Бредущие сквозь Лабиринт - Андрей Арсланович Мансуров

— Ну, облом — не облом, а что-то с этой штуковиной нам сделать так и так придётся, — Керк сам пропотел, в тщетных попытках вытащить одну из пирамидок вбок или вверх, — Потому что иначе рискуем просто остаться здесь, в этом милом и уютном помещении, навсегда!

— Вот это-то меня и бесит сильнее всего! — Рахель присела на пол прямо под неподатливой «звездой», оперевшись об одну из граней спиной, — Хоть бы каких других развлечений подбросили! А то от этой сволочной звезды меня уже тошнит! Да и пальцы я все постирала!..

— Плохо, что у нас нет никаких орудий. Вот, кстати, хотела спросить: Керк. Ты свои вставные челюсти куда дел?

— Блинн… Оставил там, в спальной комнате. — Керк постучал себя по лбу костяшками пальцев, затем с самым сокрушённым видом покачал головой, — Под матрацем. Но если честно, — он постарался принять самый серьёзный вид, — не думаю, что они нам как-нибудь помогли бы. Эти гады рассчитывают точно. И наш айкью, уж можете быть уверены, высчитали до сотых долей после запятой. Так что давайте. Шевелите извилинами.

— Не знаю, куда уж тут шевелить, — Полина однако снова залезла на верхушку звезды, — Если эта сволочь разбирается, и держится, как ты предположил, на одном трении, то мы можем, теоретически, найти места сочленения деталей, и разобрать. Но…

Но если эти гады всё сделали так, как делают обычно — то есть, скрупулёзно, аккуратно, и точно, боюсь, что даже если мы и заметим щели — а до сих пор нам этого не удалось! — такие детали мы всё равно не сможем выдернуть!

— Это ещё почему?

— Молекулярное сцепление. — Керк на это пояснение лишь кивнул: он сразу понял, о чём речь. И, если честно, такая мысль уже приходила в голову и ему, — Ну, я имею в виду, что если две очень хорошо отполированные детали плотно сцепить друг с другом, их молекулы будут притягиваться настолько сильно, что их …рен расцепишь! Поэтому во всяких там важных узлах и применяют смазку: разделить такие поверхности…

— Погоди-ка. Смазка, говоришь… Пусти-ка. Нет, лучше дай руку! — Рахель полезла тоже наверх, и принялась рассматривать места не то — соединения, не то — взаимопроникновения странных призм-пирамидок, — Керк, залезай тоже!

— Не иначе, ты что-то придумала! — от скепсиса в голос Керк не удержался: подпустил. Но залез, как ему было предложено, сразу.

— Ага. Вот: смотри — подходящая граница! Тут эти дурацкие хреновины явно соединены. Вот с этой и начнём. Давай.

— Чего — давать-то?!

— Чего-чего… Собирай, говорю, пот. С лица и тела. И капай его вот сюда!

Керк поразился: какая простая мысль! И как это он сам… Хм-м…

Может ведь и сработать!

Они минут пять тщательно «увлажняли» границу между предположительно вынимаемой пирамидкой и остальной поверхностью звезды. После чего Керку пришлось слезть, и попинать и потолкать противоположную сторону обрабатываемого фрагмента.

Когда слезла и присоединилась к нему и Рахель, их усилия вдруг оказались вознаграждены: Полина, помогавшая трясти и толкать сверху, заорала:

— Да! Сдвинулось! Чтоб мне провалиться — сдвинулось!

Керк залез снова наверх:

— Она права. Я вижу щель. Буквально — волосяную, но — щель! Рахель. — Керк уже собирал влагу с лица ладонями, и тщательно целился каплями в открывшуюся черноту ниточки разъёма, — Ты у нас самая «потопроизводительная». Особенно после толкания и пинания. Залезай: покапаем ещё!..

Сдвинуть обработанный «смазкой» луч звезды вниз оказалось гораздо легче, чем выпихнуть наверх, как они только что пытались. Рахель, толкнув ногой окончательно вывалившийся фрагмент, гордо взглянула на помощников:

— Учитесь, пока я жива! А то вы тут и до второго пришествия толкали бы и пихали!

— Ага. Точно. Это нам повезло с тобой. Раз так — сегодня и секс начинаем с тебя! Как бы в ознаменование нашей безмерной благода… — Полина замолчала, так как старшая жена невежливо пихнула её в бок остреньким локотком.

Керк не придумал ничего умнее, как заржать.

Рахель вздохнула:

— И с этими идиотами мне приходится работать! О-ох!.. Ладно уж, беру первый натиск нашего мужа на себя!

— Э, дамы, дамы!.. Вы ничего не забыли? Нам ещё эту хреновину нужно доразобрать!

— А, ерунда! Покапаем пота вон туда и вон туда — и всё будет в порядке. С этими объёмными головоломками всегда так: труднее всего обычно бывает вынуть только первую деталь! Остальные пойдут… Как по маслу.

Рахель оказалась права: на разъём и окончательное разрушение структуры звезды ушло не более пятнадцати минут: вскоре все лучи и призмы, составлявшие её, оказались уложены аккуратно, в ряд: в той очерёдности, в которой их отделили от целого.

— Надеюсь, нас не заставят собирать её обратно? — если беспокойство в голосе Рахель и было деланным, Керк этого не уловил. Очень даже конкретное беспокойство. Хотя сам-то как раз считал, что не заставят.

— Собирать — вряд ли. Но что-то ещё сделать явно надо: дверь же не открылась!

— Согласен, Полина. Но вот — что?

— Сама в раздумьях. Ума не приложу, какого … этим придуркам от нас ещё надо.

— Может, мы должны сообщить о том, что закончили?

— А мы точно — закончили?

— Хм-м… Сейчас глянем.

Они ещё раз придирчиво и внимательно осмотрели составляющие головоломки. Керк, видевший отлично только совсем уж с близкого расстояния, хотя зрение уже практически восстановилось до минус одного, подумал, что вот эта деталь, пожалуй…

— Рахель, подойди. Ты всё ещё в поту. Покапай вот сюда и сюда.

И точно. Спустя две минуты интенсивного пинания и колочения о поверхность пола, и ожесточённой игры в «кто кого перетянет», чёртова штуковина разнялась на две составляющие: и как это они не догадались раньше, что она составная! Керк, когда вторая деталь вдруг с чмоканьем выскочила, треснулся затылком о пол, поскольку тянул что было сил, пока женщины удерживали основание. Он же и первым обнаружил, что их усилия пропали не даром:

— Ф-фу… Порядок. Чёртова дверь открылась!

— Хорошо. Пошли скорее, пить охота — сил нет.

— Ну тыть!.. Ты столько сил и смазки потратила!.. Даже похудела — прямо очаровательная газель. Килограмм семидесяти.

— Молчи, несчастная! Иначе мужа в ближайшие три дня не увидишь: буду отгонять тебя веником!

Лифт честно выдал им по литру воды, хотя Керк в этом больше особого смысла не видел: когда им хотелось пить, они теперь просто пили прямо из-под крана холодной воды. С другой стороны, разные микроэлементы и соли, и всякие омолаживающие энзимы могли до сих пор подаваться именно так. Поэтому действовали традиционно: «выдаивали» всё до капли.

В комнате и правда вначале