, нах?!

И тут во мне самая настоящая ярость вскипела. Какого черта я, спрашивается, должна терпеть этот позорный надзор? Почему он позволяет себе отчитывать меня у всех на глазах??

— Дмитрий Петрович, вы мой папочка? — отчеканила сквозь зубы, глядя на него в упор. Сердце из груди выскакивало, голова шла кругом от внезапного адреналина в крови.

— Нет, Машунь. Я тебе не папочка. Вообще нет. — голос мужчины скрипел, как не смазанная дверца. Разве что из ушей дым не пошел! И, все же, в его пылающих черных глазах я смогла разглядеть то самое порочное, о чем он думал в тот момент – как еще пару часов назад брал меня в своей же гостиной, распластав на камине.

— Так вот, — я резко отмахнулась от нежелательных воспоминаний, погасив внутри неуместное возбуждение, — кто вы мне тогда? А? С чего тут вдруг контролируете?

Он распахнул рот, будто что-то хотел сказать, но тут же его захлопнул. Внутрь поселилось не свойственная грусть. Всё-таки, стоит признать, я ожидала услышать нечто иное от мужчины, с которым сплю. Глупости какие!

— Поэтому оставьте меня в покое! — взорвалась агрессивнее, чем стоило. Но тут же выдохнула, собирая мысли в куча и размеренно отрапортовала: — Я благодарна вам за то, что подвезли. И что выделили койку-место на эти дни. Все. Сегодня я домой вернусь.

— Нет. Там не закончен ремонт, — холодно поставил перед фактом Дмитрий Петрович. Он покачивался из стороны в сторону, недовольно осматриваясь, будто действительно находился в каком-то борделе и стены давили.

— А… Плевать! — хмыкнула я, а затем просто развернулась и быстрым шагом направилась к комнате для персонала.

Менеджер Марина остановила меня у двери с вытянутой рукой и многозначительно кивнула куда-то за спину:

— Папка твой?

Я обернулась и ахнула. Дмитрий Петрович сел за самый центральный стол в середине зала, с которого отрывался вид на все заведение. Достал влажные салфеточки и принялся все вокруг себя вытирать с многострадальным брезгливым видом. Уф!

— Маша, прием! — вернула меня в реальность Марина. Я перевела на нее расфокусированный взгляд и кратко кивнула. Не ее это было ума дело – кто мне Дмитрий Петрович. Может, я и сама не знала? Но, уж точно не собиралась это обсуждать с малознакомой женщиной. — Часики у него зачетные на руке… Ролекс что ли… Маш, ты че, мажорка?

На этот вопрос я даже отвечать не стала, настолько мерзко он прозвучал. Сославшись на то, что я не успеваю переодеться в форму, быстро ретировалась в комнату, плотно закрывая за собой двери.

Обычно приготовления к рабочей смене занимали не более получаса, в этот же раз все растянулось на добрые сорок минут. От мысли, что Дмитрий Петрович все еще сидит там – было не по себе.

Когда я вышла, то старалась демонстративно не встречаться с ним взглядом. Но… Было совершенно невозможно не почувствовать ту волну жара, что окотила меня с ног до головы. Я знала, что Он смотрит. Чувствовала – куда. Как его цепкий взгляд скользит по вырезу на груди, ложбинке на шее, талии.

— Машунь, — елейно обратилась ко мне Марина, натянуто улыбаясь. Я как раз приняла свой первый заказ и собиралась его относить. — Я тебя сегодня на ВИП-зал поставлю. Помнишь, ты всегда хотела? Так вот, дам тебе самые большие столы. Там заказ сейчас будет более чем на двести тысяч.

ВИП-зал в баре «Брейк» считался не просто злачной точкой для официантов. За него сражались на смерть! Потому как посетители за вечер могли оставить девушкам двойную заплату. А то и тройную.

— Естественно! — от радости едва не уронила поднос. Ведь именно сейчас, как никогда, мне нужны были деньги. Жить в доме отца своего бывшего и не иметь возможности даже оплатить часть ужина – позорно.

— Но, — наконец подошла к сути та и многозначительно кивнула на столик Дмитрий Петровича. — Есть одно условие. Оно не обговаривается.

Я не хотела поворачиваться, совершенно нет. Все вышло самое, как и инерции. И когда наши взгляды встретились, во рту мгновенное пересохло, коленки подкосились. Дмитрий Петрович выглядел, как хищник на охоте, выслеживающий свою жертву. Одно неправильное движение: закинет себе за плечо и унесет в берлогу.

Прочистив горло, я растерянно вернуло внимание Марине и прикусила губу до боли:

— К-какое?

— Этот столик, — ее наманикюренный ноготок указал прямо на Дмитрия Петровича, и я неожиданно для себя вздрогнула. Прямо повело. — Сегодня мой.

Пульс отдавал битами в ушах, пока я отчаянно пыталась избавиться от неприятного вкуса желчи во рту и неконтролируемого раздражения. Это не было хорошо. Совсем нет!

— Но… Ты ведь не принимаешь заказы! Ты курируешь официантов и…

— Сегодня, — громкого и властно перебила та, — принимаю. Так что, идет? Договорились?

Я бросила еще один взгляд на Дмитрия Петровича, он что-то печатал в своем телефоне. Мне не хотелось отдавать мужчину Марине. И… Кому бы то ни было. Это чувство испугало меня так сильно, что я едва не задохнулась.

— Господи боже, — от неожиданности на глазах выступили слезы, и я тут же сморгнула их, подняв голову вверх, — Что за черт? Как такое может быть?

Два года я встречалась с Валерой и никогда не испытывала ничего подобного. Даже близко! Жжения в легких вместе с бабочками в животе. Нет… Нет. Нет! Я просто не могла влюбиться в него за какие-то два дня. Такого просто не бывает. Не со мной!

— Почему не может быть? Он очень симпатичный мужчина. Такой… Обольстительный, — пробормотала Марина, не стесняясь рассматривая моего «отца». Я сцепила зубы и едва не раскрошила пальцами поднос. — Я не буду на него давить, честно. Просто поухаживаю... Салфеточки там поднесу, подгон от бара организую… Так, что? Согласна?

Я снова посмотрела на Дмитрия Петровича и ощутила страх. Страх, что мое сердце может оказаться в подобных руках. Мужчины, которых безумно любит девушек. Через которого прошли сотни, если не тысячи. Мы для него – как перчатки. Сегодня одна подходит к костюму, завтра вторая… К тому же, он старше. А еще, отец моего бывшего.

Если внутри и были чувства, их стоило не развивать, а вырвать с корнем на корню, что я и собиралась сделать. Сейчас.

— Отлично, — кратко кивнула, утирая нос тыльной стороной ладони. — Ухаживай, обслуживай… Что ты там собиралась делать? Плевать. Я заказ понесла.