В постели с миллиардером - Полина Рей

– Жаль, что всех остальных она не любит настолько, чтобы не заставлять его слушать, – ответил Роберт ей в тон.

– Да какая разница? – передёрнула воспитательница плечами, – ты же сам сказал – это все не по-настоящему. – И, прежде, чем он успел что-либо ответить, спросила:

– Что теперь?

Хотел бы он сам знать, что теперь. Причем вовсе не в том смысле, в каком об этом говорила она.

– А теперь – ресторан, – объявил Левицкий, подводя свою жену к ожидавшей их машине. – Надеюсь, хоть отпразднуем по-человечески.

Однако, как показали следующие несколько часов – надеялся он зря.

* * *

Сидя рядом с Робертом и периодически бросая на него взгляды, которых, как я надеялась, мой новоиспечённый муж не замечал, я пыталась уложить в голове всё, что произошло. Вроде должна была быть к этому готовой, а на деле оказалось, что свыкнуться с мыслями, что я теперь фиктивная жена Левицкого, не так-то просто.

Я спрашивала себя, жалею ли о том, что случилось? И тут же отвечала – нет. Не жалею. И дело было совсем не в сумме, обещанной мне за этот фарс, спектакль, цирк – называйте как хотите. Дело было в том, что я не чувствовала себя не в своей тарелке, когда стояла рядом с Робертом, слушала голосящего из динамиков телефона Михайлова и пыталась представить, что это моя настоящая свадьба. А мне бы очень не помешало напомнить себе лишний раз, что всё это понарошку.

И о том, что дедушка присутствовал на этой свадьбе, я тоже не жалела. Кто знал, выйду ли я замуж ещё раз? Так что лучше уж вот так, чем никак.

– Ты уже заказал столик? – уточнила я, когда молчание стало мне в тягость.

– Нет. Едем в тот, где для меня всегда найдётся бронь. А что? У тебя есть какие-то особенные предпочтения?

Да, столовая рядом с детским садиком, где можно купить обед за двести пятьдесят шесть рублей. Вот бы посмотреть на лицо Роберта, если бы он там оказался.

– Нет. Никаких. Предоставляю выбор места тебе.

И мы снова замолчали. Я отвернулась к окну и принялась смотреть на оживлённый город. Дорого бы дала сейчас за то, чтобы узнать, о чём думает Роберт. Но это было невозможно. Даже если бы он захотел со мной поделиться, вряд ли бы сказал всю правду. Потому мне пока оставалось ни о чём не расспрашивать и сделать то немногое, на что я могла повлиять – наслаждаться собственной свадьбой.

– Танечка, а что Роберт, не говорил, куда вы поедете в свадебное путешествие?

Этот вопрос застал меня врасплох. И не только меня. Дядя Роба с интересом повернулся в мою сторону, даже Ершова – и та застыла, не донеся еду до рта.

Самого Левицкого за столом не было – он извинился пару минут назад и вышел, чтобы ответить на важный звонок. Значит, мне снова предстояло придумать какую-нибудь вдохновенную ложь.

– В Италию, – ляпнула я первое, что пришло в голову. – Кажется, на какой-то остров.

– Возможно, на Искью? – уточнил Пётр Сергеевич.

– Да. Да, наверное. Знаете, я не очень хорошо запоминаю названия такого рода.

Я опустила взгляд на тарелку с едой. Немного салата и канапе. Больше в меня наверняка не влезет. Из напитков – шампанское, от которого уже закружилась голова.

Ершова и Печенька, равно как и дедушка с его пассией, чувствовали себя прекрасно. Дед и вовсе завладел вниманием Петра Сергеевича, когда разговор за столом перешёл на охоту.

– В Пчёлино у нас… леса-озёра. А там вальдшнепов не мерено! Налей мне, Петя, ещё водки.

– Значит, едем охотиться! – «Петя» наполнил рюмки себе, деду и дамам и уточнил: – А кабанов бить можно?

– Можно. Но я всё больше по птицам. Да, голубушка моя?

– Александр Константинович, а нас со Славиком возьмёте? – Ершова тоже вдохновилась этой затеей. – Я жуть как на охоту хочу.

В общем и целом, когда Роберт вернулся, было не только решено ехать охотиться хоть сейчас, но даже продумано место стоянки и что надо взять с собой.

– Что здесь происходит? – тихо спросил вернувшийся Левицкий, и сделал то, чего я никак не ожидала. Положил руку мне на плечо и, наклонившись к моему уху, шепнул: – Предлагаю долго не засиживаться, а то здесь через пару часов караоке будут петь.

– Ты не любишь караоке? – точно также шёпотом откликнулась я.

– Я больше не выдержу Стаса.

– Придётся выпить побольше, раз уж ты выбрал такой ресторан.

Улыбнувшись «мужу», я отстранилась и принялась за еду. Кожей чувствовала изучающий взгляд Левицкого, но виду не подавала, что это меня трогает. Кстати, мы ведь совсем не обсудили, например, то, где будем жить. Мне придётся переехать к нему на время нашего краткого брака? Или я останусь с дедом?

– Танечка, Роберт… разрешите мне сказать тост, – поднялся из-за стола Пётр Сергеевич, и вот тут мне стало нехорошо. Я совсем позабыла о том, что на свадьбах принято кричать: «Горько!». И обо всех вытекающих из этого событиях – тоже.

– Да, дядя, – кивнул Левицкий, взяв в руку бокал с виски.

– В этот прекрасный день… а он поистине прекрасный… я хотел бы пожелать вам счастья. Простого человеческого счастья, которое вы разделили и ещё разделите друг с другом. И конечно, в качестве подарка к свадьбе… Как мы и договаривались, Роберт становится обладателем полного пакета акций компании «Самоцветы». И я уверен, Танюша тоже не останется в накладе.

Я нервно сглотнула и посмотрела на деда, потом на Ершову, следом снова на деда. На их лицах было такое выражение, словно только что рядом с ними перевернулся грузовик с пятитысячными купюрами. Даже стало неудобно, что всё происходит именно так.

– Спасибо, дядя.

Я перевела взгляд на «мужа», на лице которого появилось выражение удовлетворения. И не успела и слова сказать, как раздался крик:

– Горько!

– Горько! Горько! – подхватили его голоса присутствующих за столом, после чего Роберт взял меня под локоть, помогая встать, развернул к себе лицом и поцеловал.

Не давая опомниться, просто жадно впился в мои губы ртом, понуждая открыть их. У меня закружилась голова, пришлось вцепиться в плечи Левицкого, чтобы не упасть. Привкус виски, смешанный с ароматом парфюма Роберта, сводил с ума, а от жарких прикосновений языка к моим губам, внизу живота зародилось возбуждение, с каждой секундой превращающееся в настоящий пожар.

– Тридцать семь! Сорок четыре!

– Шестьдесят два! Сто!

Роберт отстранился, а я так и осталась стоять, пытаясь совладать со сбившимся дыханием. Мне казалось, что все взгляды в ресторане устремлены в нашу сторону. И каждый из присутствующих знает, что никаких ста лет вместе с Левицким мы не проживём.

– Не пригласишь свою невесту на танец? – выдохнула я, когда Роберт вновь устроился за столом.

Ершова тут же отреагировала первой: