Объятые пламенем - Anne Dar

“Что ты здесь делаешь?”, – сев на край (необычайно крепкой) детской кровати и сунув розового зайца под мои сложенные на животе руки, начала общение Пени.

“Лежу и думаю”, – расцепив пальцы, начала жестикулировать я.

“О чём думаешь?”

Я замерла, пытаясь сформулировать правильный ответ.

“Обо всём”, – в итоге выдала я.

“Обо всём думать невозможно – голова может треснуть”, – по-детски заулыбалась Пени, и я, заулыбавшись в ответ, толкнула её в бок.

“Представляешь – ты родила Рейчел пять лет назад. С ума можно сойти”.

“Она уже такая большая. Хотелось бы, чтобы она напоминала чем-то нас в детстве, но что-то мне подсказывает, что она копирует детство Руперта”.

“О-о-о да-а-а… Эти перерезанные шнурки на всех ботинках – мы такого не вытворяли”.

“Да, ты с братьями проворачивала дела покрупнее”, – захихикала Пени. – “Помнишь, как Хьюи вырезал на спине футболки Джереми два огромных сердца? Ты ещё тогда вырезала на его же штанах круги”.

“Так мы ему ответили на то, что он безжалостно окатил нас водой из шланга Генри”, – заулыбалась я. – “Дети – это большая головная боль в миниатюрной расфасовке”.

“Ничего подобного”, – весело возмутилась Пени. – “Как только станешь матерью, поймёшь, что это огромное счастье”.

Я хотела сказать, что не собираюсь становиться “настолько” счастливой, но вместо этого вдруг по привычке, то ли чтобы насладиться ответом, то ли просто на всякий случай, спросила: “Ты счастлива?”.

“Очень счастлива”, – снова улыбнулась сестра. – “Как бы стать счастливой и тебе?”.

Я хотела сказать ей, что я вполне счастлива, но вместо этого просто перевела взгляд на фосфорные звёзды. Одна, самая большая, не выдержала моего тяжёлого взгляда и, сорвавшись, врезалась в центр моего солнечного сплетения, между ушами плюшевого зайца. Я не успела загадать желание…

Среда. На детском дне рождения я неожиданно для себя выпила больше, чем на дне рождения Пени, отчего теперь моя голова откровенно раскалывалась. На лепке из глины я чувствовала себя отвратительно, но сейчас, сидя за столом слева от сидящей во главе стола Ирмы, я постепенно успокаивалась, морщась от яркого света подвесной лампы, светящей в центр белоснежной скатерти. Не то чтобы я много выпила на самом празднике, просто после праздника, вернувшись домой, я трижды не отказалась от двойного виски, который Нат привёз из США её старший брат Джим, а это значило, что я смешала два двойных виски с тремя бокалами красного сухого… И о чём я только думала? Во всяком случае, теперь мне думать в принципе было сложно. Этим утром Кристоферу пришлось забирать меня из дома, что означало, что отвезти меня назад теперь тоже должен он, но так как обычно Крис не покидает своего рабочего места раньше девяти часов, мне, очевидно, светило сегодня страдать в компании Ирмы целый лишний час. От одной только мысли об этом моя голова начинала болеть ещё больше.

В момент, когда девчонка в очередной раз спрашивала меня о цвете какого-то платья из онлайн-каталога нового европейского бренда вечерних нарядов, в столовую вошёл Дариан.

– Розовый, – откинувшись на спинку своего стула, одной рукой обнимая себя под грудью, а пальцами второй потирая висок, коротко ответила я.

– Это невероятно! – мгновенно возмутилась Ирма. – Ещё минуту назад ты называла синий цвет! Я уже даже сумочку подобрала.

Остановившись между мной и Ирмой, Дариан усилил свет над столом, что сразу же заставило меня невольно поморщиться.

– О-о-о… – протянул он, заметив мою реакцию на свет. – Кому-то вчера было очень хорошо, из-за чего теперь немного плохо?

– У племянницы Таши вчера был день рождения, – тяжело выдохнула Ирма, вновь уставившись в экран своего лэптопа. – И Таша, как примерная тётя, пила и курила кальян, – начала дорисовывать картину густыми красками девчонка.

– Кальян – пустое баловство, – упершись головой в руки, поставленные локтями на стол, выдавила я.

– Любишь что-нибудь покрепче? – хитро прищурилась Ирма. – Травку?

– Прекрати нести чушь, – уставшим тоном отозвалась я.

– Вот видишь, Дариан? Я ведь тебе говорю, что она груба со мной. А ты, между прочим, ей деньги платишь за то, чтобы она со мной регулярно общалась, – вскинув голову на брата, вставшего за её спиной и опирающегося руками в её стул, начала жаловаться Ирма. – А потом ты удивляешься, почему я у тебя такая грубая. Это всё замашки Таши. Я всё перенимаю у того, с кем регулярно общаюсь.

– Таша, тебе и вправду стоит быть помягче, – заметил Дариан.

– Правда? – сдвинула брови я. – Может быть мне к вам ещё и в мягко-розовом платье приходить?

– Вот видишь, – уже с головой уйдя в каталог онлайн-магазина, пробубнила себе под нос Ирма. – Она и тебе хамит.

– Вообще-то, я твой начальник, – в точку подметил Дариан, и всё равно промахнулся. У меня сегодня было настолько отвратительное состояние вперемешку с нерасположенным к прениям всяческого рода настроением, что мне в самый раз можно было выкинуть какую-нибудь непозволительно роскошную для себя глупость. Что я, собственно, в следующую секунду после заявления Дариана и сделала.

– Отлично. Тогда я увольняюсь, – хлопнув ладонями по столу, уверенно заявила я, даже не стараясь контролировать своё нарастающее раздражение. – Передашь мои расчётные через Кристофера, – добавила я, после чего сразу же попыталась подняться со своего стула, но Дариан опустил меня назад одним резким прикосновением к моему правому плечу.

– Ладно-ладно, не горячись, – усмехнулся он. – Хочешь грубить – груби, хочешь ходить в мягко-розовом платье – ходи.

Вцепившись в меня улыбающимся взглядом, Дариан говорил со мной словно через призму веселья, но я отчётливо видела в его глазах огоньки раздражения. Или это была злость?…

– Да пусть увольняется, тебе-то что? – удивлённо вскинула голову в сторону брата Ирма, не имеющая возможности даже представить, что именно означало бы для Дариана моё увольнение. Разрыв контракта. С двух сторон.

– Ты не обижайся на то, что я сказала про твоё увольнение, – уже спустя полчаса стоя со мной на кухне, виноватым тоном и опустив глаза начала Ирма, при этом ополаскивая ярко-красное яблоко. – Я уже и вправду к тебе привыкла, и мне не хотелось бы притераться к новому человеку…

– Ирма, отстань, – морщась от стука о деревянную доску ножа, которым я сама же нарезала дольки яблок, отстранённо выдавила я. – Мне плевать.

По мгновенно изменившемуся выражению лица Ирмы я поняла, что этот мой ответ порадовал её не меньше, чем разочаровал. Неужели и вправду привязалась?.. А я думала, что она умнее.

Забрав нарезку из яблок, груш, бананов и манго, Ирма ретировалась в гостиную, где мы собирались начать пересматривать последнюю часть “Пиратов Карибского моря”. Я же начала вымывать нож и доску для нарезки, и уже протирала столешницу, когда на кухне возник Дариан.